Рубежи (СИ) - Штенье Робин

Но векш не спешил их успокаивать, стащил Илью с дивана, поудобнее уложил на нем Светлану Анатольевну, принялся рисовать новые руны. И потому, когда Денис решил спросить, что происходит, вмешался молчавший все это время Мигель.

— Она просто уснула, — пояснил он. — Когда с моей мамой было тоже самое, после снятия заклинания, та сразу заснула. Вернее, из-за магии господина Райджигана все прошло гораздо мягче и, насколько я могу судить, безболезненно. Но заклинание само по себе выматывает, так что сон — это хорошо.

Денис кивнул. То, что Мигель много знал о магии, его совсем не удивило, в конце концов это благодаря ему он смог сбежать. А вот Илью слова хулигана заинтересовали, потому он, отстранив Дениса, вышел вперед и спросил:

— Так твоя мама тоже заколдованная?

— Уже нет, — усмешка вышла горькой.

«Она тоже умерла, — понял вдруг Денис. — У него же никого не осталось! Ни отца, ни матери!.. Кажется, он считает себя виновным в их смерти».

Похожие мысли пришли в голову не только ему. Младший брат оказался на редкость догадливым. Он обернулся и, заглянув Денису в глаза, громким шепотом поинтересовался:

— Как думаешь, а его нам можно будет оставить? Он же не собака — домовладелец ругаться не станет. Можно, да?

— Эм… Ну… Это у родителей надо спрашивать.

Илья кивнул, обернулся к спящей маме, рядом с которой все еще колдовал Райджиган, и хлопнув в ладоши спросил:

— А где папа?

Папа по такому нехитрому запросу, конечно же, не появился. Светлану Анатольевну укрыли одеялом и, чтобы ей не мешать, пошли на кухню пить чай. Вернее, Илья вместо чая пил сок и попутно расспрашивал Райджигана про амулеты, одежду и даже рога, а тот очень подробно и доходчиво объяснял, что к чему. Денис же сначала смел таблетки и выкинул их в мусорное ведро, потом принялся мыть посуду, чтобы хоть чем-то себя занять и не думать о последствиях сегодняшних приключений. Или о том, почему векш, чьего сородича он убил, ведет себя столь дружелюбно.

Наверное, стоило отозвать в сторону Мигеля и расспросить, что он обо всем этом думает. Но тот сидел с остальными за столом и апатично смотрел перед собой, витая мыслями где-то далеко отсюда. Кажется, воспоминания о родителях выбило его из колеи, и он уже не мог прятаться за маской хулиганистого всезнайки. Его было жалко, только сам Денис терпеть не мог жалость к себе и догадывался, что Мигель тоже.

Грязная посуда быстро закончилась, мокрая кашая отправилась в стиральную машину, других занятий не нашлось. Заметив это, Райджиган кивнул на свободное место за столом, но принимать его приглашение не хотелось. Денис нерешительно замер рядом с раковиной и услышал, как в коридоре открылась входная дверь, а через несколько мгновений обеспокоенный голос отца позвал:

— Света?

— Папа! — Илья подорвался со своего места и выбежал из кухни. — Папа! Папа! Чешир нашелся! Его Денис нашел. Ну и Мигель с ним. Пап, можно мы Мигеля себе оставим? Пожалуйста. Он же не собака, за него же ругаться не будут. Можно, да?

— Подожди, не тараторь. Где ты был все это время? Кто тебя привел?

— Чешира искал.

Денис тоже вышел в коридор и молча смотрел, как отец крепко прижимает Илью к себе, а в глазах у него застыли слезы. Кажется, Ловец Иллюзий на него либо не подействовал, либо получилось избавиться от пагубного влияния магии, либо… Неважно, что произошло, главное, что папа про Илью помнил и пытался разыскать, а значит, за брата можно не волноваться. Да и за маму, наверное, тоже — о них есть кому позаботиться.

— Пап, — братишка обнял отца в ответ и пообещал: — Я не буду больше убегать. Да и Денис Чешира уже нашел и домой принес. Так можно мы Мигеля себе оставим?

— Илья, — Владимир Андреевич ласково погладил сына по голове. — Я же тебе объяснял, Денис…

Отец, наконец-то, заметил его. Их взгляды встретились, Денис виновато склонил голову и прошептал одними губами: «Прости». Илья выбрался из родительских объятий и, обернувшись, махнул рукой в сторону старшего брата.

