Катрин (Книги 1-7) - Жюльетта Бенцони

Мари. — Очень часто я жалею о несостоявшейся бургундской свадьбе… и о родительском доме. Тот Кола, может быть, был неплохим человеком, и я могла бы быть с ним счастлива.

— А Жан? — спросила Катрин со страстью, которой сама от себя не ожидала.

В глазах бургундской красотки мелькнула молния смертельной ненависти.

— Если я когда-нибудь его встречу, я убью его, — заявила она совершенно спокойно, да так, что Катрин ни на минуту не усомнилась, что Мари осуществит свою угрозу.

Потом, подбодренная доверием, которое Мари только что ей оказала, Катрин, в свою очередь, поведала новой подруге собственную историю.

На это ушло много времени, но Мари прослушала ее от начала до конца, не прерывая. Когда молодая женщина закончила свой рассказ. Мари вздохнула:

— Какая сказочная история! Так, значит, таинственный франк и есть ваш муж? А я-то думала, что ты… вы бедная девушка, как и я сама! Я теперь знаю, где я вас видела: это было в Дижоне, куда мой отец взял меня на ярмарку. Я тогда была еще совсем молоденькая, но запомнила ослепительное видение прекрасной и сиявшей как солнце дамы.

— Ну вот, теперь ты видишь, как я изменилась! — заметила Катрин с некоторой горечью. — И незачем тебе называть меня на «вы». Мы с тобой теперь равны!

— Изменилась? — серьезно спросила Мари. — Конечно, вы изменились, но тогда одежда мешала оценить вашу красоту. Теперь она больше видна! Вы просто другая, вот и все!

— Умоляю, — мило попросила Катрин, — не относись ко мне как к высокопоставленной даме! Просто будем друзьями, я в этом так нуждаюсь.

Мари весело согласилась оставить это официальное «вы», и, так как лед окончательно был растоплен, женщины стали своего рода заговорщицами, сообщницами, связавшись так же крепко, как бывают связанными только узами кровного родства. Мари, которая пришла поболтать просто от нечего делать, да еще из любопытства, теперь стала ее союзницей, душой связала себя с Катрин.

— Обещай мне, что если надумаешь бежать, возьмешь и меня с собой — я все сделаю для того, чтобы тебе помочь. Ты же так, наверное, страдаешь из-за этой Зобейды!

— Если я выйду из этого дворца и этого города, ты последуешь за мной, клянусь.

Тогда Мари сообщила своей новой подруге несколько интересных подробностей.

— Ты — в опасности, — сказала она ей. — Если калиф не вернется, тебе и часа не продержаться.

— Почему он может не вернуться?

— Потому что Абен-Ахмед Бану Сарадж, великий визирь, ненавидит его и желает Зобейду, любовником которой он был до приезда франкского рыцаря. Он также хочет захватить трон и возвести на него принцессу вместе с собой, и эта так называемая вылазка Юсуфа, бывшего калифа, отца Мухаммада, против своего сына — мне кажется чистой воды выдумкой. Сын и отец не любят друг друга, но Юсуф устал от власти. Нужно быть очень наивным, как Мухаммад, чтобы поверить, что Юсуф собирается опять отобрать у сына трон, который оставил ему по собственной воле. Наивность со стороны Мухаммада и лживость Бану Сараджа! Я очень опасаюсь, что наш хозяин угодит в хорошо подготовленную ловушку.

— И тогда? — бледнея, спросила Катрин. — Я погибла?

— Еще нет! Мухаммад — наивный, но мужественный человек. Это воин, и он может выйти из положения. Поэтому-то Зобейда и приказала тебя охранять. Если брат вернется, получится, что она только сторожила, может быть, немного переусердствовав, фаворитку своего любимого братца. А если прибудет сообщение о смерти калифа, тебе и часа не прожить!

— Почему? Что я ей сделала?

— Ты — ничего. Но египтянка Зора тобой уже занялась. Принцесса к ней хорошо относится, а Зора ползает у ее ног. И, так как Зора любой ценой жаждет твоей смерти, она проявила дьявольскую прозорливость, я бы сказала, почти финальную, потому что, не ведая ни о чем, она раскрыла правду.

— Что ты хочешь сказать?

— Я хочу сказать, что Зобейда — единственная, кто может возражать калифу. Зоре нужно было сделать ее твоим врагом. А для этого есть единственный способ: использовать ревность Зобейды ко всему, что касается франкского капитана. Зора, сыграв на том, что ты из той же страны, наговорила принцессе, что ты влюблена в ее пленника и норовишь быть к нему поближе.

У Катрин вырвался крик ужаса, который она не сдержала.

— Она сказала, что… Господи! Но я же пропала! Как же получилось что меня еще до сих пор не отдали палачам?

— Монгольским палачам ! Об этом и мечтала Зора, зная темперамент Зобейды. Но принцесса не сумасшедшая: убить тебя, в которую калиф так страстно влюбился с первого же взгляда? Нет, этого она не сделает, пока он в отъезде. Это значило бы признать свое участие в заговоре Бану Сараджа, показать всем, что она не надеется увидеть калифа живым. Если он вернется, то найдет тебя здоровой и невредимой. Но будь уверена, ты недолго будешь наслаждаться его ласками. Ты не попадешь в руки палачей, но с тобой случится какой — нибудь несчастный случай, достаточно ловко подстроенный Зобейдой, которую даже никто не заподозрит в этом. Она знает своего брата, знает, что под внешней мягкостью поэта прячется дикарь, достойный ее самой. Он редко приходит в ярость, но в ярости становится опасен. А ты на сегодняшний день — его любимая забава. Не зря он посылает тебе все это…

И Мари показала рукой на свиток в бархатном чехле, усеянном сапфирами, на котором Махаммад написал поэму, посвященную своей возлюбленной. В предыдущие дни Катрин получила белый султан с брошью из больших розовых жемчужин, золотую клетку, полную голубых попугайчиков, и чудо ювелирного искусства — массивного павлина из золота, распустившего хвост, усеянный драгоценными камнями.

— Впрочем, это вполне убедительно, — заключила Мари. — Это доказывает, по крайней мере, что властелин верующих все еще жив… и да пожелает Аллах сохранить ему жизнь!

Принеся женщинам еду, рабы прервали их откровенную беседу. Пока Мари весело воздавала честь многочисленным блюдам, подаваемым ей, Катрин углубилась в свои невеселые думы. Ее положение оказалось еще хуже, чем она предполагала. В любой момент могло прийти сообщение о смерти Мухаммада… И тогда!.. Только Бог знал, что тогда. Она не сможет послать последнюю весточку Арно и умрет рядом с ним, а он никогда даже не узнает об этом. А ее друзья? Как позвать их на помощь? Жосс, обрядившись в воина из войска калифа, был в Альказабе. Но как найти способ отправить ему письмо? Могла ли она позвать Фатиму к себе и доверить ей письмо для Абу-аль-Хайра? Дойдет ли письмо? И все время преследовала ее мучительная мысль: