Смертельный бизнес - Саймон Керник

Значит, мне оставалось только ждать удобного случая. Я стоял и курил, размышляя о том, что буду делать, если Карла признает свою причастность к убийству. В моем положении я не смогу произвести гражданский арест, а убить ее у меня просто не хватит духу. Тем не менее я чувствовал, что сделал правильно, появившись здесь. Нужно во что бы то ни стало докопаться до истины, прежде чем решать свои собственные проблемы.

Просидев в засаде около десяти минут, я вдруг заметил, что во двор дома, где жила Карла, въехала машина. Я сполз ниже на сиденье, стараясь не привлекать к себе внимания, и она проехала мимо в поисках места для парковки. Через несколько минут я увидел, что водитель, бизнесмен средних лет, направляется к интересующему меня подъезду. Около нее он остановился и стал искать в кармане ключи. Я вышел из машины, как можно более непринужденно пересек улицу и поднялся по ступенькам вслед за мужчиной. Услышав мои шаги, он резко обернулся и его лицо исказил страх — это случается со всеми городскими жителями, когда поздно вечером к ним неожиданно подходит кто-то сзади. Мужчина несколько успокоился, увидев прилично одетого человека, но его подозрительность до конца не рассеялась.

— Вы что-то хотели?

Я вынул удостоверение полицейского и показал ему.

— Мне нужно встретиться с Карлой Грэхем, — сказал я тоном, не допускающим компромиссов, и посмотрел мужчине прямо в глаза. — Я так понимаю, она живет на последнем этаже?

Он вставил ключ в дверь.

— Все правильно. Но, я думаю, вам лучше позвонить ей в квартиру по домофону.

— Я бы предпочел не раскрывать перед ней все карты, сэр. Понимаете ли, у меня нет полной уверенности в том, что миссис Грэхем захочет разговаривать с представителем закона.

Мужчина оглядел меня с любопытством, но, видимо, решив, что я, скорее всего, тот, за кого себя выдаю, повернул ключ в замке.

— Полагаю, вы знаете, куда идти, — сказал он, когда я прошел за ним в открытую дверь.

— Да, конечно, спасибо.

— Извините за подозрительность, но вы же знаете, сейчас нужно быть осторожным.

— Вы абсолютно правы. Сейчас без этого никуда.

Он пошел прямо по коридору, а я стал подниматься по лестнице, вспоминая, как в первый раз шел здесь три дня назад. Как много изменилось с тех пор…

Добравшись до третьего этажа, я остановился перед нужной мне дверью и прислушался. Внутри громко работал телевизор, кажется, передавали вечерние новости. Я прижался ухом к двери, пытаясь уловить еще какие-нибудь звуки, но больше ничего не расслышал.

Я дернул ручку двери, но она была заперта. Тогда я наклонился и осмотрел замок. Ничего сложного. Порывшись в кармане, я выудил из бумажника кредитку и просунул ее в тонкую щель между дверью и косяком. Замок поддался без сопротивления, и я медленно повернул ручку.

Войдя в прихожую, я аккуратно закрыл за собой дверь, навесив цепочку, чтобы, если Карла решит бежать, выиграть время. В коридоре было темно, но в гостиной горел свет. Я опять остановился и прислушался, а потом, стараясь как можно меньше шуметь, осторожно заглянул в освещенную комнату.

Там никого не было. В углу мигал телевизор, журналист драматично повествовал о каких-то событиях. На столике из тикового дерева стояла недопитая чашка с кофе, а рядом с ней пепельница с двумя окурками. Я подождал немного и затем, по-прежнему не услышав ни звука из других частей квартиры, зашел в гостиную. Наклонившись над столиком, я потрогал пальцем жидкость в чашке. Кофе остыл, но был еще теплый. По всей видимости, его пили около получаса назад.

Я вернулся в прихожую. Приоткрытая дверь справа от меня вела в кухню, там тоже горел свет. Я заглянул внутрь. Никого. Оставалось проверить только ванную, которая была напротив меня в конце коридора, и спальню. Света в ванной не было, хотя дверь была открыта. Подкравшись, я остановился на мгновение, а потом включил свет.

Пусто. Значит, спальня.

Возможно, Карла сегодня рано легла спать. Вряд ли она занималась в спальне любовью, тогда я бы точно что-нибудь да услышал. Карла была не из тех женщин, которые делают это молча.

Подойдя к комнате, я остановился и опять прислушался. Тишина.

Медленно, очень медленно я повернул ручку, и дверь со скрипом открылась. Внутри было очень темно из-за плотно задернутых штор. Я вошел и стал искать выключатель, пытаясь вспомнить, с какой стороны двери он находился. По-прежнему не было слышно никаких звуков. Вообще никаких.

Нащупав выключатель справа, я включил свет. После темноты он оказался очень ярким, и я замигал, чтобы глаза привыкли.