— Видишь? Я же вам с мамой говорил! Что Денис не умер, тем более маленьким. Живой вон. И Чешира нашел с Мигелем. Так можно мы Мигеля себе оставим? Ну пожалуйста!

(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-144', c: 4, b: 144})

— Нельзя, — ответил вместо отца сухой старческий голос, а потом в коридоре материализовался его обладатель. — Боюсь, вы не можете оставить дома даже Дениса. Но прежде, чем их забрать, я, так и быть, отвечу на все ваши вопросы. Из уважения к человеку, преодолевшему ради своих детей Ловца Иллюзий.

Все снова вернулись в гостиную. Разбуженная криками в коридоре, мама прижимала к себе Илью одной рукой, в другой сжимала ладонь Дениса. Она бы и его к себе прижала, но Денис успел буркнуть «ну не надо этого», а теперь, глядя на довольного братишку, жалел о сказанном. Рядом там же на диване сидел Мигель и задумчиво гладил мурчащего Чешира, покинувшего укрытие под раковиной. В креслах расположились Райджиган и Лин Вей. Отец же мерил гостиную шагами, пытаясь примириться с только что рассказанным о магии, творцах и векшах, и роли собственных детей во всем этом безобразии.

Будучи кардиохирургом, Владимир Андреевич придерживался атеистических взглядов на мир, веря лишь в доказанное наукой, и то не без здорового скептицизма. А здесь мало того, что представитель другой расы из параллельного мира, так еще и дети: один — избранный, второй — пророк! Но ведь со «смертью» Дениса и впрямь было что-то нечисто. Еще этот слишком обходительный Густаф Маркони, после которого Светлана Анатольевна стала вести себя странно, а сам Владимир Андреевич чуть не забыл о существовании младшего сына, а Илья взял и сбежал из дома…

В тот день Владимир Андреевич как обычно уехал на работу, а вернувшись вечером обнаружил, что Ильи нигде нет. Жену расспрашивать было бессмысленно — она не понимала о ком речь, да и старший сын умер для нее трехлетним малюткой, по которому Светлана Анатольевна горевала до сих пор. Хорошо хоть соседи видели, как мальчик выбежал из дома за котом, но куда побежал — не обратили внимания. Поиски организовывали всем кварталом, желая помочь доброму доктору, иногда бесплатно их консультировавшему. Только за пару дней так никого не нашли ни жители, ни полиция, а сегодня вот позвонили, попросили прийти на опознание. Какое счастье понимать, что ребенок на столе в морге не твой. Какое счастье обнаружить родного живым, прижать его к себе, осознать, что с ним все в порядке. Несмотря на шок, узнать, что перед этим ты похоронил не старшего сына, тоже счастье. Счастье, что пришли у него отобрать.

Владимир Андреевич остановился напротив дивана и мог видеть теперь всех собравшихся, терпеливо ждущих его решения.

— Значит, когда Илья сбежал, у него случилось видение, из-за которого он провалился в другой мир? — в очередной раз переспросил отец.

— Все именно так, — Райджиган едва заметно кивнул. — Время Авекши течет медленнее, чем на Земле, потому пока ваш сын был там, здесь успела пройти неделя. Теперь он получил благословение духа Мьялиг Странницы, которое поможет ему оставаться во время видений в вашем мире. Чтобы местный огонь не выжег благословение слишком быстро, я привязал его к тотемному зверю.

— Но и здесь есть свои нюансы, — подхватил Лин Вей. — Мы не знаем, как часто будут происходить приступы, так что мальчика лучше перевести на домашнее обучение. Заодно у Конклава Огня будет меньше возможностей вмешаться в его жизнь. Кстати, друг мой, — он обернулся к Райджигану, — конфликт с родом Дайджеру можно считать разрешенным?

— Да, вполне. Принцесса Шанкьяхти-хи повела себя недостойно, о чем и стало известно благодаря маленькому пророку. Гармо Дайджеру виновен в нападении на дона Мигеля, потому претензий к вашему ученику клан Охотников и народ векш не имеют. Более того, мы готовы принести официальные извинения всем пострадавшим и уплатить за проступок принцессы кровью. Но не могу не заметить, что дон Мигель довольно любопытный ребенок с исключительной магией, позволившей ему приручить одного из любимцев моей племянницы.

(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-145', c: 4, b: 145})