Возрождение Тёмной - Фим Юлия

Чжунъян посерьезнел в ту же секунду и, не оглянувшись на Чживэй, поспешил к выходу.

– Немедленно спрячь сестру! – приказал он, уходя.

Лю Цзи кивнул на команду брата и без промедления бросился к Чживэй через весь сад. Чживэй же вместо того, чтобы побежать к нему навстречу, застыла на месте.

Кто-то пришел с проверкой? Кто? Зачем? Что это значит?

Однако отвечать на эти вопросы было некому. Лю Цзи схватил ее маленькой вспотевшей ладошкой и потянул в сторону дома, но Чживэй не сдвинулась с места, все еще в замешательстве смотря вслед Чжунъяну.

– Что такое Проверка?

– Чживэй, потом! Бежим же! – испуганно посмотрел на нее брат. – Светлые приехали!

Ужас, расплывающийся в глазах маленького брата, убедил ее послушаться.

– Бежим, – твердо произнесла она, выходя наконец из ступора.

Лю Цзи тут же сорвался с места, и Чживэй поспешила за ним. Меньше минуты – и они уже вбежали в ее скромный домишко.

Лю Цзи отпустил ее руку, подбегая к сундуку. Он обхватил тот маленькими ручками и потянул на себя, пытаясь сдвинуть с места. Чживэй, помедлив меньше секунды, помогла ему. Едва сундук был сдвинут, Лю Цзи с силой нажал ногой на одну из половых деревяшек, та прогнулась под его весом, и раздался скрипучий звук. Чживэй повернулась на звук, с изумлением наблюдая, как часть стены справа от кровати отъезжала в сторону.

– Скорее, туда!

Чживэй подчинилась, ныряя в маленькое неуютное пространство. Обернувшись, она увидела, что Лю Цзи нажал на деревяшку, вновь приводя механизм в действие, и принялся задвигать сундук на место.

Сердце ускоряло ритм одновременно с тем, как полоска света становилась меньше. Наконец стена прекратила движение, и Чживэй осталась одна в кромешной тьме. Никакой разницы между закрытыми и открытыми глазами.

Снаружи теперь не раздавалось ни звука, а внутрь не проникало ни капли света. Пальцы на ногах онемели от волнения, и Чживэй показалось, что она не может больше вдохнуть.

Дыши.

Медленный вдох. Выдох. Медленной вдох. Выдох. И так десять раз.

Едва ей удалось успокоиться, Чживэй медленно, стараясь не издавать лишних звуков, начала ощупывать стены вокруг себя. Они были жутковато шершавыми, абсолютно безжизненными и безучастными к ее судьбе. После нескольких минут копошения пальцы Чживэй уловили холодное движение воздуха. Она потянулась вверх и почувствовала ветерок, идущий от стыка стены и потолка. Там были совсем небольшие щели, обеспечивающие приток воздуха.

Успокоившись, Чживэй начала считать минуты, надеясь, что все скоро закончится, и за ней придут.

Прошло уже много времени, когда Чживэй вдруг почувствовала Силу.

Словно цунами, Сила приближалась к ней. Она росла, становилась объемнее, пока не обрушилась на домик.

Кем бы ни была эта Проверка… Она уже здесь.

Глава II

Далекая вода не может потушить близкий огонь

Проверяющий вошел в комнату, и пространство наполнилось новой энергией. Она была могущественной и сокрушительной, заставляя сердце Чживэй учащенно биться от страха. Эта сила проникала всюду, исследуя пространство длинными щупальцами энергетических потоков.

Впервые Чживэй подумала, что в темноте не укрыться от света. Если сила найдет щели в стене, где прячется Чживэй, то песенка ее будет спета даже до того, как она разберется в ее мотиве.

Проверяющий двигался не торопясь, внимательно исследуя пространство. Собственные дыхание показалось Чживэй нервным и громким и, чтобы не быть раскрытой, она зажала себе рот, а затем и вовсе прикусила палец до крови.

Ее накрыло волной силы, и Чживэй охватил благоговейный восторг: сила слепила ее своей яркостью и давила обескураживающей теплотой. Тот, кто снаружи, не желал ей зла, она может доверять ему…

В этом сиянии Чживэй ощутила низость и никчемность темной энергии. Однако это чувство и отрезвило: самоуничижение ей не нравилось. Ей досталось это тело и цвет глаз, и они не определяли ее личность.

