Вся Агата Кристи в трех томах. Том 3 - Агата Кристи

домашних был соучастником преступления. — Он продолжал говорить медленно, с расстановкой: — И мы знаем такого человека, который находился в тот вечер на другом берегу реки, — он пропадал неизвестно где с десяти тридцати и до четверти двенадцатого и вполне мог за это время переплыть реку туда и обратно. Этот человек явно имел сообщника в вашем доме. — После небольшой паузы он многозначительно спросил: — Вы согласны со мной, мистер Латимер?

Тед испуганно отступил назад.

— Но я же не умею плавать! — пронзительно выкрикнул он. — Все знают, что я не умею плавать. Кей, скажи им, что это правда.

— Конечно, Тед не умеет плавать! — воскликнула Кей.

— Неужели?.. — с шутливой недоверчивостью спросил Баттл.

Он сделал пару шагов в сторону Теда, который инстинктивно пятился назад. Лодка накренилась, и Тед, прижатый к борту, неуклюже взмахнув руками, плюхнулся в воду.

— О боже! — с глубокой озабоченностью воскликнул суперинтендант Баттл. — Мистер Латимер упал за борт.

Его рука как тиски сжала плечо Невиля, когда тот собирался прыгнуть следом.

— Не волнуйтесь, мистер Стрендж. К чему мокнуть понапрасну! Здесь поблизости двое моих людей — вон они рыбачат на ялике. — Он стоял у борта, пристально глядя на барахтавшегося в воде Теда. — Надо же! — удивленно заметил Баттл. — Он и правда не умеет плавать. Отлично, сейчас они вытащат его. Я, разумеется, принесу ему мои извинения, но, в сущности, как еще можно было убедиться, что человек не умеет плавать? Самый верный способ, знаете ли, просто бросить его в воду и понаблюдать за ним. Вы понимаете, мистер Стрендж, я хотел убедиться в этом воочию. Таким образом, мы можем снять подозрения с мистера Латимера. Далее рассмотрим кандидатуру мистера Ройда — у него повреждена рука, и он явно не смог бы влезть в дом по веревке. — Голос Баттла стал необычайно мягким и вкрадчивым. — Таким образом, у нас остаетесь только вы, не так ли, мистер Стрендж? Отличный спортсмен, скалолаз, пловец и все такое прочее. Да, действительно, вы переправились на берег Истерхеда в десять тридцать, но никто из служащих отеля не смог с уверенностью сказать, что видел вас до четверти двенадцатого, несмотря на ваш рассказ о том, как в это время вы разыскивали мистера Латимера.

Невиль передернул плечами, сбросив с себя руку Баттла. Он откинул назад голову и рассмеялся:

— Вы предполагаете, что это я, переплыв реку, залез в окно по веревке…

— Которую сами же и спустили из своего окна, — проворно вставил суперинтендант.

— Убил леди Трессильян и переплыл обратно? — закончил Стрендж. — Но чего ради я стал бы делать все это? Просто бред какой-то! И кто разложил все улики против меня? Вероятно, вы считаете, что я сам же и разложил их?

— Именно так, — подтвердил Баттл. — И должен заметить, это вовсе не плохая идея.

— Значит, вы считаете, что я мог желать смерти Камиллы Трессильян?

— Нет, это был лишь второстепенный пункт вашего плана, — сказал Баттл. — Но в действительности вы желали смерти женщине, которая бросила вас ради другого мужчины. У вас крайне неуравновешенная психика. Вы страдали этим с самого детства… Кстати, я проверил то давнее дело с луком и стрелами. Любой человек, нанесший вам обиду, должен поплатиться за это… И смерть не кажется вам слишком дорогой ценой… Вы сочли, что для Одри обычной смерти будет недостаточно, для вашей Одри, которую вы любили… О да, вы очень сильно любили ее, пока любовь не превратилась в ненависть. И вы хотели придумать особый, изощренный вид убийства. Этакий новый вид затяжной смерти. И когда вы изобрели его, то вас уже абсолютно не волновало то, что осуществление этого плана повлечет за собой убийство женщины, заменившей вам мать.

— Ложь! Чистая ложь! — произнес Невиль совершенно кротким голосом. — Я не сумасшедший. Не сумасшедший.

Баттл сказал с презрением:

— Да-да, она больно ранила вас, сбежав к другому! Разве не так? Она ранила ваше тщеславие! Страшно подумать — жена бросила вас! Вы спасли свою гордость, представ перед всем миром в роли неверного супруга. Люди должны были поверить, что именно вы бросили ее, и для пущей убедительности вы даже женились на другой девушке. Но в то же время вы уже планировали, как отомстить Одри. И ваше изощренное воображение подсказало, что самым худшим наказанием для нее будет повешение. Великолепная идея — жаль только, что у вас не хватило мозгов получше осуществить задуманное.

Спина Невиля под твидовым пиджаком судорожно передернулась и застыла. Баттл продолжал:

— До чего же наивной была затея с клюшкой! И все эти грубые следы, указывающие на вас! Одри, должно быть, прекрасно знала, чьих рук это дело, и только посмеивалась в рукав! Думаете, я не подозревал вас?! Вы, убийцы, просто до смешного глупы! И самонадеянны. Всегда считаете себя самыми умными и изобретательными, а по сути дела, до жалости наивны…

Невиль издал какой-то странный, хрипловатый вскрик.

— Нет… Мой план был просто гениальным! Вы никогда не догадались бы! Никогда!.. Если бы не вмешался этот выскочка, этот надутый слабонервный шотландец. Я продумал каждую деталь… Каждую деталь! И я не виноват, что все пошло насмарку! Откуда мне было знать, что Ройду известна правда об Одри и Адриане… Проклятая Одри… Ее надо повесить… Вы должны повесить ее!.. Я хочу, чтобы она боялась смерти… Она должна умереть… умереть… Я ненавижу ее. Да, да, я хочу, чтобы она умерла…

Его высокий визгливый крик внезапно оборвался. Невиль рухнул на колени и начал тихо плакать.

— О господи, — бледнея, сказала Мери. От ужаса у нее побелели даже губы.

— Мне очень жаль, — мягко сказал Баттл, понизив голос. — Но я должен был раздразнить его… У нас, знаете ли, было очень мало доказательств.

Невиль все еще хныкал. Голос у него был по-детски жалобный.

— Я хочу, чтобы ее повесили, пусть ее повесят.

Мери Олдин вздрогнула и повернулась к Томасу Ройду.

Он успокаивающе взял ее за руку.

2

— Я жила в постоянном страхе, — сказала Одри.

Суперинтендант Баттл и Одри беседовали на балконе, они сидели на легких плетеных стульях напротив друг друга. Баттл догуливал свой отпуск и заехал в Галлс-Пойнт просто по-приятельски.

— Все это время я чего-то боялась, — добавила она.

Баттл понимающе кивнул и сказал:

— Как только я увидел вас, то сразу понял, что вы ужасно напуганы. С виду вы производили впечатление совершенно бесстрастного, неэмоционального человека, но зачастую такие люди бывают просто очень сдержанны, а в душе у них бушуют настоящие страсти. Это может быть любовь или ненависть, но в