Гранд-адмирал. Том шестой - Илья Сергеевич Модус

На скорости свободного падения, помноженной на массу корабля, с учетом крепости обшивки комплекса, его ударная канонерка если не разрушит половину «тарелки», то уж точно приведет к обширным разрушениям.

Сброс топлива позволит уменьшить разрушительные последствия ударной волны и уменьшит объемы воспламенения при ударе.

Не то, чтобы он не хотел жить, осознавая, что для задуманного смещения машины потребуется держать рукояти управления столько, что он окажется за пределами безопасной высоты катапультирования.

Но оставался шанс, что он сможет в воздухе уйти от прямого столкновения с комплексом и упасть в воду, тогда сработает система торможения и…

— «Альфа-7» на связи диспетчер, — раздался в шлеме категоричный голос диспетчера. — Покидай машину на оптимальной высоте. Повторяю — уводи насколько можешь к западу комплекса и покидай машину. Запрещаю спасательные действия ниже оптимальной высоты. Исполняй приказ, «Альфа-7»! Три секунды до предела! Живо кости за борт, пилот! За эти дни мы потеряли слишком много хороших летчиков!

Как и на любой работе, у пилотов тоже есть свой профессиональный сленг, активно употребляемый в жизни.

Выражение «Кости за борт» обозначает катапультирование.

И вкупе с приказом диспетчера оно является безальтернативным вариантом поведения.

Нарушение приказа диспетчера — это последнее, что хочется иметь в своем личном деле в случае выживания.

— Покидаю кабину, — сообщил Лайт, выполняя необходимый комплекс действий.

Работал он лишь одной рукой, второй продолжая удерживать неподконтрольную ему машину.

Хлопок ладонью по большому переключателю на нагрудной панели жизнеобеспечения, и спасательная система запущена.

Ей нужна всего секунда на то, чтобы перейти из режима «Ожидание» в «Полная готовность».

Ремни безопасности впились в тело, притягивая корпус и конечности хрупкого человека к ложементу спасая тем самым его от большей части перегрузок и уберегая позвоночник, руки и ноги от будущих переломов при неудачном приземлении или увечий при катапультировании.

С шумом, который коснулся ушей одновременно со вспышкой пиропатронов, сорвавших с креплений фонарь кабины, кресло надругалось над пилотом.

Мощнейший пинок, выбивший из него дух, отправил кресло в сторону, диаметрально противоположную притягательному зову гравитации.

Тело испытало чудовищные перегрузки, от которых в глазах потемнело, внутренние органы сжались от страха и раболепия перед физическими законами Камино.

Кислород вышибло из легких прямо в шлем, но система жизнеобеспечения настойчивым легким потоком вгоняло в лицо пилота под небольшим давлением свежую порцию.

Встроенные в кресло пилота репульсорные стабилизаторы сработали, придавая ему вертикальное положение относительно поверхности планеты.

Система поляризации шлема сработала, спасая глаза от ослепительной вспышки, образовавшейся на месте падения машины «Альфа-7».

К его огромному сожалению, ударная канонерка так и не дотянула до окраины комплекса, врезавшись в пологий купол на сотню метров дальше от середины.

И к его большому ужасу, крыша, истерзанная многочисленными обстрелами из различного вооружения, не выдержала детонации двигателя и остатков топлива, запертого в системе.

С грохотом и скрежетом металла, четвертая часть округлой крыши «тарелки» рухнула вниз, погребая под своими обломками все, что находилось некогда под ее защитой.

Лайт едва успел проклясть все на свете за свою нерасторопность, но дальнейшие события показали ему, что, скорее всего, за разрушения клонирующего центра ему не придется отвечать.

Разница потенциалов давления внутри и снаружи комплекса сыграли с ним злую шутку, дав начало втягивающей силе, приведшей в негодность и без того не самые мощные репульсоры.

Закрыв освобожденными руками лицо и грудь, Ульта сжался в один комок, когда кресло пилота рухнуло в провал.

Встречный удар поранил ногу, голова ударилась о какую-то арматурину, но шлем оказался цел.

Часть комбинезона буквально вырвало скользящим проходом у края разрушенного перекрытия.

Следующая встреча с остатками несущих конструкций развернула его кресло, уничтожая репульсоры и отбрасывая его вниз уже не вертикально, а горизонтально относительно пола.

Лишь благодаря габаритам кресла, выступающим сантиметров на десять из-за плеч самого пилота, удар плашмя о поверхность не размазал его по полу клонирующей лаборатории.

Но это не спасло от металлической арматуры, пробившей левую, уже пострадавшую ногу.

