Дама в очках, с мобильником, на мотоцикле - Наталья Александрова

— Вот, хотела поблагодарить вас за цветы, — пробормотала Надежда, отводя глаза.

Потом собралась с силами и поглядела ему в лицо.

— Ах вот что… — сказал он и сделал приглашающий жест, — проходите, поговорим.

Дом внутри оказался очень большим, но Надежда не запомнила комнат, по которым ее вел хозяин. Они обосновались в просторном кабинете, где были застекленные книжные полки, компьютер и проигрыватель. Ну еще бы, хозяин небось настоящий меломан, слушает не записи, а старые виниловые пластинки. Сидит вечерами, курит сигару и наслаждается какой-нибудь «Тоской» или «Аидой».

— Слушаю вас, — сказал Сергей Сергеевич, — приступайте, Надежда Николаевна.

— Это вы, — заговорила она, торопясь и проглатывая слова, — это вы стоите за всем этим кошмаром. Это вы все задумали и привели в исполнение.

— Ну что вы! — Он рассмеялся одними губами. — Разве я похож на убийцу?

— Прекратите! — Она вскочила и топнула ногой. — Прекратите, или я немедленно уйду!

— Хорошо, — он стал серьезным, — поговорим как нормальные люди, без истерик и криков.

— Нормальные? — спросила Надежда. — Вы считаете данную ситуацию нормальной?

— А вы считаете нормальной ситуацию, когда человек, совершивший зверское убийство, мало того что избежал наказания, так еще и разгуливает на свободе, живет в свое удовольствие, хапает деньги да еще и убивает снова?

— О чем вы? — отшатнулась Надежда.

— А вы? Мы разве не о мести говорим? Вы ведь знаете историю убийства моей дочери? Желаете уточнить подробности?

— Не надо, — тихо сказала Надежда, — я знаю достаточно.

— Девочку семнадцати лет — умницу, красавицу, единственную дочку — забивают насмерть и оставляют валяться в грязной канаве! Не дай вам Бог пережить такой момент, когда я подходил к тому месту и понимал уже, что вон там лежит моя дочь!

— Это было десять лет назад, — вставила Надежда, — а я бы хотела услышать, что же случилось сейчас.

— Долгая история. — Сергей Сергеевич сгорбился и заговорил с усилием: — Когда прошел первый шок, я стал думать и анализировать. Этот мальчишка, Алексей Долгов, конечно, мог убить. Но он все отрицал. И держался твердо. Мать опять же свидетельствовала. Одежды его окровавленной не нашли. У него и всего-то были одни джинсы да куртка, и ни пятнышка на них. Неделю его промурыжили, а потом вдруг нате вам — все орудие убийства в его отпечатках! А что же они раньше-то думали? Неделю отпечатки исследовали? Ну, тогда-то я вообще плохо соображал, а милиция быстро все устроила — парня отправили в район, суд очень быстро состоялся, как будто кто-то подгонял. Ну, дело громкое было, шуму много, возможно, начальство наезжало, чтобы быстрее все закончилось. Тут жена у меня умерла — сердце от горя не выдержало. Похоронил ее и убежал из этого города проклятого, думал, что навсегда. Обосновался в Москве, занялся бизнесом, преуспел — делать-то больше нечего, ни жены, ни детей. Говорят — время лечит, так вот все это ложь, никак меня время не излечило. Ну затянулась, конечно, рана, спать стал по ночам, вкус к жизни снова почувствовал… И тут попал в поле моего зрения Павел Зимин. Когда интересовался одним человеком, которого в партнеры себе планировал, узнал, что Павел этот возле него крутится.

Возможности у меня были, поручил одному парню толковому выяснить все про Павлика этого. Потому что сомнения мои — те, что тогда, когда Катю убили, возникли, сейчас с новой силой взыграли. Сами посудите — Павла этого в милиции допрашивали тогда всего один раз. Одежду не проверяли, родителям поверили, которые утверждали, что пришел он домой рано. А девчонка, которая видела, что он до конца на той вечеринке был, впоследствии от своих показаний отказалась. И все так быстро завертелось, как будто кто подталкивал следствие в нужном направлении. Я ведь в бизнесе долго кручусь, знаю, что нужно делать, чтобы заказ протолкнуть. Тут подмазал, там услугу пообещал, здесь просто позвонил, о себе напомнил… А кто в небольшом городке может все это сделать? Мэр города все может…

— Все равно доказательств у вас никаких не было, — заметила Надежда, просто чтобы что-то сказать.

