Отвага и любовь - Кэтрин Арчер

Он взглянул на нее с непререкаемой решимостью.

— Но я должен, Мередит! Постарайтесь это понять. У нас нет никаких доказательств, и я не собираюсь прятаться. Я устал от этих игр и хочу сразиться с ним в открытом бою. У меня нет причин бояться. Я могу победить его в честном поединке.

Мередит охватила паника — такая сильная, что все мысли о том, что она должна прятать свои чувства, вылетели у нее из головы. Она не могла потерять Роланда! В отчаянии она с мольбой взглянула в его голубые глаза.

— Умоляю вас, неужели вы не видите, что это безумие? Безусловно, оба они, и он и Орин, замешаны во всем. Кто же еще, если не они? В связи с предстоящей свадьбой здесь много людей, которые не только не приближены к моему отцу, но и могут быть участниками заговора. Только не допустите ошибки. Раз мой отец дал слово помириться с вами, он никогда не нарушит его. Лично он ни к чему не причастен.

Роланд, пристально глядя на нее, проговорил севшим голосом:

— Мередит, я не хочу оказывать на вас давление. Видит Бог, я не имею на это права. Но осмелюсь предположить… не означает ли ваше беспокойство о моей персоне, что вы продолжаете питать ко мне некоторые чувства? Что ваша любовь еще не совсем превратилась в ненависть?

Она не отвела взгляда, зная, что выдала себя, что когда-нибудь в будущем Роланд может использовать ее любовь к нему против нее же. Но она не станет отрицать правду, если эта правда сможет сохранить ему сейчас жизнь.

— Да, — сказала она сдавленным голосом, — как это ни глупо, но я продолжаю вас любить.

В следующий миг его руки сомкнулись вокруг нее.

— Мередит, не могу поверить в то, что это правда! Именно об этом я мечтал больше всего на свете, потому что я тоже вас люблю. Я люблю вас всем сердцем, всей душой.

Не веря своим ушам, Мередит, потрясенная, посмотрела на него. Но когда ее глаза встретились с его очами, сияющими любовью и счастьем, волна лучезарного света захлестнула ее.

Следующее, что она почувствовала, было прикосновение его губ к ее губам. Сердце Мередит переполнилось радостью, когда она попыталась сказать ему, как много значат для нее этот момент и его слова.

Только когда от его поцелуя она была близка к обмороку, а ее ноги стали ватными, он чуть отстранился.

— О, Мередит, я так счастлив, что вы все еще испытываете ко мне теплые чувства. Я так боялся, что убил вашу любовь.

Она вздохнула и сильнее прижалась к нему.

— Вы делали мне больно, но моя любовь, муж мой, мои чувства к вам такие сильные, что ничто не может уничтожить их — даже смерть.

Эти слова, сказанные вслух, заставили ее задуматься над тем, что они могут быть пророческими.

Услышав их, Роланд провел рукой по волосам Мередит и прижал ее к своей груди.

— С этого момента я сделаю все, чтобы оправдать вашу любовь.

— Сейчас нам надо уходить отсюда! — воскликнула она с мукой в глазах. — Я не хочу больше ни минуты находиться в обществе тех, кто хочет причинить вам вред.

Он застыл.

— Мередит, я не могу уйти в момент такого обострения.

Она оттолкнула его. От волнения голос ее стал хриплым.

— Вы говорите это только из гордости.

Его подбородок дрогнул от этого обвинения, но заговорил он мягко и нежно:

— Нет, любовь моя, это неправда. И, поразмыслив, вы поймете это. Я… мы не можем уйти, когда существует угроза такого вероломства. Джайлс вот-вот женится на вашей родной сестре. Разве вы сможете не видеться с ней, чтобы избегать общения с ним?

Повернувшись к нему спиной, Мередит энергично кивнула.

— Во имя спасения вашей жизни смогу.

— Так не получится. Мы не сможем прервать все отношения с вашей семьей, с вашим отцом. Это принесет вам больше боли, чем им. Поверьте мне, я знаю, Мередит, как трудно жить, когда рядом нет никого из родных. Я не хочу, чтобы с вами случилось что-либо подобное. Даже если бы я согласился принять от вас такую жертву, это не принесло бы нам покоя. Я бы постоянно испытывал страх за вас, за наших детей. Человек, который задумал причинить зло другому человеку, нередко находит другой способ сделать это, если ему помешали осуществить задуманное.

Тут она, обернувшись, взглянула на него. Ее глаза потемнели от боли.

— Господи, я не подумала об этом. Протянув к ней руки, он снова прижал ее к себе и провел рукой по ее волосам.

— Вы настолько сама хороший и преданный человек, любовь моя, что не видите, на какое страшное зло могут быть способны другие. Вы стараетесь окружить всех своей любовью и заботой, даже меня. Именно это привело вас сегодня сюда и заставило признаться в любви, которой я не заслуживаю. Вы испугались за меня.

— Да, то, что вы говорите, — правда. Я испугалась за вас, но я не такая уж хорошая. Я обманом заставила вас жениться на себе и таила от вас секреты. Как вы сказали, прежде всего, моя забота должна быть о вас, моем муже, и о других. — Она смущенно опустила глаза.

Взяв жену за подбородок, Роланд поднял ее голову.

— Вы должны, прежде всего, заботиться о себе, Мередит, а не обо мне или ком-то еще. Я полюбил вас за вашу стойкость, хотя и пытался сломить ее. Вы были правы, говоря мне все время, что вы не такая, как моя мать. Вы так же далеки от нее, как солнце от земли. Ни одна другая женщина не может сравниться с вами в отваге и чести. Если бы вы не были такой, вы бы не доказали мне, как неправ я был, меряя всех по чужим грехам.

— Ваша мать совершила ужасную ошибку, бросив вас и вашего брата, даже если она и хотела убежать от вашего отца. Не могу даже представить, какую боль это причинило вам.

Его взгляд был серьезен.

— Да. И сейчас я понимаю, что это отразилось на мне и моей семье гораздо больше, чем я всегда считал. Но не она одна допустила ошибку. Думая о прошлом, я понимаю сейчас, что мой отец был слабым человеком. Саймон говорил мне, что если я не пойму этого, то стану и сам таким. Он был прав. Наше с вами будущее принадлежит нам. Однако прежде, чем мы заживем вместе так, как хотим, не зная страха, я должен лицом к лицу противостоять этой возникшей угрозе.

Мередит понимала, что, как бы ни старалась, она не сможет переубедить его. Роланд не станет бежать от опасности. Его стремление смело бороться со всем, в том числе со своими внутренними слабостями, было одним из тех его качеств, которые она больше всего любила в нем.

Глава шестнадцатая

Мередит наблюдала за всем с трибун, стараясь не показывать тревоги и страха. В течение утра Роланд, как она и предвидела, выиграл большую часть состязаний на силу и ловкость.

Время шло, но пока что Джайлс никак не проявлял своего враждебного отношения к нему. Когда Роланд во время поединка сбросил его с коня, тот просто встал и поклонился с подчеркнутой учтивостью ее мужу. Это нисколько не успокоило Мередит, поскольку совершенно не соответствовало характеру угрюмого рыцаря. Тревога в ее душе только возросла.