Не сдерживаясь от крика, Лайт правой рукой вынул из-под сиденья нож-стропорез, которым избавил себя от страховочных ремней.

Демпферное устройство, которое должно было его защитить, так и не сработало. Очевидно пострадало при падении в тот же момент, когда и смялись репульсоры.

Мысль о том, что он находится на территории, которая подконтрольна противнику, не позволяла пилоту потерять сознание.

Тело действовало на автомате, как и на многочисленных учениях, устраиваемых экипажу «Химеры» их командиром.

Ремни больше не удерживают тело, а СЖО не докладывает о переломах, значит могло быть и хуже.

Ульта запустил правую руку под сидение сбоку, вытаскивая оттуда бронированный кейс.

Носимый аварийный запас, обязательный элемент снаряжения кресла-катапульты в Доминионе.

Судя по тому, что он едва поцарапался, несмотря на то, что кресло ниже места его расположения так и вовсе смято как бумага, отливают кейсы НАЗа прямиком из воли гранд-адмирала Трауна.

Прислушавшись, пилот услышал звуки боя и грохот рушащихся конструкций, что не могло говорить о его безопасности.

Вскрыв НАЗ, он раскрыл горловину непромокаемого рюкзака, в который было заключено все его аварийное имущество.

После чего первым делом распотрошил лежащую сверху аптечку, вынув из нее жгут, перевязал ногу выше места ранения арматурой.

Следом в дело пошли шприц-тюбики с обезболивающим, антишоковым и адреналиновым стимулятором.

Которые он должен был вообще-то вколоть себе в другом порядке, но похоже, что удар по шлему отразился и на голове.

Перед глазами чуть прояснилось и красноватый туман отступил.

Отлично.

— Раз сразу не помер, буду жить, — проскрипел пилот, взявшись обеими руками на многострадальную ногу.

Инструкция гласила, что в случае падения на территории противника, он должен покинуть место приземления как можно быстрее, чтобы избежать захвата вражескими солдатами.

Бойцы «Синдиката Силри» пленных в принципе не брали, но и участи быть убитым на месте тоже хотелось избежать.

По крайней мере умереть с оружие в руках, а не как побитой гизке на месте приземления.

Вколотые препараты позволяли на время забыть о боли.

Поэтому, собравшись с духом, он сдернул пробитую ногу с арматуры, почувствовав при этом, как прокусил губу и попробовал на вкус собственную кровь и брызнувшие из глаз слезы.

Тампонирование, обработка раны и перевязка могут подождать.

Благодаря жгуту он не потеряет много крови, а вот если задержится здесь надолго, то может утратить жизнь.

Перевалившись на здоровый бок, он закинул на плечо походный рюкзак с содержащимся в нем неприкосновенным запасом медикаментов, продуктов и необходимым снаряжением.

Вынув из контейнера НАЗа бластерный карабин DS-15s, зарядил его привычным движением.

После чего обвязался разгрузочным поясом с боеприпасами и дополнительными элементами питания и газовыми картриджами.

Бластерный карабин DC-15s.

DC-15s был довольно старым оружием.

Он поступил в массовое производство на военных заводах с первых же дней Войны Клонов.

Одновременно с Великой Армией Республики этим оружием стали вооружать вооруженные силы и ополчение локальных государств сохранивших верность тогдашней власти на Корусанте.

Благодаря своим великолепным качествами, габаритам и весу, это оружие завоевало большую популярность в галактике.

Различными путями значительное количество карабинов неизбежно попадало на черный рынок, а далее расходилось по пиратским бандам и иным криминальным группировкам.

И ими многие банды на Акзиле были вооружены до сих пор.

После окончания Войны Клонов, на волне общего перевооружения, DC-15s постепенно были заменены более совершенными Е-11. Тем не менее, старые бластеры, очевидно снятые с производства, продолжали встречаться в галактике, настолько много их было произведено.

Поговаривают, что именно на основе этого карабина во время Войны было создано специальное оружие для вооружения разведывательно-диверсионных подразделений республиканской разведки.

Такой образец Лайт никогда не видел, но завидовал оружию клонов-коммандос.

Дорогущее, но высоко эффективное.

Жаль, что не его кладут пилотам в НАЗы — их, как и Е-11 не так, чтобы уж много, чтобы вооружить каждого пилота в государстве, а вот DC-15s со складов расконсервировано в таких количествах, что хватит едва ли не на каждого гражданина.

Впрочем, лучше иметь DC-15s, чем ничего не иметь.

Новые энергетические ячейки, обслуженные механизмы — и оружие как новенькое.

Чуть похуже современного, но все такое же убойное, как и на заре своей галактической славы.

Хорошо, что Доминион своим пилотам дает хотя бы карабины,