За гранью долга - Василий Горь

— И разбиваются о камни или тонут в водоворотах? — фыркнул монарх.

— Увы, нет: говорят, что воины Утерса Неустрашимого плавают в реке даже зимой. И не особенно от этого страдают… Так что, сплавившись по течению, они довольно быстро оказываются в тылу осадившей крепость армии и…

— Дальше можешь не рассказывать… — вздохнул король: на что способен десяток головорезов Логирда Утерса, пробравшихся в полевой лагерь, он знал и без рассказов командира Снежных Барсов. — Значит, ты планируешь забраться на стены по этим самым канатам? А что, должно получиться… О! Вспышка!! Вон там, прямо под воротами Запруды!!!

— Сигнал о том, что оба прохода расчищены, сир… — кивнул барон Игрен. — Значит, можно выдвигаться…

— А со стен его точно никто не увидел? — вглядываясь в еле видное в ночной тьме лицо командира Снежных Барсов, на всякий случай поинтересовался монарх.

— Нет. Они приподняли защитный полог только с нашей стороны, сир… Ткань на нем достаточно плотная. Именно для того, чтобы не пропускать свет искр от кресала…

— Что ж, не будем терять времени. Командуй…

…Проводив взглядом первые три десятка Снежных Барсов, под прикрытием маскировочных пологов поползших к Запруде, Иарус дважды щелкнул пальцами, и, с трудом дождавшись, пока проверявший обмундирование очередного десятка барон окажется рядом, хмуро поинтересовался:

— А где мой комплект накладок?

Командир Барсов почесал мясистый нос, потом посмотрел на носки своих сапог, и, тяжело вздохнув, мотнул головой в сторону небольшого уступчика, торчащего из скалы чуть ниже по ущелью:

— У меня все давно готово, сир… Только вот, может, все-таки стоит подождать, пока мои люди захватят стены?

— Идем. Поможешь мне все правильно закрепить… — пропустив мимо ушей последнюю фразу, приказал монарх. И, заметив, что барон не двигается с места, раздраженно зашипел: — Я тебе что, Бадинет Ленивец? Или Вильфорд Скромняга? Или Аристарх Бурдюк? О чем ты думал, когда предлагал МНЕ остаться? Я — король-воин! И не привык прятаться за спины своих воинов!

— Этим гордится вся армия, сир… — буркнул Игрен. — Только вот прежде, чем ввязаться в бой, до крепости надо доползти. А это…

— Военная хитрость чести не пятнает… — разозлился Иарус. — Если я не успею к краю рва до того момента, как твои люди подадут сигнал о начале штурма, эта военная кампания станет для тебя последней!

— Мы успеем, сир… — сглотнув подступивший к горлу комок, выдохнул барон. — Десяток моих лучших людей ждет, пока вы будете готовы…

— Вот это — совсем другой разговор… — ухмыльнулся Молниеносный, и, сместившись за скалу так, чтобы его не было видно со стен Запруды, быстрым шагом двинулся к свертку с накладками. И, с трудом дождавшись, пока обогнавший его барон достанет из него налокотники, вытянул перед собой обе руки: — Затягивай ремни, как положено. Не хочу, чтобы они мешали двигаться или отцепились…

…Увидев сноп искр, посыпавшихся со стены, Иарус приподнялся на локтях, и, убрав с глаз хлестнувший по щеке угол маскировочного полога, повернул голову направо. В ту же секунду барон Игрен, лежащий рядом с ним, схватил кремень с кресалом. И через мгновение ночную тьму ущелья разорвал сноп ярких, как звезды, искр…

"Хорошо, что там, внизу, шумит река…" — поморщившись от звука удара камня о камень, подумал король. — "А то он бы перебудил всех защитников крепости…"

"Приготовились…" — "прочитав" жест командира Снежных Барсов, Иарус оглянулся назад, и усмехнулся, заметив, что по поверхности дороги прокатилась едва заметная волна: воины расстегивали ремешки налокотников, наголенников и набрюшников. И доставали из ножен короткие мечи…

— Вы пойдете первым. В третьем десятке, сир… — тоном, не терпящим возражений, прошептал барон.

Лезть на стены самым первым монарх не собирался, однако, прекрасно понимая, что каждое его слово после штурма обязательно будет оцениваться обычными воинами, сделал небольшую паузу. И, грозно нахмурив брови, злобно прошипел:

— Это почему еще?

— Сигнал, который подали, не основной. Штурм начнется после того, как на стены поднимутся первые два десятка, и удостоверятся, что там все так, как и должно быть. То есть я хочу быть уверен в том, что там нет ловушки. Вот когда сигнал подадут они, тогда вы сможете подняться на стены… Как и положено королю-воину — первым…

— Что ж, так и быть… — буркнул удовлетворенный ответом барона король, и, перевалившись на левый бок, принялся разминать слегка затекшие пальцы правой руки.

— Канаты упали… — буквально через минуту выдохнул командир Снежных Барсов. — Сейчас должен рухнуть мост!

— Проснутся все, кто там есть… — представив себе жуткий грохот от удара края моста о скалу, монарх вдруг почувствовал, что его начинает знобить.

— Да. Поэтому у нас будет всего минут пять, чтобы занять северную стену и стены над захабом. И не дать защитникам расстрелять тех, кто будет защищать тревожный рычаг у внешних ворот…

— А если не успеем?

— Тогда кто-нибудь за него рванет, мост сложится пополам, рухнет в пропасть, и те из нас, кто в этот момент окажется в крепости, смогут забыть про подкрепление… — криво усмехнулся барон.

— У меня еще очень много планов на будущее. И умирать сегодня я не собираюсь… — фыркнул Иарус. — Так что можешь быть уверен: на стены над захабом не поднимется ни один вассал Скромняжки… Смотри! Мост задвигался!!!

…Лязг скручивающихся с лебедок цепей, скрип оси, на которой закреплен мост, жуткий удар по краю скалы…, и время словно сорвалось с места, увлекая в безумный водоворот и самого короля, и всех тех, кто в этот момент находился с ним рядом. Настоящее воспринималось урывками, так, как будто способность видеть и думать периодически куда-то пропадала. Силуэты летящих над мостом бойцов первых двух десятков вдруг сменились картинкой с двумя силуэтами, на мгновение замершими между зубцами стены с обнаженными клинками в руке; ощущение покалывания в ладонях от ворсинок толстенного каната — острой болью в колене от удара об угол зубца; растерянные вопли защитников, выбегающих во внутренний двор крепости — щелчками тетив коротких штурмовых луков, зажатых в руках невесть как оказавшихся по обе стороны от короля Снежных Барсов.

Бег времени вернулся к нормальному ритму только тогда, когда где-то справа заскрипели распахиваемые ворота, а сам Иарус сообразил, что стоит в тесной караулке под надвратной башней и растерянно смотрит на торчащий из дверного косяка арбалетный болт…

— Ну, нельзя же так рисковать, Ваше величество?! — ворвавшийся в его сознание возмущенный вопль барона Игрена заставил короля покоситься на зажатый в правой руке меч, и, вспомнив очередной фрагмент только что закончившегося боя, поднять взгляд на злого, как собака Снежного Барса.