Мне понадобилось две, может быть, три секунды, чтобы разглядеть большое темное пятно на стене за огромной кроватью. Под ним, ничком на заляпанных кровью простынях лежало мертвое тело Карлы Грэхем. Она была одета в белую блузку, которая теперь была наполовину красная, черные брюки и носки. Одна из ламп, стоявших рядом с кроватью, валялась на полу — это был единственный признак борьбы. В руках Карла сжимала скомканное постельное белье.

Воздух в комнате был спертый, но дышать было можно, совсем не так, как в тот день, когда Реймонд убил Барри Финна.

Я сделал шаг вперед и осторожно подошел к телу, не в силах поверить в увиденное. Нельзя ничего здесь трогать, по крайней мере без перчаток, но мне хотелось убедиться, что Карла действительно мертва. Хотя, судя по количеству крови вокруг, невозможно было представить себе обратное.

Глаза Карлы были широко открыты. Казалось, она смертельно напугана. Даже сейчас, несмотря ни на что, она оставалась красивой. А ведь у нас с ней могло что-то получиться. Действительно могло. В этот момент я горько сожалел о том, что ее жизнь оборвалась таким образом.

Зияющую рану на ее шее частично скрывали волосы, но я все же смог разглядеть, что разрез очень глубокий и длинный… похожий на тот, что обнаружили на теле Мириам Фокс. Краем глаза я заметил, как по стене медленно стекает струйка крови. Присмотревшись к ране, я увидел, что кровь еще сочилась из горла, хотя уже очень слабо.

Она умерла совсем недавно. Десять, пятнадцать минут назад, не больше. Кровь еще даже не свернулась. Я находился возле дома около десяти минут. За это время из здания никто не выходил. Пять минут я потратил на то, чтобы войти в дом, подняться наверх, осмотреть квартиру и зайти в спальню. Всего пятнадцать минут. По моим расчетам, пятнадцать минут назад Карла совершенно точно была жива.

Это значило только одно.

Я почувствовал движение за спиной и резко повернулся как раз вовремя, чтобы уклониться от ножа, пролетевшего мимо по большой дуге. Я отпрыгнул назад и натолкнулся на прикроватный столик. Лезвие, с которого еще стекала кровь Карлы, со свистом прошло в опасной близости от моего тела. Еще какой-нибудь дюйм, и меня бы разделали как рыбу.

Нападавший был хорошо сложенный мужчина, намного больше шести футов ростом. Козырек черной бейсболки надежно скрывал его лицо, что не помешало мне, однако, разглядеть холодную решимость в его глазах. Он не собирался оставлять меня в живых. Я подскочил к нему и, схватив за запястья, ударил что было силы по голени. Он вздрогнул от боли, но равновесия не потерял и, вырвавшись из моего захвата, оттолкнул меня обратно на столик.

Убийца сделал еще один выпад, ножом целясь мне в живот, но я отпрыгнул в сторону, на кровать, и упал на еще не остывший труп Карлы Грэхем. Я чувствовал, что постельное белье насквозь пропитано кровью. Мой противник в очередной раз замахнулся, я попытался лягнуть его, но он стоял у кровати и его ноги были плотно прижаты к моим, что меня практически обездвиживало.

Пришлось изворачиваться и уклоняться от удара, после чего я схватил двумя руками его руку с ножом и стал изо всех сил бить ею о стену, но убийца и не думал выпускать нож. Свободной рукой он ударил меня по лицу, и мою челюсть пронзила острая боль. Он ударил еще раз, и мое сознание на какой-то миг затуманилось.

Затем он вдруг решил сменить тактику и потянулся, чтобы взять нож из той руки, которую я пригвоздил к стене. В этот момент давление на мои ноги ослабло, и прежде, чем у него мог бы снова появиться шанс обездвижить меня, я изо всех сил ударил его по колену каблуком своих тяжелых ботинок. Он отскочил в сторону, его кепка упала на пол, и под ней обнаружилась копна густых неухоженных волос. Лишившись кепки, верзила растерялся, словно Самсон, потерявший свои кудри, и я воспользовался этой заминкой — перекатился через кровать и упал на пол с другой стороны.

Казалось, это заняло целую вечность. Я слышал, что убийца снова бежит ко мне, и в отчаянии рылся в кармане пальто, пытаясь достать револьвер, позаимствованный вчера у одного из киллеров. Нащупав рукоятку, я попытался вытащить пистолет, но он запутался в подкладке. Верзила уже стоял надо мной с кепкой на голове и ножом, занесенным для удара. Я дернул рукоятку еще раз, материя затрещала и оружие оказалось в моих руках. Увидев его, убийца Карлы замер как вкопанный, а затем резко рванул к выходу. Нащупав предохранитель, я повернул его, потом сел прямо и прицелился. Убийца уже был практически в дверном проеме, когда я выстрелил. Пуля попала в верхнюю часть косяка, верзила не остановился, тогда я вскочил на ноги и погнался за ним.