Петербургская Коломна - Георгий Зуев

В 1876 году состоялось блестящее выступление певца на сцене Петербургского Мариинского театра. После успеха в ролях Фарлафа и Мефистофеля Федора Игнатьевича официально приняли в состав знаменитой труппы Императорской русской оперы, в ее спектаклях он преуспел, являясь на протяжении 26 лет ведущим солистом и прекрасным исполнителем партий басового диапазона. Коллеги по оперной сцене и завзятые театралы всегда с восторгом отмечали, что его репертуар отличался необыкновенной широтой. В него входили сочинения русских, итальянских, немецких, французских композиторов. Федор Игнатьевич сыграл с потрясающим успехом огромное количество трагических, комических, героических, лирических и исторических ролей. В талантливых интерпретациях певца эти образы всегда наполнялись отличным друг от друга смыслом, сарказмом и необыкновенным юмором. Даже второстепенные роли и персонажи в его исполнении становились настолько выразительными, что нередко затмевали исполнителей центральных ролей.

Многие сценические образы создавались Стравинским впервые, особенно это относится к русскому репертуару, наиболее для него близкому.

И.Ф. Стравинский.

Рисунок сына

В операх А. Серова, Н.А. Римского-Корсакова, П.И. Чайковского артист всегда демонстрировал публике неразрывную связь вокального искусства и прекрасной актерской игры.

В кругу своих коллег по сцене, друзей, русских музыкантов, композиторов, художников, писателей Федор Игнатьевич пользовался любовью, уважением и слыл незаурядной личностью с довольно властным характером, не терпевшим ни малейшего возражения.

Певец являлся мастером высокой оперной культуры, талантливым представителем оперно-исполнительской школы. Юный Федор Шаляпин, делавший первые шаги на сцене

Императорского оперного театра, пристально приглядывался к тому, как раскрывал свою яркую индивидуальность этот знаменитый артист. В 1902 году в Петербурге широко отмечался 25-летний юбилей сценической деятельности Ф.И. Стравинского. На чествовании певца выступил Шаляпин. Он говорил о Стравинском как о большом художнике, борце с рутиной и косностью в артистическом и певческом искусстве.

Яркий и самобытный исполнитель партий басового репертуара, Федор Игнатьевич был также талантливым художником, и страсть к рисованию влияла на всю жизнь певца. Над каждой ролью он работал с карандашом в руках, создавал эскизы костюмов, сам гримировался. Певцу особенно удавались роли характерных персонажей – Фарлафа, Скулы, Еремки, Варлаама. Его талант почитали В.В. Стасов, Н.А. Римский-Корсаков, П.И. Чайковский, М.П. Мусоргский, А.П. Бородин, дружившие с ним. Душой его дома была жена – Анна Кирилловна, женщина, которая не только любила мужа, но и сопереживала с ним житейские горести и радости. Музыкально одаренная, она прекрасно пела и играла на фортепиано. Супруга буквально боготворила мужа и во всем была его первой помощницей. При разучивании ролей дома певец постоянно пользовался услугами прекрасного аккомпаниатора – своей жены.

По свидетельству современников певца, хозяйка гостеприимной квартиры Стравинских, конечно же, являлась душой этой обители муз. Анна Кирилловна «.не только просто любила своего мужа. но болела всеми его горестями, радостями, радовалась одной с ним радостью, принимала участие во всех его малейших заботах и разделяла с ним все вкусы, все художественные стремления, весь его богатый, сложный духовный мир, всегда рождавший в ней сочувственный отзвук».

Семья Стравинских поселилась в доме купца Тупикова № 27/6-8, расположенного в непосредственной близости от места службы Федора Игнатьевича – Мариинского театра в 1881 году. Здесь росли и взрослели их сыновья Роман (1875–1897), Юрий (1878–1941), Игорь (1882–1971) и Гурий (1884–1917).

По воспоминаниям правнучки певца Елены Александровны Стравинской, «с Офицерской улицей, Театральной площадью, Мариинским театром связаны очень многие, яркие жизненные впечатления детей, а Никольский Морской собор стал для них „домашним собором“». Мариинский театр, в который впервые привели девятилетнего Игоря Стравинского слушать оперу М.И. Глинки, буквально ошеломил талантливого ребенка, привел его в полный восторг и стал для будущего композитора впоследствии неизменным источником наслаждения и гордости за Санкт-Петербург.

У Игоря Стравинского сложились дружеские отношения с музыкально одаренным младшим братом Гурием, обладавшим незаурядными вокальными данными. Он пошел по стопам отца. Его зачислили в труппу Мариинского театра. Однако с началом Первой мировой войны Гурий стал «буквально рваться на фронт», невзирая на возражения родных и дирекции театра. Он все же уволился из театра, пошел в действующую армию, где скончался от распространенной тогда неизвестной эпидемии.

