Душа Тьмы - Ирина Эльба

раздался набатом в голове, приказывая занять свои места и приготовиться к обряду.

«Кира, заклинание надо читать всем вместе. Тебе придется разделить со мной разум».

«Это честь для меня, Сельвиер!»

Остановившись в пяти шагах от изгнанного повелителя, я ожидала дальнейших указаний.

Нейлар спокойно стоял на месте, не делая попыток сбежать или напасть. Складывалось ощущение, что он специально добивался проведения ритуала. Но ведь не может же существо добровольно хотеть смерти? Или может?..

Додумать мне не дал гул голосов, нарастающий с каждым ударом сердца. Сестры в унисон произносили слова древнего заклятия, медленно передавая свою силу по кругу. Добытые артефакты в сотни раз увеличивали нашу мощь, не выпуская магию за импровизированный круг. Вместе с Сельвиер мой голос вплелся в перезвон силы, добавляя ей новые оттенки. Постепенно одни голоса увеличивали темп произношения, а другие, наоборот, замирали, превращая заклинание в песню. Она летела во всех направлениях, разливаясь объединенной магией и связывая воедино. Сотни потоков пронизывали наши тела, сплетаясь в одну толстую нить пятой стихией. Мощь переполняла, даря чувство невесомости, сводя с ума свободой и властью. Но в одно мгновение все изменилось…

Вся наша сила хлынула в Сельвиер, окутывая ее и Нейлара белым сиянием. Это было красиво и страшно… Слова лились уже помимо нашей воли, усиливая свечение и превращая магию в неконтролируемый поток. Мысленный голос жрицы подбадривал нас, утверждая, что мы делаем все правильно. Прося не останавливаться.

Новый голос, ворвавшийся в хор, звучал низко и глубоко. Слова его разрезали нашу магию на волокна, снова отделяя стихии друг от друга, а потом они все рванули ко мне. Я слышала вскрик Сельвиер и ее приказ остановиться, но было поздно. Силовые нити пронзили, соединяя меня с телом Нейлара.

Первой плоть покинула стихия воды, врезаясь в демона и обрывая связующую нас нить. Потом воздух и земля. Огонь сопротивлялся дольше всех, цепляясь за свою хозяйку, но и он не мог справиться с силой древнего обряда. Последней покидала стихия души. Я чувствовала, как татуировка дракончика стала отделяться от кожи, обретая собственное тело. Даже не тело, а призрачные очертания. С ревом он прошиб меня, вырываясь из груди и устремляясь в сторону Нейлара. Больно. Я кричала, не в силах сдержать плач тела о душе.

Нас охватило черное зарево, и лишь слова повелителя демонов бились в голове: «Спасибо… Спасибо тебе!»

* * *

По голубому небу медленно плыли золотые облака. Кто-то аккуратно приподнял мою голову, устраивая ее на коленях. Ксандр…

— Маленькая моя… Кира…

— Прости, любимый, — прошептала из последних сил. — Я пообещала, что никто не отнимет тебя у меня, но вот сама остаться не смогла.

— Молчи. Не трать силы!

— Я всегда боялась потерять душу, не осознавая, что моя душа и мое сердце — это ты. Люблю тебя, Ксандр. Прости…

Взяв любимого за руку, я сделала последний вдох, а потом полетела на свет, манящий забвением…

Отступление. Ксандр

— Кира? Кира!

Он тряс ее за плечи, целовал лицо, но все бесполезно. Его любимая покинула этот мир. Рядом плакали Анна и Лина, стоя на коленях над безжизненным телом и что-то шепча, но звук утонул в крике… Его крике.

Боль сжимала сердце и грудь, не давая вздохнуть. Слезы лились из глаз, прозрачными каплями орошая побелевшее лицо Киры. Он умер. Его жизнь закончилась здесь и сейчас, растворяясь вместе с телом любимой.

Желтые невесомые песчинки стали медленно подниматься в небо, сверкая чистотой и даря тепло. Касаясь лица Ксандра, они словно ласкали в последний раз, оставляя на губах соленый вкус слез и горечь утраты. Несколько ударов сердца — и пустота…

На выжженной траве, покрытой кровью и грязью, осталось лишь обручальное кольцо, почерневшее от утраты своей хозяйки.

Ее больше нет…

Эпилог

Год спустя

Белый храм блестел на солнце золотом куполов, собирая народ перезвоном. Сегодня годовщина с того страшного дня, когда армия изгнанного повелителя была разбита. Не последнюю роль в этом сыграли ламгины. Они пришли сами, когда почувствовали смерть Киры. И отомстили. Мстили все, заглушая боль утраты чужой кровью.

А уже гораздо позже, когда боль от потери слегка поутихла, Ксандр узнал, кто был виноват в смерти любимой. Хтон. Именно он вмешался в обряд, желая спасти младшего брата, но в итоге все испортил. Новый виток ярости и, как результат, план по уничтожению повелителя демонов. Ксандр собирался идти один, но Кейлиб и Райн не позволили. В итоге они пошли вместе и воплотили еще одно древнее пророчество. Убийца богов уничтожил бога…

К сожалению, облегчения это не принесло.

Теперь он сидел на широкой деревянной скамье, разглядывая потолок, украшенный изображениями битв добра и зла. Повсюду горели свечи, наполняя храм удушливым запахом воска. Поминальная служба подошла к концу, оставляя после себя неприятный осадок. Не было ни имен, ни почестей… Благодарность за спасение чужих жизней и обещание вечной памяти.

— Ксандр. — Анна легко тронула его за плечо, привлекая внимание. — Пошли на улицу.

Молча поднявшись, гибрид пошел следом за друзьями, дожидающимися у выхода. Весь этот год они поддерживали его по мере своих сил, не позволяя оставаться одному и скатиться в пропасть безысходности.

— Куда пойдем? — оглядев присутствующих, поинтересовался Райн.

— Можно посидеть в нашей любимой колледжской столовке, — хмыкнула Анна.

— Простите, но у меня дела. — Гибрид уже собирался уходить, когда его остановил голос Лины:

— Ксандр, прошел уже год. Тебе пора отпустить ее!

На эту девушку, так похожую на его любимую, смотреть было тяжелее всего.

— А что бы сказала ты, потеряв своего мужа?

После таких слов Ревирин крепче обнял свое сокровище.

— Каково это, знать, что у тебя нет больше возможности прикоснуться к той единственной, что заставляла сердце биться чаще? — продолжал Ксандр. — Не слышать ее смех и голос… Ты носишь под сердцем ребенка от любимого мужчины, а я никогда не увижу наших детей. Год или век, разве имеет значение? Время — всего лишь слово, призванное служить надеждой и утешением для слабых.

— Но оно все-таки имеет власть! — раздалось рядом, и все присутствующие повернулись в сторону прибывшей пары.

— Сельвиер? — недоверчиво спросила Анна.

— Так меня звали раньше, — кивнула бывшая жрица. — В новой жизни я — Эрешкигаль[2].

— Но мы думали, что вы погибли, — выдохнула Лина. — Мы не смогли найти ваше тело!

— Я находилась на грани, но Нергал меня спас ценой своей силы.

— Так что теперь я обычный колдун, — подтвердил явившийся с ней мужчина.

— Так вам и надо, — буркнула Анна и дернулась, но Пол ее удержал. — С самого