- Любовные романы
- Фантастика и фэнтези
- Ироническое фэнтези
- Научная Фантастика
- Фэнтези
- Ужасы и Мистика
- Боевая фантастика
- Альтернативная история
- Космическая фантастика
- Попаданцы
- Юмористическая фантастика
- Героическая фантастика
- Детективная фантастика
- Социально-психологическая
- Боевое фэнтези
- Русское фэнтези
- Киберпанк
- Романтическая фантастика
- Городская фантастика
- Технофэнтези
- Мистика
- Разная фантастика
- Иностранное фэнтези
- Историческое фэнтези
- LitRPG
- Эпическая фантастика
- Зарубежная фантастика
- Городское фентези
- Космоопера
- Разное фэнтези
- Книги магов
- Любовное фэнтези
- Постапокалипсис
- Бизнес
- Историческая фантастика
- Социально-философская фантастика
- Сказочная фантастика
- Стимпанк
- Романтическое фэнтези
- Ироническая фантастика
- Детективы и Триллеры
- Проза
- Феерия
- Новелла
- Русская классическая проза
- Современная проза
- Повести
- Контркультура
- Русская современная проза
- Историческая проза
- Проза
- Классическая проза
- Советская классическая проза
- О войне
- Зарубежная современная проза
- Рассказы
- Зарубежная классика
- Очерки
- Антисоветская литература
- Магический реализм
- Разное
- Сентиментальная проза
- Афоризмы
- Эссе
- Эпистолярная проза
- Семейный роман/Семейная сага
- Поэзия, Драматургия
- Приключения
- Детская литература
- Загадки
- Книга-игра
- Детская проза
- Детские приключения
- Сказка
- Прочая детская литература
- Детская фантастика
- Детские стихи
- Детская образовательная литература
- Детские остросюжетные
- Учебная литература
- Зарубежные детские книги
- Детский фольклор
- Буквари
- Книги для подростков
- Школьные учебники
- Внеклассное чтение
- Книги для дошкольников
- Детская познавательная и развивающая литература
- Детские детективы
- Домоводство, Дом и семья
- Юмор
- Документальные книги
- Бизнес
- Тайм-менеджмент
- Кадровый менеджмент
- Экономика
- Менеджмент и кадры
- Управление, подбор персонала
- О бизнесе популярно
- Интернет-бизнес
- Личные финансы
- Делопроизводство, офис
- Маркетинг, PR, реклама
- Поиск работы
- Бизнес
- Банковское дело
- Малый бизнес
- Ценные бумаги и инвестиции
- Краткое содержание
- Бухучет и аудит
- Ораторское искусство / риторика
- Корпоративная культура, бизнес
- Финансы
- Государственное и муниципальное управление
- Менеджмент
- Зарубежная деловая литература
- Продажи
- Переговоры
- Личная эффективность
- Торговля
- Научные и научно-популярные книги
- Биофизика
- География
- Экология
- Биохимия
- Рефераты
- Культурология
- Техническая литература
- История
- Психология
- Медицина
- Прочая научная литература
- Юриспруденция
- Биология
- Политика
- Литературоведение
- Религиоведение
- Научпоп
- Психология, личное
- Математика
- Психотерапия
- Социология
- Воспитание детей, педагогика
- Языкознание
- Беременность, ожидание детей
- Транспорт, военная техника
- Детская психология
- Науки: разное
- Педагогика
- Зарубежная психология
- Иностранные языки
- Филология
- Радиотехника
- Деловая литература
- Физика
- Альтернативная медицина
- Химия
- Государство и право
- Обществознание
- Образовательная литература
- Учебники
- Зоология
- Архитектура
- Науки о космосе
- Ботаника
- Астрология
- Ветеринария
- История Европы
- География
- Зарубежная публицистика
- О животных
- Шпаргалки
- Разная литература
- Боевые искусства
- Прочее
- Периодические издания
- Фанфик
- Военное
- Цитаты из афоризмов
- Гиды, путеводители
- Литература 19 века
- Зарубежная образовательная литература
- Военная история
- Кино
- Современная литература
- Военная техника, оружие
- Культура и искусство
- Музыка, музыканты
- Газеты и журналы
- Современная зарубежная литература
- Визуальные искусства
- Отраслевые издания
- Шахматы
- Недвижимость
- Великолепные истории
- Музыка, танцы
- Авто и ПДД
- Изобразительное искусство, фотография
- Истории из жизни
- Готические новеллы
- Начинающие авторы
- Спецслужбы
- Подростковая литература
- Зарубежная прикладная литература
- Религия и духовность
- Старинная литература
- Справочная литература
- Компьютеры и Интернет
- Блог
Жизнь и труды Клаузевица - Андрей Снесарев
Шрифт:
Интервал:
Закладка:
Оригинальна и плодотворна и Клаузевицкая дефиниция войны: «Война есть не что иное, как расширенное единоборство. Если мы захотим охватить мыслью как одно целое все бесчисленное множество отдельных единоборств, из которых состоит война, то лучше всего вообразить себе схватку двух борцов. Каждый из них стремится при помощи физического насилия принудить другого выполнить его волю; его ближайшая цель — сокрушить противника и тем самым сделать его неспособным ко всякому дальнейшему сопротивлению.