В квартире 66 из девяти комнат, где обитала семья Стравинских, главной достопримечательностью считалось помещение с огромными книжными стеллажами – семейная библиотека по искусству, любовно собранная главой семьи – Федором Игнатьевичем. Ее всегда с гордостью показывали друзьям дома и гостям. Редкие книги вызывали восхищение у современников и тайную зависть у столичных «книжников» и букинистов. Федор Игнатьевич регулярно пополнял свою коллекцию и всегда работал с книгами при получении в театре новых ролей и оперных партий.

Отрадно сознавать, что после смерти великого певца его вдова, Анна Кирилловна, передала литературному музею Пушкинского дома ценнейшую коллекцию автографов, собранных ее супругом.

Кстати, добрые соседи по дому, певец Федор Игнатьевич Стравинский и композитор Эдуард Францевич Направник, дружили семьями и часто общались друг с другом. Направник даже специально для приятеля в 1900 году написал партию Вильгельма Завоевателя в опере «Гарольд». В основном же семья Стравинских жила довольно замкнуто, дела и творческая жизнь артиста всегда оставались главной и основной заботой членов этой дружной большой семьи. Федор Игнатьевич Стравинский умер в 1902 году, здесь, в уютной квартире, в старом угловом доме.

Его похоронили на Новодевичьем кладбище в Петербурге. Позже прах великого певца перенесли в некрополь Александро-Невской лавры.

Столичные газеты опубликовали некролог о смерти великого певца: «21 ноября в 11 часов вечера скончался после продолжительной болезни известный артист русской Императорской оперы Федор Игнатьевич Стравинский. Всем любящим русское искусство эта потеря, несомненно, принесет искреннюю печаль. Покойный являлся замечательным артистом художественного воспроизведения сценических типов. Это был идеальный оперный артист, умеющий сливать в гармоничном единстве превосходную драматическую игру с чудесным пением. Ни в одной из своих ролей он не повторялся. Видя его, например, в образе Фарлафа, трудно было поверить, что это тот же артист, который накануне олицетворял собой бандита Спарафучиле в „Риголетто". Пьяный, беспросветно загулявший „босяк" Скула в „Князе Игоре" не имеет ничего общего с элегантным и злобно-ядовитым Мефистофелем. Это удивительное разнообразие и эластичность сценического таланта позволяли Ф.И. Стравинскому браться с огромным успехом за множество ролей. В своем репертуаре певец насчитывал до 70 ролей. Будучи крайне отзывчивым человеком, он никогда не отказывался выступать на благотворительных концертах, особенно на тех, которые устраивались в пользу молодежи. Чрезвычайно талантливый, умный и интеллигентный артист, Стравинский навсегда будет памятен посетителям Русской оперы. И невольно делается жаль, когда подумаешь, что его искусство было такого свойства, что его нельзя запечатлеть и сохранить никакими способами на будущее время и что оно остается исключительно лишь в памяти тех, кто лично видел и слышал прекрасного артиста-художника».

В квартире 66 дома № 27/6-8 еще некоторое время жили его дети – архитектор Юрий Федорович и один из крупнейших композиторов ХХ века, автор многочисленных произведений, обогативших мировое музыкальное искусство балетами, операми и хореографическими кантатами, такими, как «Жар-птица», «Петрушка», «Весна священная», «Соловей», «Свадебка» и «Орфей», – Игорь Федорович Стравинский.

Знаменитый музыкант прожил долгую жизнь и скончался за год до своего 90-летия. Игорь Федорович вошел в историю искусства как композитор, периодически менявший творческую манеру и стилевые ориентиры. Эволюция разных периодов его творческой работы длилась десятилетиями. Самым блистательным стал русский период. Ярчайший взлет во времена знаменитых дягилевских Русских сезонов в Париже, когда поставили его феерические балеты. Это был триумф отечественного искусства. Темы русской жизни продолжали и потом питать его творчество. Сам Игорь Стравинский также утверждал:

«Я всю жизнь по-русски говорю, по-русски думаю, у меня слог русский».

Он стал лидером многих направлений европейской музыки, пройдя сложный путь от импрессионизма к додекафонии. Человек мира, он по праву принадлежит трем крупнейшим культурам – русской, французской и американской. Однако, живя за рубежом, композитор сильно тосковал по оставленным родным местам, вспоминал Мариинский театр и кипевшую в нем театральную жизнь. Петербург, «артистический» дом № 27/6-8 всегда оставались для него «дороже любого другого города и места в мире».