Нет грешным покоя (СИ) - Айсквин Мэй

— Снейп! — Фигура вздрогнула и подняла голову. — Остановись, ради Мерлина.

— Поттер? — плотный шарф не смог скрыть изумления в голосе. — Назови мне хоть одну причину, почему я не могу прикончить тварь, которая хотела меня убить!

— Не говори так о нем. Он просто себя не контролирует. Это не его вина!

— Защищаешь его? — Северус перевел взгляд на ликантропа. — Значит, твой друг. Неужели это Ремус, я прав?

— Снейп, я прошу тебя!

— Не ожидал услышать подобное, — тот усмехнулся. — Что ж, я не убью его… сегодня. Но ты мне будешь должен.

Северус отошел от оборотня, и в этот момент на поляне возник директор. И хотя в ярком ореоле его фигуру было плохо видно, Снейп заметил, что остроконечный колпак съехал набок, а белая борода развевалась словно боевое знамя.

Осмотрев всех участников, Дамблдор покачал головой.

— Вы трое, в мой кабинет. Регулус Блэк, это и вас касается.

Регулус, что до этого прятался за углом хижины, создавая гравитационные ловушки и тем самым затрудняя передвижения зверя, тяжело вздохнул.

Дальнейшие события напоминали безумный калейдоскоп. Мадам Помфри тщательно обследовала каждого, напоила зельями, однако не стала укладывать их в постель, так как директор хотел разобраться в возникшей ситуации как можно скорее. Со Снейпом медведьма возилась дольше всех, тщательно изучая рану. Хоть было и очевидно, что это был удар когтями, а не укус, во время сражения кровь оборотня могла попасть на рану. И было неизвестно, произойдет ли в данном случае заражение.

Потом вернулся Дамблдор, и начались многочисленные допросы. Как и почему они оказались за пределами школы в комендантский час? Как их вообще туда занесло? Как взломали дверь? И хотя ребята отвечали с неохотой, директор вытащил из них всю правду.

— Что ж, ситуация более чем серьезная. Вы, мистер Снейп, поддались на провокацию, нарушили школьные правила, втянули в это своего друга, применяли темную магию, и если бы не своевременное вмешательство мистера Поттера, стали бы убийцей.

Северус молчал, оставаясь внешне безучастным. Директор тяжело вздохнул.

— Подвергать вас наказанию не вижу смысла, ибо жизнь может наказать сильнее, — выразительный взгляд на руку. — Думаю, вы не будете против пройти осмотр целителя в течение трех последующих дней, а также в следующее полнолуние. Что же до остальных, — строгий взгляд на Поттера и Блэка, — вы будете держать произошедшее в тайне. Вам ясно?

Глава 25

Находиться в изоляции было неприятно. Рука неимоверно чесалась, хотелось содрать повязку, но ему не разрешала это сделать мадам Помфри. От ее взгляда — пусть она и старалась скрыть тревогу — было тошно.

Хоть когти оборотня прорезали мясо до кости, его не стали лечить бадьяном, а насыпали на алые борозды смесь измельчённого в порошок серебра и ясенеца белого, что «запечатала» рану, не давая ему умереть от потери крови.

Кровь. Все крутилось вокруг нее. Какова вероятность, что кровь оборотня смешалась с кровью мага? И даже если ответ будет положителен, то каковы шансы, что он заразится ликантропией в слабой форме. А разве ликантропия бывает в слабой форме?

Северус нервно захихикал.

Гилберт. Гилберт. Милый Гилберт.

— Моя болезнь была неизлечима, но этот город подарил мне надежду… Эта странная кровь подарила мне время. Мне невероятно повезло. Эта чума не тронула меня. Я даже умру человеком.

Бедный Гилберт. Проклятье не обошло его.

Заболевание крови, кроворожденный патоген — вот что такое Чума Зверя. Инфекция, болезнь, передающаяся от человека к человеку с помощью крови.

Мадам Помфри не могла помочь. Она могла только ждать. Может, использовать противоядие. Но те таблетки использовались для лечения пепельной крови и приносили лишь кратковременное облегчение. В конечном итоге пепельная кровь привела к нашествию чудовищ.

Северус схватил блокнот.

