За гранью долга - Василий Горь

— Простите, ваше высочество… — мальчишка попробовал изобразить что-то вроде поклона, и, дернув сломанной рукой, зашипел.

— Ты ничего не путаешь, мальчик?

— Я с Волчьего подворья, ваше высочество… — справившись с приступом боли, отчеканил малец. — Это деревня неподалеку от Запруды. Мой папа — дровосек… Мы возим… возили в крепость дрова… Зимой… там холодно… А деревьев рядом с Запрудой нет… Позавчера вечером я… заснул и телега съехала с дороги…

…Мальчишка говорил тихо, с длинными паузами. Глядя куда-то сквозь принца, графа Вэлш и сгрудившихся вокруг воинов Правой Руки. И от этой его безучастности картина, которую он рисовал, становилась еще страшнее. А будущее, вырисовывающееся за ней — все безысходнее…

— Не понимаю, как, но они своего добились… — дослушав ребенка до конца, угрюмо пробормотал принц. И, с вызовом посмотрев на все еще сидящего на корточках Утерса, с издевкой поинтересовался: — Ну, и о чем, мой дорогой граф, говорит ваше чувство долга СЕЙЧАС?

Глава 26. Аурон Утерс, граф Вэлш

— Ну, и о чем, мой дорогой граф, ваше чувство долга говорит сейчас? — сделав ударение на последнем слове, поинтересовался у меня принц Вальдар. И, не дождавшись ответа, продолжил в том же духе: — До замка Красной Скалы — сутки с лишним пути… Туда и обратно — почти трое… Иаруса не зря прозвали Молниеносным — его армия будет здесь от силы завтра. И утопит этот город в крови… Так что везти меня в замок Красной Скалы СЕЙЧАС — это пренебрежение своим долгом перед народом нашего королевства!…Граф, вы вообще меня слышите?

— Слышу… — встав на ноги, буркнул я. И, угрюмо посмотрев на городские стены, повернулся к его телохранителям: — Месс! Дейк! Берете мальчишку и дуете в Льес. Найдете начальника гарнизона и… В общем, город должен перейти на военное положение уже через час. Далее, требуете себе по десятку воинов сопровождения и разными дорогами едете в Арнорд…

— Умрем, но… — начал было Дейк, но, увидев мой бешеный взгляд, заткнулся на полуслове.

— Умереть может любой дурак. А вам надо доставить сообщение. Как можно быстрее… Ясно?

— Почему именно они, Ронни? — растерянно спросил Вальдар. — У меня всего два…

— Вот деньги… — отцепив от пояса кошелек, я отсчитал десяток золотых и протянул их Мессу. А потом, решив, что объяснить принцу свое решение можно и позже, добавил: — Прежде, чем выезжать из города, удостоверьтесь, что комендант выставил удвоенные караулы, выпустил на улицы патрули, взял под охрану продуктовые склады и колодцы и начал закупку… Хотя нет, не надо: это займет слишком много времени. Он обязан все это сделать сам. Да… передайте ему, чтобы мальчишке нашли хорошего лекаря. И оплатили лечение и проживание… Ну, и чего вы ждете? Вперед!!!

— Выполняйте… — раздраженно рявкнул Вальдар, сообразив, что телохранители не трогаются с места только потому, что ожидают от него подтверждения моего приказа.

— Спасибо, воин… — повернувшись к еле стоящему на ногах сыну дровосека, я приложил к груди сжатый кулак, и, вскочив на своего коня, заскрипел зубами: тратить драгоценное время на то, чтобы протискиваться между запрудивших дорогу телег было непозволительной роскошью!

Оглядев стоящую поодаль толпу встревоженных крестьян и заметив среди них купца, выглядящего достаточно состоятельным, я жестом приказал ему подойти. И, с трудом дождавшись, пока он окажется рядом, угрюмо поинтересовался:

— Имя?

— Григол Живчик, ваша светлость… — поклонился купец.

— Аурон Утерс, граф Вэлш. Найдешь хозяина этого поля и отдашь ему эти пять золотых… Это плата за его урожай…

Подставив ладонь под монеты, мужчина вдруг замер, зачем-то посмотрел на герб, вышитый на моем сюрко, потом перевел взгляд на надвратную башню восточных ворот Льеса и слегка побледнел:

— Война? А… вымпел где?

— Вывесят… — буркнул я, и, вскочив в седло, заставил коня спуститься с дороги. А потом поднял его в карьер…

…Увидев контуры фигур, возникших из-за поворота ущелья, я удивленно посмотрел на лежащего рядом сотника.

Пайк, почувствовав мой взгляд, пожал плечами и ехидно ухмыльнулся: видимо, ему тоже было непонятно, зачем одевать воинов боевого охранения делирийской армии в бесформенные серые балахоны, если они в принципе не умеют бесшумно передвигаться?

"Ходячие трупы"… — жестами показал ему я и замер, дожидаясь, пока перед нами появятся основные силы разъезда.

Ждать пришлось недолго — "крупные специалисты" в ведении боевых действий в горах, воины Иаруса Молниеносного двигались в каких-то пятидесяти шагах от первой двойки! Строем! Закинув щиты за спины, и чуть ли не печатая шаг!

Придержав отваливающуюся челюсть, я перевел взгляд на противоположную сторону ущелья и уставился на еле заметное темное пятнышко между двумя валунами.

Буквально через пару минут оно сменило цвет. То есть там, за поворотом ущелья, только что перестал существовать аръегард вражеского разъезда. Я мстительно усмехнулся и поднял руку. Сопровождая жесты мысленными комментариями:

"Приготовились… Начали…"

Слитный щелчок арбалетов, и вражеский строй превратился в кучу бьющихся в агонии людей: из двадцати воинов короля Иаруса на ногах остался только один. Язык…

— Брось меч… — негромко приказал возникший рядом с ним сотник. — Он тебе уже не пригодится…

Еще два щелчка, и солдат повалился ничком, со всего размаху ударившись о камень лицом…

— Зачем? — выдохнул лежащий от меня справа Том.

— Хотел броситься на меч… — криво усмехнулся принц Вальдар. — Не дурак. Понимает, что живой он нам не нужен…

— А теперь, с простреленными руками, это у него уже не получится… — облегченно улыбнулся Ромерс. — Спасибо за объяснение, Ваше высочество…

— Пожалуйста… Ронни! Я могу встать? — посмотрев на меня, поинтересовался наследник престола.

Я утвердительно кивнул: судя по жестам десятника Глойна, вражеский авангард тоже почил в бозе.

— А я думал, что мы будем с ними биться врукопашную… — отряхнув с одежды пыль, слегка расстроено пробормотал Ромерс. — А тут р-раз, и все…

— Их — двадцать четыре… У нас — тридцать арбалетов. Зачем рисковать зря? — удивленно поинтересовался я. — Это война, а не дуэль…

— Ясно… — сокрушенно вздохнул мой оруженосец. Видимо, не почувствовав особой разницы.

Решив, что сейчас не лучшее время для объяснений, я обошел камень, послуживший нам укрытием, и, оказавшись рядом с пленником, неопределенно покрутил пальцами.

Воин остановил взгляд на моем сюрко, смертельно побледнел, и, поиграв желваками, обреченно посмотрел мне в глаза: