Джунгли зовут. Назад в прошлое. 2008 г - Валерия Корносенко

Когда все проголосовали, Ксения Собчак спустилась к корзине и начала доставать по одному листы, зачитывая имена. К моему удивлению, мнения разделились.

Половина проголосовала против меня (что было вполне ожидаемо), а вторая — против Людмилы. Она сидела рядом и искренне изумлялась: «Надо же, за меня проголосовали! И снова! Почему?».

Двое участников выбрали сильных мужчин, но это больше походило на воздержание от голосования. И вот остался последний лист. Счет у нас с Людмилой был 3:3. Я мельком взглянула на женщину. Она сидела грустная и растерянная. Меня же больше терзала досада. Я еще не закончила свои дела на острове. Уезжать мне совершенно не хотелось.

— Итак, — Ксения развернула последний лист, — у нас спорная ситуация. Последний голос решит, кто нас покинет. И имя на этой бумаге… Людмила! Людмила, сегодня самым слабым звеном оказались вы. Вы не умеете плавать, у вас мало сил для участия в испытаниях, вы не хотите есть местную пищу… — Ксения многозначительно подняла брови. — Думаю, этих причин достаточно, чтобы понять, что вам на острове сложно. И видимо, это и стало причиной того, что ваши соплеменники выбрали не человека из другого племени, а вас. Подойдите ко мне.

Людмила тяжело поднялась и, грустно опустив голову, подошла к ведущей, сложив руки на бедрах.

— Вы хотите что-то сказать своему племени? — обратилась к ней Ксения.

Людмила подняла на нас усталый взгляд.

— Спасибо, ребята, за всё. Мне, конечно, жаль, что так получилось. Извините, если кого-то чем-то обидела. Я была очень рада со всеми вами познакомиться и буду за вас болеть. Всем всего хорошего, хорошей игры и удачи! А я поехала домой к своим родным и близким.

Она развернулась и побрела прочь. Ксения еще какое-то время говорила что-то на камеру, вокруг суетились операторы. Съемка официально была закончена, но работа видеографов продолжалась. Мы еще немного постояли на площадке. Разговор особо не вязался. Чувство гадливости щупальцами оплетало душу. Я вновь изменила ход истории. И как этот маленький винтик отразится в большом маховике событий — можно было только гадать.

Нас угостили соком от спонсора, и мы, конечно же, с удовольствием к нему приложились. В условиях острого дефицита продуктов и постоянного, круглосуточного голода, стакан сока показался просто неземным лакомством. Приторный, густой, с кисловатым послевкусием…

Впрочем, особого вкуса я даже не почувствовала, один сахар. Вот насколько же быстро вкусовые рецепторы очищаются от химии и различных добавок, когда буквально на несколько дней отказываешься от них! Поразительно! Или же в начале века еще не было столько химии в продуктах, и мои вкусовые рецепторы были здоровы…

После пережитого стресса на голосовании меня накрыло какое-то странное отупение, смешанное с дневной усталостью. Разговаривать ни с кем не хотелось. Когда лодка причалила к берегу, в лагере уже царила глубокая темень, и некоторые участники успели уйти спать. Меня встретила Арина и радостно обняла.

— Ой, Анька! — воскликнула она, лучезарно улыбаясь. — Я так рада, что тебя не выгнали! Я думала, что против тебя проголосуют. А кто же тогда ушел?

— Представляешь, Людмилу выгнали! — Арина округлила глаза, все еще не веря в произошедшее.

— Да ты что⁈

— Я тоже удивилась. Понятно, что мы разделились совсем недавно, и общности в команде еще нет, но, тем не менее, это было странно. Как вообще ваш вечер прошел?

— Да как прошел… как обычно, — Арина пожала плечами, улыбка не сходила с ее лица. — Вот смотри, Андрей нам сеткой рыбу наловил, целый котелок мальков, — она кивнула в сторону костра, — И так ловко у него получалось! Прям полкастрюли этой мелочи наловил. Мы ее потом разварили, размяли, и получилось что-то вроде рыбного супа-пюре. Я тебе немножечко оставила, будешь?

— Спрашиваешь! — Я рассмеялась, чувствуя, как напряжение последних часов наконец-то отпускает. — Это, конечно, не макароны по-флотски, — поддразнила я подругу. — Но, как говорится, на безрыбье и килька — сёмга!

А на следующий день нас вновь собрал громкоговоритель…

На испытании нас ожидало поистине омерзительное зрелище.

На троне восседала Ксения Собчак, а перед ней возвышался огромный деревянный барабан. На его секторах лежали «деликатесы» местной кухни: жаренные во фритюре черные жуки, извивающиеся червяки и личинки, рыбьи глаза, саранча… Всё это кишело, шевелилось, издавало какие-то звуки. У меня подкатил ком к горлу, а плотный завтрак попросился наружу. Да и не у меня одной!

Никогда в жизни я не пробовала ничего подобного! Я понимала: нужно не думать, не концентрироваться на том, что именно ешь, просто закрыть глаза, быстро засунуть в рот, разжевать и проглотить. Но мысль о том, как что-то живое будет шевелиться у меня во рту, а потом попадет в желудок… Желудок предательски сжимался.

— Здравствуйте! Вас стало меньше. Вчера игру покинула Людмила, — начала Ксения Собчак. — Что ж, ей не повезло. Но это игра на серьезный приз, и с каждым ушедшим игроком шансы оставшихся увеличиваются. А сейчас вам предстоит очередное испытание!

Она сошла со своего пьедестала и подошла к барабану.

— Кристобаль — болотистый остров, кишащий пресмыкающимися и насекомыми, — продолжила ведущая. — Местные жители используют их в пищу, для лечения и даже для избавления от врагов. Опираясь на их вкусовые пристрастия, мы предлагаем вам высококалорийное, но омерзительное на вид меню. Блюда, приготовленные во фритюре или поданные в свежем виде, представители разных команд будут поедать на скорость. Чтобы разнообразить экзотическое меню, мы также предлагаем вам и несколько привычных блюд, — она раскрутила барабан, — А чтобы вам не так обидно было, я вас поддержу и тоже кое-что попробую, — она взяла с барабана жирную, шевелящуюся гусеницу и засунула себе в рот, — И чтобы все убедились, что угощение съедено, нужно, как и я сейчас, показать язык. Очко присуждается тому, кто съест угощение быстрее. Играем до пяти очков. Есть, начинайте после моей команды!

К барабану вышли по одному участнику от каждой команды.

— Ну а пока надо раскрутить рулетку, — Ксения с азартом крутанула барабан.

— Я по жизни готов есть всё, что движется, и всё, что можно есть! — с бравадой проговорил Таир, — но к такому жизнь меня не готовила! — он нервно хохотнул и посмотрел на доставшееся ему яство.

Испытание началось. Мужчины схватили доставшихся им гадов, опрометью закинули их в рот и проглотили практически не жуя!

Я услышала лишь гулкие сглатывания