Проклятие Одии - Майте Карранса

— Орслоя, — прошептала она.

Графиня очень оживилась.

— Ну конечно же! Ты дочь Орслои! Орслоя — мудрая омниора! Я так и знала… Вот поэтому-то ты такая сильная! Что ж! Твоя кровь увенчает мою трапезу.

С невероятным проворством Графиня извлекла из прически острую булавку, воткнула ее в руку Анаид и выжала из ранки каплю крови так, что та упала прямо на талисман.

Анаид сдавленно вскрикнула.

«Теперь у Графини есть все! Отныне эта одиора непобедима, пока у нее на шее красуется талисман с волосами и кровью Избранницы!»

Она хотела приблизиться к Графине, но почувствовала ужасную слабость. Еще хуже девушке стало, когда та прижала свой талисман к ее груди.

— Ты моя. Ты сделаешь все, что я прикажу. Отныне ты принадлежишь мне!

Графиня сковала волю Анаид заклятием.

По мановению руки своей госпожи огромная и сильная, как мужик, Дорка взвалила Анаид на плечи и отнесла ее в затемненный угол покоев, где в стене красовались большие железные кандалы.

Достав из-за пояса ключ, Дорка расстегнула кандалы и просунула в них запястья девушки. Анаид сопротивлялась, но каждый раз, когда она произносила заклинание, Графиня сжимала в пальцах талисман, и она теряла силы.

Разорвав шелк белого платья на спине Анаид, Дорка протянула хозяйке плеть.

— Желаете начать, Ваша Светлость?

— Я слишком утомлена. Начинай ты! — сладострастно простонала пожиравшая жертву глазами Графиня и раскинулась на постели.

Дорка хлестнула Анаид по белым плечам.

Девушка и представить себя не могла такую боль. Казалось, ее кожу разрывают шипы, вонзающиеся глубоко в живое мясо. От невыносимой боли она не могла дышать. Новый удар плети пришелся по тому же месту, что и первый, и раскроил кожу Анаид еще глубже. На этот раз девушка закричала. Потом она кричала уже после каждого удара.

Наверное, Анаид так и кричала бы, пока не потеряла сознание, но в этот момент отворилась дверь и появилась Илона, деловито тащившая безжизненное тело Дориски. У несчастной молодой омниоры были перерезаны вены на руках. Кровь еще стекала по ним на пол.

— Госпожа! — воскликнула Илона. — Прибыли гости. Надо спрятать эту девчонку.

— Гости?

— Да. Только что. Сейчас их селят в восточном крыле замка.

Подойдя к окну, Графиня помрачнела. Действительно, во дворе замка стояли два запряженных породистыми лошадьми экипажа, из которых выходили одетые по придворной моде люди.

«Как они посмели явиться в замок в неурочный час?! Какая наглость! Ворваться в жилище несчастной одинокой вдовы после захода солнца! Могли бы остановиться в корчме, а поутру отправить к ней лакея с просьбой об аудиенции!»

— Скажите, что я утомлена и никого не принимаю.

— Госпожа, прибыл ваш родственник благородный господин Юрай Турзо. Он желает вас видеть.

В сердце Анаид затеплилась надежда.

«Если это, действительно, Юрай Турзо, они с Дориской еще могут спастись, хотя молодой омниоре остается жить считанные минуты!»

— Эржбета! — раздался за дверьми мужской голос.

Отойдя от окна, Графиня прошипела Илоне:

— Скажи ему, что я плохо себя чувствую.

— Госпожа плохо себя чувствует! — приложив ладони ко рту, заорала Илона.

— Со мной врач. Он ей поможет.

— Я сплю. Зачем они меня будят?! — Графиня начала нервничать.

— Госпожа спит! Ее не велено беспокоить!

— Почему же у вас горит свет?

— Каков наглец! — прошипела Графиня. — Скажи ему, что у меня температура, и я пью настой ромашки.

— Госпожа пьет настой ромашки! У нее температура!

Эта отговорка, кажется, подействовала.

— Ну, хорошо. Передай госпоже, что я поговорю с ней завтра утром.

До завтрашнего дня оставалось еще слишком много времени. Анаид понимала, что они с Дориской до него не доживут. Нельзя было терять ни секунды.

Зажмурившись, девушка собрала оставшиеся силы и направила их на свои руки. Нечеловечески усилием она вырвала кандалы из стены и сломя голову бросилась к окну.

— На помощь! — закричала она. — Спасите! Убивают!

Но выпрыгнуть из окна Анаид не успела. Своей железной рукой Дорка схватила ее за шею и швырнула к ногам Эржбеты, которая вырвала из рук у прислужницы плеть и начала бешено хлестать ею девушку.

— Ах ты, мерзкая тварь! Гадюка! Доносчица! Интриганка!

Но Анаид уже поборола страх. Когда плеть больно хлестнула ее по рукам, которыми она закрывала лицо, девушка настолько вознегодовала, что вызвала бурю.

В окно влетела молния. Уничтожая все на своем пути, она пронеслась над головой остолбеневшей одиоры и вылетела сквозь каминную трубу.

Замок содрогнулся от раската грома, и Анаид выпрямилась во весь рост.

«Сейчас или никогда!»

Выхватив волшебный трут, Анаид подожгла его огнивом и бросилась к Графине. Однако та была начеку и отклонила пламя к шторам, которые тут же запылали.

— Избранница! Ты — Избранница! — воскликнула наконец все понявшая Графиня.

Выхватив свой заколдованный атам, Эржбета Баторий ринулась на Анаид, намереваясь прикончить ее на месте.

В этот момент раздался страшной силы удар, дверь слетела с петель, и в помещение ворвался Юрай Турзо в сопровождении старосты Чахтицы. Рядом с ними на пороге возникла худая угловатая девочка, бросившаяся вперед и закрывшая своим телом израненную Анаид от ножа Кровавой Графини.

Атам вонзился в грудь Дацилии. Девочка вскрикнула и рухнула на пол. Анаид в ужасе закричала. Эхом ее крика стал возглас высокой женщины с честными глазами, склонившейся над безжизненным телом Дориски.

— Дориска, дочь моя! — содрогаясь от рыданий, твердила она.

И солдаты, и староста топтались в дверях. Их мутило от вида такого количества пролитой крови.

С занавесок пламя перекинулось на балдахин. Потом загорелась кровать. Густой дым ел глаза. Все кашляли и пятились, стараясь держаться подальше от огня.

— Именем короля! — воскликнул Юрай Турзо, хватая за руку Эржбету Баторий.

Широко открытыми от ужаса глазами смотрел он на трех окровавленных девушек, одну из которых закололи у него на глазах.

Анаид не обратила внимания на язвительную усмешку задержанной Графини. Девушка усердно тащила раненную Дацилию прочь из горящих покоев. Когда Анаид, наконец, наложила руки на рану девочки, чтобы попытаться ее залечить, рядом во весь рост поднялась омниора Орслоя с трупом дочери на руках.

— Моя девочка умерла! Будь проклята та, что пила ее невинную кровь! Да покарают ее мертвецы в чреве своего царства!

Анаид остолбенела от ужаса.

«Дориска умерла!» Умерла из-за нее… Не может быть! Ей это снится… — Девушка зажмурилась. Потом открыла глаза. Вокруг все было по-прежнему. Она не спала.