Шаги приближались, пока, наконец, некто не остановился напротив стены, за которой пряталась Чживэй. Она оказалась в ловушке, и ей было нечего противопоставить врагу. От страха ци Чживэй сжалась до размера горошины.

– Только один раз, – прозвучал мужской бархатный голос.

В наступившей тишине послышались шаги, неясное шуршание, а затем появился еще один голос.

– Истинный седьмой Чжао Шэнь, – произнес он почтительно. – Во дворе никого.

– Хорошо, – сдержанно ответил бархатный голос. – Здесь тоже.

Наступила тишина. Обладатель величественной ци ушел, как и пришел, словно схлынувшее цунами: вода отступила, а разрушения остались. Чживэй, чувствуя себя выпотрошенной и вывернутой наизнанку, обмякла в полуобмороке и сползала вниз, пока колени болезненно не уперлись в стену, не давая ей упасть окончательно.

Прошло немало времени, прежде чем снаружи послышались звуки. После недолгого копошения стена отъехала в сторону, и Чживэй без сил повалилась на пол. До того, как она ударилась, ее успели подхватить сильные руки.

Чужая внутренняя энергия смыла защитный психологический барьер, установленный прошлой Чживэй для более плавного перехода между мирами. И теперь ее рассудок был затуманен, она чувствовала себя вымотанной.

В голове царил сумбур из неясных образов. Воспоминания Чживэй перемешались, мелькая перед глазами несвязанными между собой картинками. То ей виделся дворовый щенок, живший у ее бабушки, то белый пекинес по кличке Сяобай. То ее прижимала к себе мама, то в следующую секунду она находилась в объятиях Мэйцзюнь. Лица людей из двух жизней смешались, вспыхивая в безумном хороводе и вызывая острую головную боль.

И в этих воспоминаниях было много темноты, словно ее не раз запирали в этой потайной коморке.

– Мэйцзюнь, помоги мне, – попросил Чжунъян, удерживая Чживэй на весу. – Не так. Я ее сам подниму, приготовь одеяло.

Брат, нежно положив голову Чживэй на свое плечо, подхватил ее за колени и поднял в воздух.

– Готово. Клади ее.

Чживэй аккуратно опустили на кровать. Она попыталась приоткрыть глаза, но веки были очень тяжелыми. Холодные ласковые пальцы погладили ее по лицу, убирая налипшие волосы, после чего Чживэй накрыли одеялом.

– Что с ней? Ты можешь ее вылечить? – обеспокоенно спросила Мэйцзюнь.

– Внутри нее бушует темная энергия, и она не выдержала столкновения с истинным светом. Я не в силах противостоять этому.

Мэйцзюнь грустно вздохнула и крепко зажала руку Чживэй в своих ладонях.

– Как же это возможно, брат? Ведь она никогда никому не желала зла.

– Такова ее природа. Насколько бы ее помыслы ни были чисты, внутри она заражена, как и все темные. Их ци разрушительно, несет окружающим страдания. И оно не может терпеть светлое ци.

– Ей так плохо… Я останусь с ней!

– Нет, тебе тоже нужно отдохнуть. Я останусь. Помоги мне разложить циновку снаружи, лягу там.

– Хорошо.

– И успокой близнецов. Чживэй непременно будет в порядке. Она очень сильная девушка.

– Да, брат.

Чживэй изо всех сил старалась удержаться в сознании, чтобы узнать больше о внутренней силе ци, но вскоре провалилась в хаотичные сновидения.

Все вокруг Чживэй кружилось: хоровод энергетических потоков плясал, небо и земля постоянно менялись местами, вызывая тошноту. Она пыталась сохранить баланс, устояв на одной плоскости, но очень скоро все окончательно смешалось, фоны перед глазами менялись слишком стремительно, образы плясали разноцветными картинками.

Все прервалось в одну секунду, и она оказалась в поле. Чживэй оглянулась, нервно сжимая меч в руке. Место было странное: красное небо, поле, покрытое бордовым ростками, река, протекающая рядом, напоминала бурлящую кровь. И много тел обычных людей.

Кто их убил? Чживэй оглянулась.

Здесь была только она.

Стоя на возвышении, она смотрела на сотни безжизненных тел. Чживэй опустила взгляд на свой меч и заметила, как с него капает черная жидкость. Она поднесла клинок ближе к лицу, и в отражении мелькнули красные глаза.