Заговор богов - Пол Клеменс

– Перебьется, – Раковский энергично замотал головой. – Кражу века надо контролировать…

Он не выпускал из виду спину мальчишки, идущего первым. Они перелезали с уступа на уступ, ползли по острым камням, хватаясь за неровности в скалах. Вволю насладиться экстремальным альпинизмом (до полного падения) не пришлось: за первой же глыбой, кажущейся монолитом, открылась проходимая тропа, они устремились вверх и через несколько минут уже отдувались перед зарослями кустов. Первый раунд вроде бы провели…

И второй раунд – в черном-пречерном лесу… Долгие минуты ожидания перед оградой, пока по аллее перед домом, заразительно зевая, прохлаждалось неопознанное пятно. Наконец пятно удалилось за угол. В силу вечного недоедания и активного образа жизни, Бомбо был легкий, как перышко, – его буквально перебросили через ограду. Он зацепился за упругую ветвь какого-то черного дерева, завис, начал раскачиваться и свалился в гущу стриженого кустарника. Охрана не усердствовала в несении службы: в саду царило безмолвие. Юркое тельце скользнуло на дорожку, поскакало на четырех конечностях к дому. Еще бы хвост дугой – и вылитый лемур. Спустя мгновение оно уже прижалось к стене, вскарабкалось на фундамент, приотворив узкую фрамугу – в самом деле, очень узкую, чтобы пролез взрослый человек…

– Не обманула пани Моника, – дохнула в ухо Криста. – Сигнализация отключена, окно не заперто.

– Интересно, почему она была уверена, что мы придем? – буркнул Анджей.

Криста злобно хохотнула:

– А ты не был уверен?

Он вздрогнул. Откуда эта злоба? Они лежали, съежившись, за косогором. Минуты тянулись невыносимо медленно. Неужели так трудно отыскать нужную нишу, стырить Колдуна и чесать, пока не застукали? Вонзилось в мозг, как раскаленный штырь: ну хорошо, отключила сестрица Моника сигнализацию, но экспонаты под прочным стеклом, как в музее, каждая ниша заперта на замок, не подступишься… Словно в подтверждение неприятной догадки, в глубине дома разбилось стекло! Анджей окоченел. Криста стукнула зубами. Худенькое тельце вывалилось из оконного проема, покатилось по дорожке. Пацан сжимал что-то увесистое. Добежал до ограды – Анджей уже подлетел с обратной стороны, выставил распахнутую сумку:

– Бросай… – Пацан просунул ношу, сумка потяжелела. Слава богу, не шапка Мономаха…

В доме кто-то закричал. Или показалось? Пацан подпрыгнул, зацепился за ветку, забросил ноги и начал поступательно перемещаться к стволу. Они подскакивали от нетерпения. Из дома раздавались крики! Не только из дома – в саду тоже кричали!

– Криста, беги… – Анджей схватил девушку за локоть. – Выводи лодку на мелководье. Я сам справлюсь с пацаном.

Она опомнилась. Действительно, зачем терять время? Помчалась по проторенной дорожке. А Раковский забросил за спину сумку, изготовился ловить пикирующего с неба шпендика. Оба упали, покатились по траве, отбивая чувствительные места. Он чувствовал, как под рваной одеждой у пацана колотится сердце. Перетрусил, пострел…

Этот забег по пересеченной местности он теперь никогда не забудет. Продрались сквозь кусты, паренек оступился, треснулся головой. Теперь метался, дезориентированный, вдоль обрыва, позабыв, где тропа. Спускались, боясь оступиться, дрожа от нетерпения. Анджей разбил колено, но боли не чувствовал, выскочил на пляж, перехватил Бомбо, который точно поставил перед собой цель разбиться в лепешку. Криста уже отгребала, смотрела через плечо и не могла сообразить, что надо остановиться. Он догнал лодку уже по пояс в воде, перевалился за борт, рискуя устроить кораблекрушение, выловил Бомбо. Раковский согнал Кристу с банки, начал яростно грести. Бомбо что-то гневно залопотал, столкнул его, уселся сам.

– Не лезь, – прошипела Криста. – Он знает, где тут можно проплыть. А ты нас только в могилу загонишь…

Анджей не мог бездействовать в такую минуту. Сидел на корме, скрипя зубами, смотрел, как медленно отдаляется глыба Мучаба, неспешно проплывает каменная гряда, дрейфуют, никуда не спеша, каменные островки – скрывающие, как айсберги, основную массу под водой…

А Бомбо греб и бормотал – да так усердно, что заикался и глотал слова. Он тоже пребывал под впечатлением только что произошедшего.

– Несчастный ребенок, – притворно сокрушалась Криста. – Почему не предупредили, что статуэтка находится под колпаком? Наше счастье, что Бомбо не привык отступать, он разбил колпак, порезал руку и нижайше просит доплатить за свою находчивость еще пятьдесят долларов.