«Кровь… Кровь состоит из трех элементов. Первый — эритроциты, или красные кровяные тельца. Их задача — транспортировка различных газов, в первую очередь, кислорода, по организму. Второй — плазма. Приблизительно половина крови — плазма, жидкость, которая переносит кровяные тельца по организму. Её можно выделить с помощью центрифуги-сепаратора. Она представляет собой мутную, иногда прозрачную желтоватую жидкость, называемую сывороткой или чистой кровью — кровью без примеси каких-либо других элементов. Третий — лейкоциты или белые кровяные тельца. Они служат в качестве иммунной системы организма: атакуют вредоносные клетки и очищают старые и отмершие клеточные структуры.

Чума поражает жертву через кровь. Сородичи Космоса избежали Чумы, оставили её позади. Вместо крови у них чистая, желтоватая жидкость — сыворотка, где есть только белые клетки крови, которые, в принципе, можно называть бледными клетками крови. Та самая Бледная кровь!»

Северус задумался.

«Но если в крови отсутствуют эритроциты, тогда как организм будет получать питательные вещества?

Да, Бледную кровь можно было назвать лекарством, но… оно было отнюдь не лучшим.

Кейнхерсты не болели Чумой, ведь в их жилах текла кровь Королевы, кровь, что была смертельна для чудовищ.

Здесь ее называли Черная кровь. Кровь вампиров, яд для всего сущего.

Бледная кровь и Черная кровь — производные от Древней крови, лекарство и яд — две крайности одной и той же сущности.»

Мало радости в неизбежном выборе из двух зол.

Когда мадам Помфри в очередной раз покинула Больничное крыло, дабы перевязать Люпина — все же Сектумсемпра оставляла вечно открытые раны, — Снейп достал сверток своих вещей. Из подсумка был извлечен кинжал, покрытый багровой коркой. Ждать, пока ему вынесут диагноз-приговор, было невыносимо. Но у него было на уме одно заклинание, что могло дать ответ.

«Когда сдирается плоть и льется кровь, чудовище внутри просыпается. Что ж, тогда я сделаю так, чтобы оно никогда больше не проснулось».

Кровавая корка на кинжале треснула, выпуская наружу аквамариновое сияние, и закипела. Снейп почувствовал, что и его кровь раскаляется, дрожит и поет. И это было божественно.

* * *

На душе Регулуса скреблись кошки. Лучший друг лежит в медпункте под наблюдением, а виновник ходил на пары как ни в чем не бывало. Будь это кто другой, Блэк тут же бы написал матери, но тем, по чьей вине возникла вся эта ситуация, был его собственный брат. Конечно, и так было ясно, куда ведут ниточки, но слышать подтверждение из уст Поттера было неприятно. Регу очень хотелось верить, что гриффиндорец солгал, но когда он решил поговорить с братом напрямую, тот даже не отрицал своей вины. Регулусу было очень горько и обидно, поэтому он вложил всю свою боль в удар, надеясь, что брат почувствует хоть капельку тех страданий, что испытывает он.

— Какого драккла ты творишь? — возмущению Сириуса не было предела. — Почему ты защищаешь этого слизняка?

— Потому, что так поступают настоящие друзья. Мы защищаем друг друга. А не используем как инструмент для расправы над врагом. Я знал, что тебе не нравится Снейп, но не думал, что ради мести ты подставишь товарища. Тц! — Регулус устало потер переносицу. — Знаешь, хорошо, что ты не считаешь нас семьей, потому что после твоего поступка с тобой не хочется иметь ничего общего!

Эти слова были для Сириуса словно пощечина.

— Ах вот так, — тот злобно оскалил зубы, — ну и катись тогда к своему обожаемому Снейпу. Чтоб вас!

Дальше Регулус уже не слушал.

Северуса выпустили из Больничного крыла через пару дней. Если не считать повышенную бледность, то внешне он никак не изменился. На расспросы товарищей он лишь ответил, что ничего определенного сказать нельзя, поэтому его будут мурыжить как минимум месяц, но к занятиям вернуться позволили.

— Директор очень надеется, что все обойдется. Иначе меня изолируют от общества, Люпина ликвидируют, а Дамблдор… Будет отвечать перед законом. Сириусу тоже мало не покажется. А так… Дело можно будет замять.