Итак, война — это акт насилия, имеющий целью заставить противника выполнить нашу волю»[404].
Отсюда мы можем вывести, что успех на войне достигается, если удается подавить волю самого противника, вынудить его или убедить не стремиться более к тем целям, которые противоречат нашим. В этой связи успех на войне, то есть победу, следует измерять не простым количеством убитых или же разоруженных у противника, а степенью достижения поставленной политической цели и принятием ее противником. И проверка по этому критерию лучше поможет понять успех войны.
Ясно также, что победа, как ее определяют, вовсе не обязательно должна быть обретена в ходе массового столкновения или массового избиения на поле битвы, или же посредством триумфального прохождения по столице противника. Клаузевиц, вероятно, понимал, что при определенных обстоятельствах (например, в ходе ведения оборонительной войны или асимметричной войны-герильи, когда восставшие борются против многочисленных регулярных войск), для более слабой стороны уже само уклонение от неизбежного решающего сражения может оказаться достаточным: «отсутствие решительного столкновения уже представляет успех обороны»[405]. В 60-е гг. XX в. Генри Киссинджер выделил эту мысль более отчетливо: «Если конвенциональная армия не побеждает, то она проигрывает. Герильерос же побеждают, если не проигрывают»[406]. Могущественная держава может таким образом проиграть войну, если она не в состоянии подчинить своей воле население, и участники сопротивления смогут постепенно привести оккупационные власти к тому, что им придется уйти, не воспользовавшись плодами оккупации. В противном случае мира для них не будет благодаря булавочным уколам, мелким нападениям, террористическим актам. Обращение к Клаузевицу объясняет, почему Наполеон, стремясь всегда победить посредством большого «генерального сражения», был в конце концов побежден, будучи не в состоянии удерживать завоеванные территории вследствие сопротивления населения. В этом контексте можно также понять, почему Клаузевиц вообще мыслил оборону более сильной формой ведения войны, чем наступление (Часть шестая), что совсем не нравилось милитаристам — от Мольтке до современности.
Другие важные переменные войны заключены, по Клаузевицу, в «странную троицу», состоящую из «насилия как первоначального своего элемента, ненависти и вражды, которые следует рассматривать как слепой природный инстинкт; из игры вероятностей и случая, что делает ее свободной душевной деятельностью; из подчиненности ее в качестве орудия политике, благодаря чему она подчиняется простому рассудку»[407].
Каждое из этих трех измерений он связывал с народом в системе насилие — ненависть — вражда: чем более народ эмоционально привязан к войне, тем, полагал Клаузевиц, будет больше проявляться насилие, как ему удалось наблюдать это у французов в период ведения революционных войн, и у русских и немцев в Пруссии — при оказании сопротивления Наполеону (хотя в последнем случае сопротивление поначалу нарастало очень медленно). Второе измерение, касающееся вероятности и случайности, он связывал с храбростью и талантом, с полководцем и войском. Третье, характеризующее политические установки войны, относилось к правительству. Следуя взглядам Клаузевица, каждую войну следует определять совокупностью этих трех измерений[408].
В дальнейшем из этой двойной «триады» Клаузевица исследователи стратегии вывели концепцию тринитарности правительства, армии и народа как фундаментального аналитического подхода к изучению войны. Это побудило названных выше Джона Кигана и Мартина ван Кревельда из-за появления по окончании холодной войны новых внутригосударственных войн признать Клаузевица устаревшим: в войнах между мятежниками и правительственными войсками эту тройственность применить нельзя. Однако и раньше благодаря мобилизации всего населения в ходе тотальных войн XX в. нельзя было говорить о различии между народом и армией.
