Эротические рассказы - Подростки - Stulchik

— Значит так, — Женька решил сразу взять быка за рога, — Либо ты исполняешь три наших желания, либо мы покажем твои с физруком фотки всем в лагере. Считаю до трех. Раз. Два.

— Ладно, — сдалась Аля, — говорите, что надо.

— Раздевайся, — голос Жеки прозвучал властно, как приказ. — Раздевайся догола. Это первое желание.

Аля осмотрелась по сторонам, отошла в угол, чтобы не быть видимой из лагеря, и стала снимать с себя одежду.

Мы зачарованно наблюдали, как тонкие женские пальцы расстегивают пуговки на тонкой полупрозрачной блузке. Вот последняя пуговка выскочила из прорехи, Аля развела полы блузки и сняла ее. Нашему взору открылись загорелые девичьи плечи, чуть выпуклый животик с аккуратным впалым пупком и ажурный бюстгальтер с тонкими белыми лямками, резко контрастирующими со смуглым от загара телом.

Аля завела руки за спину и, расстегнув застежку бюстгальтера, сняла его. Ее небольшие грудки с темными кружками вокруг сосков имели красивую, чуть вздернутую форму. Соски были набухшими, и озорно торчали вверх. У меня во рту пересохло, я чувствовал, как мой напряженный член просится наружу, оттопыривая плавки и трико хорошо заметным бугром.

— Может, хватит с вас? — голос Али был чуть хриплый от захватившего ее волнения.

— Я же сказал догола! — Женька тоже немного охрип, но командный тон не потерял.

Чуть дрожащими руками Аля расстегнула молнию на боку короткой юбки и стянула ее вниз по стройным ножкам. Переступив сначала одной ногой через пояс юбки, затем второй, она полностью сняла ее и бросила к лежащим в стороне блузке и бюстгальтеру.

Теперь она стояла перед нами в одних узких трусиках, почти не прикрывавших сзади ее смуглых упругих ягодиц. Мне показалось, что сердце вот-вот выскочит из груди, когда Аля завела пальцы под резинку трусиков и стала медленно стягивать их с бедер. Не шевелясь, боясь дышать, мы разглядывали узкую полоску черных кудрявых волосиков, протянувшихся по середине белого от следов купальника лобка и скрывавшейся между ног. В глубине волосиков виднелись набухшие бугорки половых губ. Трусики так же упали на остальную одежду. Я взглянул на Женьку. Он был бледен, как мел и облизывал пересохшие губы.

Аля стояла, не шевелясь, как бы ожидая очередного приказания. Я заметил, что руки ее чуть подрагивают, груди напряглись, темно-вишневые соски разбухли до размера вишни и слегка пульсируют. Направив взгляд между ног девушки, я увидел, что бугорки губ влагалища слегка раздвинулись, обнажив вход в ее пещеру, а по ляжке стекает блестящая капля влаги. Впервые в жизни я вот так, «в живую» видел в двух шагах от себя совершенно голую девушку. Мы иногда шалили со своими сверстницами где-нибудь в укромном уголке чердаков или прямо у кого-нибудь из них дома, когда не было родителей. Собираясь по двое-трое пар мальчиков и девочек, мы устраивали кучи-малы, валясь без разбору друг на друга и давая волю рукам. При общем писке и сопении задирались до плеч подолы юбок, в короткой и далеко не отчаянной борьбе стягивались разноцветные трусы, расстегивались молнии на ширинках брюк, а потом они снимались и вовсе. И тут кто на что горазд. Все позы, которые были известны из родительских порножурналов, отрабатывались у всех на виду, по очереди с каждой. Но тела наших девочек были еще не закончены природой, не доведены до того совершенства, которое способно разбудить мужское желание при одном взгляде на округлость форм, на женственность линий. Конечно, заниматься сексом с нашими девочками нам было интересно и приятно, но их почти мальчишеская угловатость и неразвитость форм не шли ни в какое сравнение с той красотой женского тела, которую мы с Женькой видели сейчас на расстоянии вытянутой руки от себя.

Наверное, несколько минут мы молча смотрели на Алю, пытаясь зафиксировать в памяти каждый изгиб ее форм, причудливую игру складочек ее небольшого — Аля была чуть ниже нас — но превосходно слепленного тела. Мы просто потеряли счет времени.

Из оцепенения нас вывел ее голос: — Говорите, какое будет второе желание?

Я посмотрел на Женьку. Он посмотрел на меня, озорно подмигнул, и, скрипнув молнией брюк, снял их вместе с плавками. Так же быстро, через голову он стянул футболку и выпрямился уже совершенно голый. Его не маленький для четырнадцати лет член торчал вверх, едва не касаясь живота. Кожица на конце члена съехала к основанию, оголив темно-красную головку. Из маленького отверстия на головке выкатилась капелька и заблестела в заходящих лучах солнца, проникавшего через многочисленные прорехи в крыше сарая.

— Соси! — отрывисто сказал Жека, и, взяв член рукой, направил его в сторону девушки.

Мгновение она колебалась. В ее голубых глазках были и стыд и похоть одновременно. Я видел, что Аля возбуждена происходящим не меньше нас, но девичья стыдливость не дает ей совершенно раскрепоститься и утонуть в закружившем всех нас водовороте развратного бесстыдства. Обойдя Аллу сзади, я положил ладонь на ее мягкую и одновременно упругую попку и подтолкнул к торчащему Женькиному члену. Не ожидая этого, она почти упала на колени, да так, что пульсирующая головка члена оказалась в сантиметре от ее рта. Женька приставил ее прямо к губам девушки, и, слегка надавив, ввел его в рот до самого основания.

— Ты уже делала кому-нибудь минет? — спрашивал он, вытаскивая член наружу и засовывая опять. Аля в начале что-то сопела, а потом перехватила член у основания своей рукой и стала с упоением обсасывать его, словно это было эскимо или большой леденец. Вытащив член изо рта, она лизала его языком вдоль всего бугристого ствола, причмокивая, обсасывала головку, обхватив стонущего от истомы Женьку за ягодицы, притягивала его к себе, то погружая вздыбившийся член в рот, то выпуская его наружу.

Женька взял ее за уши и стал руководить движениями. Он с остервенением насаживал прелестную головку Али на свой багровый член, словно это была голова куклы, не способной противиться любой прихоти хозяина. Впрочем, Аля так себя и вела. И мне и Женьке было совершенно очевидно, что она не только не желает пресечь подобное к ней отношение, но и испытывает от такового изрядное возбуждение. Мне сзади было хорошо видно, как по ее ляжкам из распахнутой щели влагалища растекается сок сладострастия.

Смотри, какая похотливая сучка нам досталась! — прохрипел Женька, продолжая трахать Алю в рот. — Отымей — ка ее раком. Меня не пришлось упрашивать дважды. И без того заведенный от ее бесстыжего вида, открывающегося мне сзади (прогнутая спина, разведенные в стороны ляжки, выставленные на показ раскрытое влагалище и темное отверстие ануса в щели меж двух раскачивающихся ягодиц), я стянул с себя трико, спустил трусы и, встав на колени, всадил Але в истекающую вагину свой торчащий колом член по самые яйца.