Живой Журнал. Публикации 2001-2006 - Владимир Сергеевич Березин

но пока не придумал — каким образом этого добиться. Но это в любом случае будет не Грелка. Хотя бы потому, что его принципы будут совершенно другими, и во многом — противоположными тем, что когда-то придумали скучающие на любители фантастики».

Вот диагноз — но его надо откомментировать.

Теперь сработал закон больших чисел. И это тоже — результат эволюции. Всякая вещь имеет свой срок, ветер дует слева направо, справа налево, сверху вниз — и утихает, наконец.

Пришла большая группа людей с других конкурсов — со своими вкусами, иными привычками.

То есть, это не вариант состязания в одном и том же.

Впрочем, кто-то из остроумцев тут же сочинил пародию пресс-релиз (по-моему, очень смешную) типа «Группа «Стрелки» отказалась от участия в конкурсе MTv Awards потому что по их мнению другие участники конкурса, например группы «Виа Гра» и «Фабрика» скатились к потаканию низменным вкусам массового зрителя…»

Это, кстати, отражает и моё отношение к Грелке. Только надо оговориться, что я не читал всех рассказов и допускаю, что старички написали не лучшее, но это и не важно. Наверное, старички не написали второго «Алефа» или «Книги песка», но видим, что текст определённого типа выталкивается синергетикой новой «Грелки» вон.

Нет, не «молодая шпана» победила «старичков-профи».

Это технология игры победила камерное времяпровождение за дачным столом — бридж соседей, игру ради искусства. Есть тип рассказа универсального, а есть тип рассказа конкурсного — эти множества иногда перекрываются, а иногда — нет. И на последних «Грелках» побеждал «конкурсный» тип рассказа.

Эволюция убила динозавров. Понятно, что некоторые движения в плавании и балете похож, но плавание — отдельно, а балет отдельно. Одно не хуже другого, кстати.

Так и здесь — Корпорация стала свидетелем того, как при тех же буквах, и почти незаметно один тип текстов замещает другой.

Победитель последней «Грелки» — сотрудник института Вейцмана в городе Реховот по фамилии Зонис в своей «тронной речи» (тоже, кстати, традиция!) говорит: «При мысли о Грелке мне немедленно приходит в голову фильм «Солдат». Если кто не знает, это про то, как жили-были специально отобранные и сурово воспитанные элитные солдаты. Воевали, побеждали. А потом пришел злой полковник с отрядом еще более навороченных, генетически модифицированных солдат. И эти, генетические, старичков порёхали. Но один старичок таки выжил и в полевых условиях порёшал трансгенов, спас человечество и доказал собственную крутизну.

Так вот, победители нынешней Грелки (и я в их числе) — те самые трансгены. Мы не просто давно участвуем в конкурсах. Мы выросли и сформировались как авторы на них… Да, вообще-то я что-то кропал лет с семи, но серьезно занялся бумагомарательством именно на и для конкурсов. Конкурс — мой дом родной. Я в нем, как стафилококк в язве. Понятно, что при примерно равном уровне литературного дарования у ветеранов Грелки просто нет шансов. Так могут соревноваться в знании языка говорящий на этом языке с рождения и выучивший его в университете. Угадайте, кто выиграет? Даже при том, что способности к языкам у обоих примерно одинаковые».

Так что это не конфликт поколений — о котором век назад столько писали формалисты, всё это наследование в литературе не от отца к сыну, а от дяди к племяннику, «младшей», находящаяся «под паром» культура и «старшая» — здесь об этом говорить не приходится.

Это — конфликт технологий.

И я не лично не испытываю от этого никакого раздражения — мне интересно, каков он? Как голосует масса — каково соотношение пресловутого intention/invention. Каково массовое представление о том, какой «должен быть фантастический рассказ»? Как работает технология. Et tout le reste est litterature.

И я рад, что стал свидетелем и участником этого маленького опыта.

ЭПИКРИЗ

«Грелка» действительно умерла. Она умерла красиво — почти как Мисима, что выходит на балкон и начинает говорить в последний раз.

Возрождать её — по крайней мере, с тем же названием и по тем же правилам не следует. Гордится победами в таком состязании, всё равно, что примазаться к славе прошлого. Вроде того, как прикупить на рынке советскую медаль «За трудовое отличие» и гордо носить её на пиджаке.

Есть много идей, касающихся таких камерных конкурсов — я, например, предложил в обязательном порядке авторам писать рецензии на все рассказы группы (это может отсеять часть безответственных участников). Много что можно придумать. Но в другом месте.

Перед нами уникальный лабораторный опыт эволюции. Как можно возмущаться, когда в огромной бутыли, где пять лет варилась закваска, наконец, пошли пузыри, полезла по стенкам зелёная самостоятельная жизнь — это ведь жутко интересно. И никто меня не убедит в том, что это не интересно — вот она ползёт, происходит процесс деления, и во всём есть своя правда. Хотя бы и пузырчатая.

Правда, никто никого заставляет тянуть результат в рот. Не дети ж малые.

Я считаю, что Грелка совершенно чудесно отметила свой юбилей, да.

Извините, если кого обидел.

24 ноября 2005

История про Украину, а, в общем, совсем не про неё

На моё недавнее рассуждение о годовщине Оранжевой революции мне мне пришёл комментарий: "Может, немного с опозданием, но только сегодня случайно увидела этот пост. Так вот, мой брат, который работает водителем автобуса, привёз милиционеров из Харькова. Эти ребята должны были сидеть недалеко от Киева и просто ждать, когда им скажут что надо делать и куда идти. И там же располагался русский спецназ. Эти ребята тоже сидели и ждали приказа. Так и не дождались Все разъехались. Finita La Comedie".

Я задумался, потому что надо обдумать эту информацию. Если я написал текст, о том, как не сходятся концы и ответственность за высказывание кажется необязательной, о том, как мне хочется этой ответственности. О том, что правильно любить свои страны, но отделять любовь от слепой трансляции слов даже тех человечьих сообществ, которым доверяешь, и проч. и проч.

И вот мне сообщают, что у некоей дамы есть брат, работающий водителем.

Она, разумеется, видела своего брата.

Брат этой дамы видел милиционеров из Харькова.

Эти милиционеры видели русский спецназ.

Всё это напоминает знаменитую цитату из классики: "На наш вопрос, пробовал ли он когда-нибудь стирать в реке фланелевые костюмы, Джордж ответил:

— Нельзя сказать, чтобы я стирал их сам, но я знаю людей, которые стирали. Это не так уже трудно". При этом характерно то, что мне написали анонимный комментарий — хотя вроде бы Оранжевая революция действительно победила, и бояться