Охота за слоновой костью. Когда пируют львы. Голубой горизонт. Стервятники - Уилбур Смит

Оба ласково посмотрели на мальчика, сидевшего на коленях у отца. Джордж не выдержал испытания. Тепло отцовского тела и его голос оказались мощным снотворным, и мальчик крепко уснул.

– К этому времени я достаточно научился от Инкунзи языку нгуни и мог беседовать с Бешвайо. Отказавшись от своих воинственных намерений и запретив своим воинам нападать на фургоны, король разбил поблизости от нас свой крааль, и мы несколько недель прожили рядом. Я показал ему ткани, стеклянный бисер, зеркала и все наши обычные товары. Все это ему понравилось, но он побаивался лошадей. Я как ни старался, не смог уговорить его сесть верхом. Бешвайо не знает страха, но к лошадям это не относится. Однако его чрезвычайно заинтересовало огнестрельное оружие, и он всякий раз просил продемонстрировать его возможности, как будто после охоты на слонов в этом была нужда.

Луиза хотела взять Джорджа с отцовских колен и отнести в кровать, но стоило ей к нему прикоснуться, как он проснулся и возмущенно заорал. Потребовалось несколько минут и усилия всей семьи, чтобы успокоить его настолько, чтобы Джим смог продолжать.

– Когда мы узнали друг друга лучше, Бешвайо признался, что у него нелады с другим племенем нгуни, которое называется амахин. Эти амахины, коварные бессовестные негодяи, совершили непростительный грех, похитив у Бешвайо несколько сотен голов скота. Грех усугубился тем, что при похищении они убили десяток пастухов Бешвайо, среди которых были два его сына. Бешвайо еще не сумел отомстить за смерть сыновей и вернуть скот, потому что враги укрылись в неприступной природной крепости, образовавшейся за века в результате выветривания на каменистом склоне большого континентального откоса. Бешвайо предложил мне двести голов отборного скота, если я помогу ему захватить эту крепость. Я ответил, что считаю его своим другом и рад буду сражаться с ним рядом без оплаты.

– Никакой платы, кроме исключительного права на торговлю с его племенем, – улыбнулась Луиза, – и права охотиться на слонов на территории племени, и договора о вечной дружбе.

– Возможно, мне следовало упомянуть, что небольшую плату я рассчитывал получить, – согласился Джим, – но не будем придираться. Я взял Смоллбоя, Мунту и прочих, и мы вместе с Бешвайо отправились к логову амахинов. Крепость представляла собой скальный массив, отделенный от основного откоса крутыми утесами. Единственный доступ туда давала узкая каменная перемычка такой ширины, что пройти по ней в ряд могли всего четыре человека. На дальнем конце этой перемычки амахины с высоты могли забросать нападающих камнями и отравленными стрелами. Там уже погибло больше ста лучших воинов Бешвайо, от стрел или с разбитым камнями черепом. Я нашел на откосе место, откуда мы могли бы стрелять по защитникам. Амахины оказались доблестными воинами. Пули из наших мушкетов, конечно, умерили их задор; тем не менее они сметали нападающих, едва те показывались на перемычке.

– Я уверен, что такой великий военный гений, как ты, к тому времени уже нашел решение, – рассмеялся Мансур.

– Вовсе нет, брат. Я оказался в тупике и сделал то, что мы всегда делаем в таких случаях. Я послал за женой.

Все три женщины встретили его шутку аплодисментами и громким смехом; Джордж проснулся и добавил свой голос к общему шуму. Луиза взяла его на руки, помогла найти палец, и он снова погрузился в забвение.

– Я никогда не слышал о римской «черепахе», пока Луиза мне не рассказала. Хотя у многих людей Бешвайо были с собой щиты из сыромятной кожи, сам король считал их использование трусостью. Каждый воин сражался отдельно, а не как часть общего формирования, и в миг величайшей опасности отбрасывал щит и кидался на врага, полагаясь на силу своего натиска и устрашающую внешность. Вначале Бешвайо возмутила трусливая тактика, которую мы предложили. По его мнению, только женщины прячутся за щитами. Однако он отчаянно хотел отомстить за сыновей и вернуть украденный скот. Его люди быстро научились смыкать щиты и держать их над головами, образуя защиту – оборонительный «черепаший» щит. Мои люди продолжали поливать амахинов огнем, а воины Бешвайо под защитой «черепахи» вступили на мост. Как только они закрепились на противоположной стороне, мы проскакали верхом, стреляя на ходу. Амахины никогда раньше не видели лошадей и не сталкивались с кавалерией, но силу огнестрельного оружия уже знали. Тем амахинским воинам, которые не хотели прыгать со скалы, помогали воины Бешвайо.

– Вам будет приятно узнать, что женщины амахинов не последовали примеру мужчин. Они оставались с детьми и вскоре после окончания битвы почти все нашли мужей среди людей Бешвайо, – сказала Луиза Саре и Верити.

– Разумные женщины, – сказала Сара, погладив Тома по голове. – Я бы поступила так же.

Том подмигнул Джиму.

– Не слушай мать. У нее доброе сердце. Жаль только, что язык не такой. Продолжай свой рассказ, парень. Я его уже слышал, но приятно послушать еще раз.

– Это был очень благоприятный день для всех участников битвы, кроме амахинов, – продолжил Джим. – Если не считать животных, которых амахины успели убить и съесть, мы вернули весь украденный скот, и король был в восторге. Мы с ним разделили кружку пива из одного горшка, после того как разбавили пиво своей смешанной кровью. Теперь мы братья по воинской крови. Мои враги – его враги.

– Теперь, выслушав твой рассказ, я не сомневаюсь, что оборону болот между рекой и фортом следует поручить тебе и твоему кровному брату Бешвайо, – сказал Дориан. – И да поможет Господь Эрминиусу Котсу, когда он попытается там пройти.

– Как только фургоны будут готовы, я отправлюсь на поиски Бешвайо, чтобы заручиться поддержкой его и его воинов, – сказал Джим.

– Надеюсь, муж мой, ты не собираешься держать меня здесь, пока сам будешь бродить в голубой дали? – ласково спросила Луиза.

– Как ты могла так плохо обо мне подумать! К тому же в краале Бешвайо меня ждет холодный прием, если со мной не будет тебя и Джорджа.

Баккат отправился в холмы за Инкунзи. Главный пастух со своим помощником и стадами бродил повсюду. И никто, кроме маленького бушмена, не мог бы его отыскать. Тем временем Смоллбой смазал втулки колес фургонов и привел быков. Через пять дней в форт явился Инкунзи с пятью десятками воинов, и все было готово к выступлению.

Остальные члены семьи стояли на ограждающей стене и смотрели, как караван фургонов уходит в холмы. Луиза и Джим ехали впереди на Драмфайре и Трухарт. Джордж сидел на спине отца в кожаной петле. Он махал маленькими пухлыми ручками и кричал: