Джунгли зовут. Назад в прошлое. 2008 г - Валерия Корносенко

более благосклонен, к тому и липнут. Я не понимаю, они что, действительно на что-то рассчитывают? Здесь столько камер, столько народа… Они думают, что кто-то с ними согласится на близость при стольких зрителях? Да весь мир за ними следит! Не знаю, как себя девушки ведут, но для меня это так непонятно и возмутительно. Я, если честно, просто в шоке. Пошла звонить — за мной Алексей этот увязался. Еле отвертелась. Уже на подходе к штабу меня встретили военные, а он подофигел и свалил в закат. Не знаю, правда, что он подумал и рассказывал ли он кому-нибудь, но ко мне больше, слава богу, не подходил.

На этой веселой ноте мы вошли в лагерь, и наш разговор стих. Возле костра уже вовсю готовился ужин. Мы присоединились и пошли помогать чистить бананы и кокосы. Арина посмотрела на меня, чуть улыбнулась и вздохнула. Я её поняла, как никто другой. У нас были набитые вкусным, сытным ужином желудки, а люди здесь голодали. Это, конечно, было очень некрасиво с нашей стороны, но сказать, что я сожалела о том, что наедалась макарон до отвала, пока у меня не заболел живот, не могла. Это были, пожалуй, лучшие макароны в моей жизни!

Вечер прошел довольно напряженно. Разделенные на племена участники ходили по лагерю и присматривались друг к другу. Уже началась дележка вещей, но никто не мог прийти к общему знаменателю.

У нас были одни носилки и один гамак. Вроде бы носилки полезнее, но кто-то вцепился именно в гамак, твердя, что он там спит, что ему там удобно и всё такое прочее. И так цеплялись за каждую ложку… Краем глаза я заметила, как кто-то взял пару вилок и сунул себе за пазуху, просто нагло утащив их из общей кучи.

Конечно, такие мелкие неурядицы особо ничего не решали. Что с крышей над головой спать, что без нее — комфортно не было. А еще на горизонте сгущались черные грозовые тучи. Было понятно, что эту ночь нам придется мокнуть и стучать зубами, жавшись друг к другу.

Потому что от тропического ливня не помогала никакая крыша. И хоть строй её, хоть не строй — ситуацию это особо не меняло.

Ливень был страшный, жуткий, словно кто-то заливал нас из пожарного гидранта. Ведь вода, казалось, была везде! Ночь была беспросветной и тёмной, без Луны, без фонариков — будто сама природа решила поглотить нас во мгле. Мы постоянно сталкивались друг с другом, не видя и не слыша ничего, кроме ливня, стучащегося по брезенту, и раскатов грома, которые гремели, казалось, в наших мозгах.

Дождь лил стеной, словно неудержимый поток. В короткие затишья прибегал оператор — промокший, с замерзшими руками — и снимал нас, мокрых, дрожащих от холода. Выглядело это как издевательство и над нами, и над ним… Но шоу должно продолжаться…

Кто-то из девочек не выдерживал и пару раз тихо всхлипывал: нервы сдавали, а сил не оставалось.

Все были измотаны, хотели спать, но сделать это было невозможно. Вымокшие тряпки, на которых нам приходилось лежать, были ледяными и лишь усиливали эффект омерзения и отчаяния.

Развести костёр не представлялось возможным. Мы сидели кучками, словно воробьи на жёрдочке, прижимаясь друг к другу, чтобы хоть как-то согреться и прикрываясь брезентом от бушующей стихии.

Иногда я впадала в забытьё, вырубалась на недолгое время. Но раскаты грома, ослепляющие вспышки молний встряхивали меня, подбрасывая из сна, и я снова просыпалась с дрожью во всём теле.

Казалось, этот кошмар не закончится никогда. Он растянулся в бесконечность. Уверена, что в эту ночь каждый проклял свое решение о поездке в этот «рай».

Наутро мы были разбиты, усталые и злые, израненные душой и телом. Предстояло разбирать временный дом, делить скарб и собираться в долгий путь, не ведая, какие испытания ждут ещё впереди. И даже в эти мгновения усталости и отчаяния проскальзывали на лицах улыбки и робкие слова поддержки: «Выдержим».

Когда вещи были практически разделены и упакованы, заговорил громкоговоритель. Мы все замерли, закинув головы и вслушиваясь в скрипучий металлический голос. Сообщение, которое мы услышали, одновременно рассмешило, раздосадовало и вновь рассорило всех.

— Внимание, внимание! — раздался из динамиков голос. — Одна из команд остается на острове, а вторая уезжает искать лучшей жизни. Сейчас вы должны определиться, какая из команд покинет остров.

И тут началось! Кто-то кричал: «Я хочу уехать!», другие возмущались: «Зачем разбирали дом? Надо было оставлять его здесь!». Единого мнения, конечно же, не было. Началась настоящая вакханалия.

При всем при этом решение нужно было принимать, независимо от желаний каждого. В итоге решено было подбросить монетку, которую нашли в бункере во время одного из испытаний.

Я даже не знала, чего хотела больше — остаться или уехать. С одной стороны, все ближайшие кусты уже были объедены, и за бананами приходилось ходить довольно далеко. А на новом острове, возможно, банановая роща окажется под боком, и будет проще добывать пропитание. Но я ничего не загадывала — по сути, мне было все равно. Условия и здесь, и там были спартанские, крайне тяжелые.

Андрей взял монетку. Но тут возникла новая проблема: на обеих сторонах были картинки! Долго спорили, какая команда какую картинку выберет. Наконец, Андрей просто подкинул монетку. Жребий был брошен. Команда, которая покидает остров, определилась.

И этой командой оказались мы.

В нашей команде оказалось восемь человек: Эвелина Блёданс, Юлия Ковальчук, Таир Мамедов, Корнелия Манго, я, Арина, дальнобойщик Андрей и молодой тощий студент Алексей.

Трое мужчин и пять женщин. В племени Воды оставалось четверо мужчин, но это еще ничего не значило.

Мы погрузились в лодку и отчалили. Всем раздали по веслу, и мы повели длинное деревянное каноэ. Сверху нас завалили вещами и скарбом чуть ли не до груди, из-за чего грести было неудобно. Но лодка шла легко, море было спокойным, обдувал приятный бриз.

Добрались мы довольно быстро. Нужно было пересечь небольшой залив. То ли неизвестность манила, то ли все прониклись духом авантюризма… Все были в каком-то возбужденном, приподнятом настроении.

Нам сказали, что на новом острове есть останки пиратского корабля, и нужно держать ориентир на них. Всю дорогу мы перешучивались, прикалывались. Кто-то спросил, захватил ли кто-нибудь ром, или его выдадут на берегу. Теперь мы настоящие пираты!

Наше племя называлось Племя Огня, и по этому поводу тоже было много шуток.

С перебранками и шутками мы и не заметили, как добрались.

Выбежав на берег, мы увидели скелет старого пиратского