Заговор богов - Пол Клеменс

– Я была в Шотландии четыре раза, – прошептала Криста. – Прекрасная страна. В Эдинбурге ежегодно проводят фестиваль искусств, я однажды на него попала. Он начинается с торжественного военного парада – сотни разодетых барабанщиков и волынщиков дают представление у освещенного факелами Эдинбургского замка. Зрелище восхитительное… Тебе нравится этот город?

– Нравится, – не стал возражать Анджей. – Особенно вон тот замок на горе.

В городе, разбросанном по берегу залива, он не видел ничего примечательного. Но возвышающаяся над городом каменная громадина, увенчанная шпилем, привлекала взор.

– Это и есть Эдинбургский замок, – засмеялась Криста. – Он возведен на гранитной скале высотой 130 метров. Главный замок всей Шотландии. Там жили римляне, кельты, саксоны. Он назывался «Кастл-оф-Мейденс» – «Замок холостячек». Пикты там держали своих девственниц – для особо торжественных случаев. В XV веке Роберт Брюс, самый знаменитый из шотландских королей, приказал замок снести, чтобы не достался врагам. А через двадцать лет снова построили. У главных ворот стоят скульптуры Роберта Брюса и Уильяма Уоллеса, который поднял шотландцев против англичан, надавал им при Стерлинге и несколько месяцев заправлял страной, пока его не взяли в плен и не убили.

– Помню, – кивнул Анджей. – Храброе сердце. Мел Гибсон.

– Ничего похожего, – Криста передернула плечами. – Голливуд врет в каждом кадре. А Эдинбургский замок был резиденцией местных королей. В нем живет знаменитое привидение Марии де Гиз: три месяца женщина пролежала непогребенной, прежде чем останки переправили во Францию. Там жила ее дочь – знаменитая Мария Стюарт. Там она родила своего сына Якова, чем довела до истерики английскую королеву-девственницу. Этот парень, рожденный в замке, знаменит тем, что абсолютно даром получил английскую корону, за которую всю жизнь бились его родственники. Дождался казни матери, смерти тетки Елизаветы, переселился в Лондон и стал именоваться Яковом I.

– По-моему, полная бездарь, – осторожно заметил Анджей.

– Ничтожная личность, – улыбнулась Криста. – Не сделал ни одного доброго дела, кроме того, что родил сына Карла I, который всю жизнь лаялся с парламентом, всех достал, был казнен, а объединенную страну взял в ежовые рукавицы Оливер Кромвель. Но и тот не придумал ничего лучшего, как поселить в Эдинбургском замке роту солдат. Впрочем, от сквозняков они быстро взвыли… Не желаешь прогуляться до замка?

– Давай-ка лучше выспимся, – поежился Анджей. – А с завтрашнего дня продолжим скитания. Боюсь, основные неприятности еще не кончились…

Девушка уснула, а он просматривал путеводители, карту Шотландии, примкнувшие к ней Гебридские, Оркнейские, Шетландские острова. До Абердина – двести километров, через заливы Ферт-оф-Форт, Ферт-оф-Тей, большой город Данди, восточные склоны Грампианских гор. От Абердина до городка Вернесс – еще порядка тридцати. Связываться с поездом откровенно не хотелось. Брать машину напрокат, в чужой стране, где левостороннее движение и постоянная «помеха слева»… Он позвонил на ресепшн:

– Прошу прощения, мисс…

– Миссис, – поправила неспящая дама. – Миссис Маклори.

– О, безгранично рад за вас, – обрадовался Анджей. – Позвольте информацию, миссис, реально ли нанять такси до Вернесс – это за Абердином. Я понимаю, что далековато…

– Нет проблем, сэр, – сказала администратор. – Если вы готовы выложить кругленькую сумму…

– Разумеется, дело не в деньгах, – он ловил себя на мысли, что не истратил и пятой части означенной в кредитке суммы. Когда же, наконец, он начнет сорить деньгами?!

– О, сэр, я тоже безгранично рада за вас. Я немедленно свяжусь с компанией, осуществляющей автомобильные перевозки на дальние расстояния, и вам останется только сесть в машину. Назовите удобное для вас время.

– О, миссис… – Анджей рассыпался в благодарностях и уверил приятную женщину, что обязательно с ней свяжется, как только произведет один важный звонок…

Городок Вернесс притулился у пяты раздробленной гигантской скалы – у самого серого Северного моря. На вершине скалы между кляксами свинцовых туч можно было различить помпезный замок в стиле викторианской готики и несколько башенных пристроек. Водитель остановился на центральной площади за приземистой управой, где стояли несколько дорогих машин и сновали сонные зеваки. Замок просматривался как на ладони.

– Приехали, слава Господу! – водитель повернул упитанную добродушную физиономию. – Вы туристы?

Он молчал практически всю дорогу и лишь на финальном отрезке пути дал понять, что умеет разговаривать.

– Да, сэр, в некотором роде мы туристы, – уклончиво ответил Анджей. – Поживем тут пару дней. Отелями городок не богат?

– Откуда ему знать? – пихнула в бок Криста.

Водитель добродушно засмеялся.