— А вы слушайте… — вздохнул Сергей Сергеевич. — Значит, нанял я человека, и он узнал про Павла Зимина все, что тот и сам-то про себя не знает. Служебные характеристики, личная жизнь, психологический портрет даже, раздобыл и карту медицинскую. Оказалось — здоров Паша как бык, только агрессивный очень. Характер скверный, вспыльчивый, амбиций много, но трусоват, посему драки с мужчинами никогда не затевает, а вот с женщинами у него проблемы. То есть не то чтобы проблемы, а просто по-разному они понимают общение. Иными словами — бил Павлик своих знакомых женщин, частенько бил. Жениться хотел на дочке чиновника средней руки — не получилось. Расстались молодые люди, причем девушка с тех пор о нем и слышать не хочет. Поговаривали, что Павлик до свадьбы недотерпел, раньше ее бить начал. Ну кто же себе враг? Папаше скандал ни к чему, но такого жениха он от своей дочери сразу отвадил. Еще была пара драк в клубе ночном, но потом поутих Павлик, посолиднел.

Надежда поймала себя на том, что вслушивается в неторопливую речь внимательно и постепенно между ней и собеседником возникает некая незримая нить. Она поняла, что Сергей Сергеевич нарочно хочет ее уболтать, чтобы она успокоилась и не задавала лишних вопросов.

— Вы… — невежливо перебила она, — вы, пожалуйста, ближе к делу, а то у меня поезд.

— Извольте, — он усмехнулся, — я тогда тоже раздумывал, что мне со всеми этими материалами делать. А потом вот что случилось. Значит, приглядывал мой паренек за Пашей — так, на всякий пожарный случай. И вот как-то отдыхал Павел в клубе, там с девушкой познакомился. Так себе, проходная девица, он с такими время и проводил. Пообщались, а наутро разошлись — и никаких обязательств. И в этот раз тоже так было. Сотрудник мой видел, как они в машину сели, как повез ее Павел на дачу. У его приятеля дачка была — так, ничего особенного, Павел ею и пользовался. Отчего не к себе домой — уж не знаю, у него тогда жилье съемное было.

В общем, проводил их мой парень, да и домой поехал. А через два дня труп девушки нашли в канаве неподалеку от того поселка дачного. Ну, дело обычное, никто шума особенного не поднимал по этому поводу, но парень мой поинтересовался — мало ли что. Оказалась — та самая, Пашина подружка. Избита до неузнаваемости кочергой каминной, он ее по одежде только и узнал.

— Кочергой? — ахнула Надежда.

— Ну да, кочергой или арматурой железной… Почерк узнаете? — скривился Сергей Сергеевич. — Не скрою, я тогда Бога возблагодарил, что он мне такой шанс посылает — не за одно, так за другое убийство мерзавца посадят. Были у меня надежды. Ну, выяснил по своим каналам, какой следователь то дело ведет, да и послал ему фотографии — как Павел с той девицей в клубе общается, да как она в его машину садится.

— И что? — вскинулась Надежда.

— И ничего! Только через некоторое время тот следователь машину поменял. Раньше на стареньком «опеле» ездил, а потом на приличный «фольксваген-пассат» пересел.

— Да уж… — пробормотала Надежда.

— Ну что тут делать? Понял я, что на Бога надеяться нечего, надо самому силы приложить. И тут случайная встреча у меня произошла.

Сергей Сергеевич нажал кнопку на письменном столе, где-то в глубине дома раздался мелодичный звонок. Через некоторое время открылась дверь, и на пороге появился высокий очень худой мужчина в серой трикотажной кофте с капюшоном.

— Леша, покажись даме! — сказал Сергей Сергеевич, и мужчина сбросил капюшон.

Надежда Николаевна прижала руки к груди и усилием воли удержала рвущийся наружу крик. Лицо у человека было все в ужасающих шрамах и струпьях. Один глаз смотрел в сторону, причем сам по себе, не слушаясь хозяина.

Вместо приветствия мужчина покашлял — кхе-кхе, как старик, и Надежда тотчас вспомнила слова Мормышкина и поняла, что перед ней — убийца Юрия Костоломова. И еще тех двоих в газетном ларьке. И гараж он же поджег.

— Разрешите представить — Алексей Долгов, тот самый, невинно оклеветанный и посаженный за убийство, которого он не совершал.

— Но он же погиб — там, на зоне… — против воли пробормотала Надежда.

— Ох, Надежда Николаевна, как много вы про это дело знаете… — вроде бы удивился Сергей Сергеевич, и Надежда решила поменьше болтать.

— Леша, видите ли, дошел уже там до ручки, — пояснил Сергей Сергеевич, — и решил бежать во что бы то ни стало. Подвернулась ему цистерна из-под соляной кислоты. Хоть и пустая, а пары-то остались. Вот, надышался, гортань обжег, лицо опять же… Но все же выжил, крепкий парень. И потом мы с ним встретились. И решили довести дело это до конца, расставить все точки, воздать каждому по делам его. Тут как раз история эта случилась, со строительством дороги. Ясное дело, мэр в стороне не останется от такого кусочка. И как видите…