Душа Тьмы - Ирина Эльба

очень интересно, как ты узнал про этот дом!

— Кай Ра, нет ничего такого, чего бы я не знал. — Противный голос демона внезапно изменился, становясь ниже и бархатнее.

Легкое колебание воздуха, и передо мной вместо Андрона появился… Хтон.

— Какого демона?

— Самого высшего, — усмехнулся властитель подземного мира и махнул рукой в сторону дивана. — Не смотри так подозрительно, девочка. Это действительно я.

— Не понимаю. Все это время вы обманывали Нейлара, притворяясь Андроном?

— Да, нашим младшеньким. Знаешь, а ведь Ней так и не понял, что я был рядом. Помогал и опекал по мере своих сил. Пытался переубедить, смягчить его боль. Что бы ты ни думала, девочка, я очень люблю свою семью.

— Странная у вас любовь, — буркнула я, все же садясь напротив. — Если вы все это время были Андроном, где тогда он настоящий?

— В изгнании вместе со своей обворожительной супругой. Кстати, совсем забыл сказать — он отец твоего неугомонного муженька.

— Отец Ксандра — оборотень, а мать — вампирша!

— Официально — да, а вот неофициально… Кай, мы же боги, а значит — можем все! Менять облики, подтирать память, ну и по мелочи.

— Вам же нельзя вмешиваться в жизни существ напрямую!

— Ошибаешься! Нам нельзя влиять на жизни, но вмешиваться никто не запрещал! А все, что рассказывал Нергал, — вранье. Он всегда любил делать грязную работу чужими руками.

— Значит, у Ксандра божественная сила…

Во мраке ночи, где свидетелем луна,

Родится сын благословеньем звезд.

Вампирша, оборотень (их свела судьба)

В наш мир построят для ребенка мост.

Их сила велика и горячи сердца,

Огнем любви горят глаза, как звезды.

Ребенку каждый даст ее сполна,

Не будет равного ему ни на земле, ни в море.

Судьба дана особая дитю,

О ней еще не раз легенды сложат.

Убить богов под силу лишь ему,

Разрушить власть их, позабывших совесть.

Но эта сила, словно тяжкий крест,

Дается лишь тому, кто сердцем чистый.

Неверный выбор, где дорожек перекрест,

И мир погрузится во мрак унылый[1].

Пророчество, процитированное Хтоном, вызвало нервную дрожь. Правитель подземного мира говорил мягко, но почему-то мне стало страшно за мужа. Он ведь потенциальная угроза не только для Нейлара и Хтона, но и для Нергала. Еще один полубог и родственник этих странных братьев с их непостижимыми семейными отношениями и тайнами.

— Не бледней так, девочка. Мы не тронем его, пока он не трогает нас, — словно прочитав мои мысли, улыбнулся демон. — А он может тронуть, если ты пострадаешь. Поэтому, пока Ней развлекается и пытается уничтожить Круг Тринадцати, мы тихонько посидим здесь.

— Я не понимаю… Если вы так любите брата и опекаете его, зачем забираете душу его любимой? Зачем нарываетесь на конфликт?

— Потому что тоже ее люблю и не в силах отпустить.

— Для чего тогда вам я?

— Не ты, милая, а твое тело. Я планировал переселить душу Эли в идеальный сосуд, но наши игры привели к неожиданному результату. Столько столетий кропотливой работы и все напрасно. Жаль.

— Значит, сосуд? — переспросила я тихо, чувствуя, как во мне закипает злость.

— Без обид, девочка, — пожал плечами демон, а я неожиданно поняла, что хочу его убить.

Их всех. За то, что сотворили с другими мирами. За то, что сейчас делали с нами. Я ненавидела, и это чувство буквально разъедало душу.

— Пророчество про Круг Тринадцати — ваших рук дело?

— Мы с Нергалом действовали сообща. Нею нужно было маленькое приключение, чтобы на время отвлечься от поиска Элины. План сработал безупречно!

— Значит, у Круга Тринадцати ничего не выйдет? Они не смогут убить бога?

— Не смогут, — подтвердил Хтон. — Их уничтожат раньше.

Значит, вот каким был план повелителя подземного мира. Он с самого начала рассматривал нас как расходный материал. И Нергал знал это, давая возможность самой все выяснить и исправить. Но как? Как помочь сестрам и остановить Нейлара с его армией?

— О чем задумалась?

— Если выживу и смогу до вас добраться — то убью. Это не угрозы и не бахвальство. Я найду способ от вас избавиться. За все, что со мной случилось. За всех, кто погиб в этой глупой войне.

— Серьезное обещание, Кай Ра. Уверена, что таким стоит разбрасываться?

— Сейчас я уверена как никогда. Я найду способ, Хтон.

— Так давай, пробуй. Вот он я — безоружный и беззащитный. Бей.

— Нет, сейчас у меня несколько иные планы.

— Неужели? — рассмеялся бог. — Поплакать? Или посетовать на жизнь?

— Исправить то, что вы наворотили, — улыбнулась я мужчине и достала из кармана еще один кристалл — на этот раз полупрозрачный.

Успела раскрошить его до того, как Хтон среагировал и бросился меня ловить. Он зацепил по касательной, получив за это по рукам. Я же, зажмурившись, вывалилась прямо посреди родного и любимого дома.

— Кира? — услышала взволнованный голос мамочки. — Доченька, ты откуда?

— Лучше не спрашивай, — отмахнулась я и, поднявшись с пола, обняла родительницу. — Как ты?

— Переживала за тебя. Мы оба переживали.

Отстранившись, я посмотрела маме за спину и улыбнулась. Отец. С нашей последней встречи он изменился. Набрал вес на маминых пирожках, да и бледность прошла. Но главное — в его глазах появился блеск и желание жить.

— Привет, — поздоровалась смущенно.

— Привет, — ответил он и медленно подошел, не сводя пристального взгляда. — Ты снова человек…

— Да, — кивнула обоим. — Это длинная и запутанная история. Я ее обязательно расскажу, но позже. Мне нужно предотвратить катастрофу.

— Она уже случилась, — глухо произнесла мама, сжимая мои руки.

— Когда?

— Несколько часов назад изгнанный повелитель демонов начал наступление. Объединенные войска в спешном порядке были собраны и переправлены в зону боевых действий. Там столько демонов…

— Как несколько часов? Мы расстались всего час назад… Проклятие!

— В замке Нейлара время идет иначе, — глухо отозвался отец.

— Мне срочно нужно к своим.

— Нет! Кира, нет! — Мама схватила меня за руки. — Там опасно!

— Знаю, мамочка. Но если я не помогу, то опасно будет везде. Эти двое не остановятся, пока не уничтожат весь мир.

— Но что можешь ты? Ведь ребенок совсем, — всхлипнула родительница, а я испытала острый укол совести.

Я ведь ей почти ничего не рассказывала. Старалась беречь, а делала только хуже. Что ж, если переживем эту битву, нам предстоит долгая и обстоятельная беседа.

— Изабелла, отпусти ее, — мягко попросил отец, обнимая супругу.

— Но…

— Пусть идет, — повторил папа, и я благодарно улыбнулась.

— Люблю вас. Обоих!

Новая вспышка перехода, и я оказалась в аду…

Отступление. Ксандр