– Пройдете туда пару кварталов, – он указал подбородком, куда именно. – Отель «Корнуил». Заведение так себе, но другого нет. Зато у Пратчетта, – он показал в другую сторону, – готовят очень неплохие хаггис и овсянку. Рекомендую. И обязательно посетите родовое имение сэра Гильберта из клана Макроссов, – водитель обратил свой взор на вершину скалы. – Туда поднимаются все туристы, прибывающие в Вернесс. Старина Гильберт большой чудак, его здесь любят. Сорок лет ремонтирует крышу, всё никак не может накопить на нее денег. Теперь, чтобы хоть как-то заработать, пускает в замок туристов. Но вряд ли это поможет. Умные люди советуют ему для начала отремонтировать трубу, чтобы туда не улетали деньги…

– Боже правый, – ахнула Криста. – Откуда вы это знаете, мистер? Мы ехали не из Эдинбурга, нет?

Водитель добродушно засмеялся.

– А еще у сэра Гильберта в замке обитает привидение. Самое настоящее, уверяю вас. В позапрошлом веке в замке была потайная комната для игры в бридж. Прапрадед сэра Гильберта в один осенний вечер играл на деньги с неизвестным посетителем. Игра закончилась бурно: кто-то из участников попался на мошенничестве. Незнакомец кричал, проклинал хозяина, а потом пропал… вместе с дверью в игральный зал. С той поры несчастный прапрадед сэра Гильберта бродит по темноте, ищет эту клятую дверь. Временами разражается рыданиями…

– Вы – местный, – прозрел Анджей.

– В самую точку, – согласился водитель. – Родом из Вернесса. Очень просто, молодые люди. Я узнал про заказ в Вернесс, попросил отправить меня, раз такая оказия. Полгода тут не был. Из близких, впрочем, никого уж не осталось… Ну, ничего, перекушу у Пратчетта, поболтаю с ребятами.

Почему-то вспомнился Филиппе из Мексики. Тот тоже рвался в Монтеррей, на историческую родину.

– Ну, большое спасибо, – засобирался Анджей. – Подбросили, очень вам признательны. Впрочем, постойте. Будучи местным жителем, вы не можете не знать про замок Элленгротс, не правда ли?

– Элленгротс? – нахмурился водитель и почесал густую щетину. – А-а, припоминаю… Это в бухте Лонбрау, там, – он указал на север. – Пару миль. Не очень-то приятное, надо сказать, местечко. Поверья недобрые были с ним связаны, точно не припомню. Вымерший клан, много лет замок был заброшен, стоял в запустении. А несколько лет назад его приобрел какой-то иностранный воротила, делает ремонт, обживает. Но я не думаю, что эта развалина станет пригодной для жилья. Впрочем, как знать, в тех краях я давно не был, – водитель виновато улыбнулся.

Нахохлившись, как воробьи, они наблюдали, как старенький «Плимут» пристает к другому концу площади – где на вывеске красовались барашек и пивная кружка.

– У Пратчетта готовят очень неплохой хаггис… – машинально повторил Анджей. – Надеюсь, это не подгузники?

– Это овечьи желудки, фаршированные мясом со специями, – вздохнула Криста. – Можешь попробовать на досуге. А вот овсянку не советую. Ее готовят на воде и без сахара.

После южных стран Шотландия казалась невыносимым Северным полюсом. Начало последнего летнего месяца выдалось откровенно скверным. Холодный ветер с моря (подобные завывания приятнее слушать в каминной трубе), обрывки туч неслись на запад, временами насыщая воздух стылой изморосью. Пришлось зайти в магазинчик готовой одежды, который подвернулся в соседнем квартале, и приобрести пару утепленных ветровок. Они пошли на север, мимо основательных деревянных и каменных домов, вежливо здоровались с прохожими (Криста сказала, что в маленьких городках так принято), и не успели оглянуться, как оказались на окраине городка.

– Не понимаю, куда идем, зачем идем, – бормотала Криста, все чаще запинаясь. – Нам тоже пора ремонтировать крышу… Слушай, – она схватила Раковского за рукав. – Ты опять куда-то звонил. Куда? Ты устроил такой режим секретности!

Они стояли на каменистой площадке, посреди нагромождения скал. Дорога давала крюк, убегая на северо-запад. Бензоколонка метрах в пятидесяти, вместительный гараж автосервиса, крохотный мотель с пунктом приема пищи. Далеко под ногами распростерлось море – серое, бездонное, мерно вздымающееся. Оно уходило за горизонт и в кромешной дали сливалось с серым небом. Под горкой, петляя между каменными изваяниями, стелилась дорога, пригодная для проезда автотранспорта. Очевидно, она вела к единственному в этих краях оплоту цивилизации – сжавшимся в кучку коричневым строениям, в центре которых возвышалась четырехугольная башня донжона, – главной башне средневекового замка. С места, где они стояли, к обрыву была приделана короткая металлическая лестница с перилами. Она спускалась к смотровой площадке, опоясанной небольшим бордюром из цемента. На площадке в этот ветреный час находился лишь один человек. Плотно сбитый, в сером плаще, надвинутой на уши фетровой шляпе. Он стоял неподвижно, смотрел на море.