Но, как мы видим, эта вторая «триада» явилась для Клаузевица лишь сопутствующим размышлением. По-настоящему важным для него было своеобразное магнитное поле, образующееся в результате тяготения по трем направлениям: насилие — ненависть — вражда, вероятность — случайность и политическая цель, между которыми война, подобно металлу, колеблется во взвешенном состоянии. Другими словами, здесь Клаузевиц дает описание потенциала любой войны. При этом степень эскалации насилия зависит от того, насколько пламенеют чувства людей, каково соотношение между политическими ограничениями, противодействующими этому, и политическими целями, поддерживающими эту эскалацию; соответствуют или нет действительным вызовам войны способности и отвага полководца и вооруженных сил, их обеспечение, их доктрина и уровень подготовки. Так выглядят эти три переменные, являясь аналитическим инструментарием для понимания действительной войны.
Наряду с этими социально-философскими подходами Клаузевиц оставил нам и важные практические выводы. Одним из них является важность определения у противника центра тяжести, который должен подвергнуться поражению. Для ранних частей книги «О войне» характерно, что Клаузевиц в стиле Наполеона понимал под этим объектом основные силы армии противника. В частях книги, подвергшихся переработке, признается психологическое измерение войны, при этом основным объектом поражения может выступать столица врага, которую необходимо занять, или же вообще руководящее лицо у противника, включая вождя герильеров, которых следует уничтожить (Часть восьмая, глава 4).
Если цель состоит в подавлении воли противника, то будет также верным угрожать неприемлемым до крайности ухудшением его положения (Часть первая, главы 1.3 и 1.4). В данном случае Клаузевиц выступает предтечей концепции эскалации угроз, которая стала важным элементом стратегической мысли Запада, особенно в ядерную эпоху. Тем не менее эта концепция применима ко всем другим формам войны, особенно в связи с процессом торга, который Клаузевиц находил во многом аналогичным войне. Такая угроза, по Клаузевицу, должна всегда сопровождаться готовностью сделать ее реальной, как, например, кредит выдается только если есть готовность выплатить его. Блеф при этом недопустим, поскольку кто-нибудь сможет это выявить. Как сформулировал во второй половине XX в. французский дипломат и знаток Клаузевица Франсуа де Роз, устрашение есть продукт угрозы и ее правдоподобия[409]. Если убедительность однажды достигла нулевой отметки, даже самая жесткая угроза не сможет поколебать волю противника.
Другой очень важный практический результат учения Клаузевица, особо почитаемый военными и лицами, осуществляющими оборонное планирование, заключается в признании наличия трения. Это позволяет провести различия между прекрасными планами на бумаге и реальной действительностью, когда далеко не все функционирует так, как запланировано. Клаузевиц категоричен в том, что действительность войны отличается от красивых бумажных планов так же, как плавание в воде отличается от обучения плаванию на суше (Часть первая, глава 7). Трения, включающие в себя случайность, погоду, климат, ландшафт, изобилие других непредвиденных «данных», создает хаос на театре войны. Поэтому «…все действия ведутся до известной степени в полумраке; к тому же последний нередко, подобно туману или лунному освещению, создает иллюзию преувеличенного объема и причудливых очертаний»[410]. Такой вывод отразился в профессиональном языке американских военных, у которых в ходу выражение Клаузевица «туман войны». Неразбериха может наглядно проявляться и в том, что военные операции и сегодня, в информационную эпоху, отличаются от предшествующих им надуманных планов.
Насколько важен труд «О воине» в начале XXI века?Незаконченная книга Клаузевица «О войне» не лишена слабых мест потому, что ее автор рано умер от холеры, поэтому же и проявляются противоречия и несогласованности между ее ранней и поздней частями. Но есть и иные слабости. В наше время существуют разновидности войны, которые в этой книге не описаны, например, партизанская война (хотя Клаузевиц читал лекции о ней в Военной академии). То же можно сказать и о проблемах снабжения (тем не менее, многие из них он заметил во время войны 1812 года). Клаузевиц никогда не занимался проблемами морской войны и в отличие от Вобана или Шарнгорста вообще не интересовался характерными для своего времени технологиями создания оружия и укреплений. (Все же это следует оценить положительно, так как технологии устаревают быстрее всего, а произведения Вобана или Шарнгорста сегодня представляют интерес лишь с исторической точки зрения.) В любом случае Клаузевицу не довелось увидеть существенных прорывов в истории техники, которые вскоре после его смерти сильно изменили картину войны вследствие появления железных дорог и телеграфа, небывалого усиления силы взрывчатых веществ, вплоть до появления ядерного оружия, а также резкого расширения масштабов полей сражений, распространившихся на целые континенты.