А то ли он ухватил? – ужаснулся Анджей и сунул руку в сумку. Отдернул, как от щита с высоким напряжением. Гном, облепленный шипами и стружкой, можно не смотреть, достаточно почувствовать…

Лодочка прошла половину расстояния, лавируя между рифами. Осталось преодолеть мили полторы водной глади, и тут вдруг на острове что-то вспыхнуло. Взревел мотор. Анджей напряженно всматривался в темноту. С восточной части острова вывернуло что-то черное, пометалось по водной глади и скрылось за рифами на южной стороне. Бомбо, отдуваясь, греб на юг. Проплыла окраина Фананги. Отказать пареньку в сообразительности было трудно: своим маневром он увеличил расстояние до берега, но лодочку от Мучабы загородил один из малых островов архипелага. Надолго ли?

Бомбо что-то прокричал.

– Садись за весла! – перевела Криста. – Он устал. Теперь не надо маневрировать. Гони к берегу!

Анджея не надо было долго упрашивать. Он прыгнул на банку, схватил весла. Лодочка понеслась. Уже виднелись склонившиеся к воде пальмы, барханы пляжа, каменные террасы, эффектно вздымающиеся над морем. Моторная лодка с адским ревом вынеслась из-за рифов, когда до берега оставалось совсем немного.

– Греби! – завизжала Криста.

А он не греб?! Лодка неслась, но руки уже немели, берег приближался издевательски медленно. Дико ругаясь на родном языке, Бомбо плюхнулся на банку, отобрал правое весло. Криста схватилась за него же. Замельтешили весла. Моторка неслась наперерез, сокращая расстояние. Сколько их там – трое, четверо? Треснуло днище, пропоров прибрежный камень. Не сговариваясь, вывалились в холодную воду. «Вот и искупались в океане», – мелькнула у Раковского мысль. Океан пришел на помощь: их вынесло на берег набежавшей волной! Анджей обнял сумку, видя, что его несет на пальму, метнулся в сторону, зарывшись в песок. Вскочил, отфыркиваясь. И смех и грех. Ей-богу, высадка в Нормандии… Лодку сдернуло с камня, перевернуло волной, выбросило на берег, едва не придавив Бомбо. И за это придется доплатить?

Паренек сидел на коленях, потешно хлопая ладошками по ушам. Криста ползала на коленях, издавая булькающие звуки. Лодка преследователей неудержимо неслась к берегу. На носу кто-то грозно махал руками. Но и этим не повезло, слишком поздно рулевой обнаружил под килем гладкий валун. Лодка подпрыгнула, сделав замысловатый вираж. Кто-то вывалился за борт, остальные загомонили. Спортивного вида мужчина прыгнул за борт, побежал к берегу, преодолевая сопротивление водной массы. За ним еще один…

Бомбо понял, что близится конец счастливому детству, с ревом кинулся бежать. Раковский подскочил к Кристе, схватил под мышку. У нее путались ноги.

– Анджей, миленький, помоги… Клянусь, я буду хранить тебе верность, молчание…

Он поднял ее рывком, поволок на призывные вопли мальчишки, который добежал до расщелины в скале и прыгал от нетерпения, исторгая гневные рулады. Они ввалились в разлом. Анджей обернулся. Четверо, словно былинные богатыри, уже выбирались из морской пены. Грохнул выстрел! Взвизгнул Бомбо. Помчался вприпрыжку. Они пустились за ним по узкой пади, не успели оглянуться, как влетели в глухую чащу…

Знакомство с первозданным тропическим лесом происходило при странных обстоятельствах. Густая тьма, хоть глаза выколи. Сплошные заросли бамбука, папоротника, лиан, острые листья резали руки, опутывали стебли. Приходилось разрывать их, сдирая кожу до крови. Возмущались птицы, разбуженные внезапным вторжением, хлопали крылья. Бомбо протаптывал дорогу, Анджей не отставал, Криста тихо скулила, но упорно наступала ему на пятки. Они выбежали на поляну, освещенную полной луной, и снова погрузились под непроницаемый полог.

– Хватит, – пробормотала Криста. – Надо передохнуть, изверги… Они отстали…

Но Бомбо лучше знал, что нужно делать. Он настырно пробивался через лес. Под ногами чавкало, деревья уплотнялись, возмущенно голосила незримая живность. Змеи, тарантулы, скорпионы… – Обалдевшее воображение рисовало в мозгу захватывающие картины.

Сил уже не было. Они выбрались на покатую возвышенность, где трава была по пояс и стояло ветхое строение из тростника – не то шалаш, не то сарай. Бомбо что-то прокаркал и свалился в траву.

– Здесь жили когда-то охотники… на крокодилов… – простонала Криста и тоже рухнула, обняв бугорок.

Они лежали несколько минут, переводя дыхание. Бомбо откашлялся и завел пространную речь. Анджей пытался вслушиваться в сумбурный набор междометий, восклицаний, но быстро бросил это занятие. С тем же успехом можно слушать работу камнедробилки.