Отступник-3 - Константин Георгиевич Калбанов

снарядов. Пусть тискают, вертят, стреляют и делают выводы.

— Вы не готовы отстаивать своё детище, но от лицензионных отчислений не откажетесь. Не такова ли была ваша позиция и по пулемётам?

— Именно. И она полностью себя оправдала. Как сработает и в этот раз.

— И когда вы сможете передать обещанное?

— Сегодня же отдам своему поверенному соответствующие распоряжения по получению привилегий и представлению опытного образца приёмной комиссии.

— То есть, вы не сомневались, что к вам обратятся и заранее подготовились?

— Разумеется я в этом не сомневался. Эти пушки не перевернут тактику ведения воздушного боя, но всё же внесут в неё существенные изменения. Неужели вы полагаете, что я этого не понимал? И, да, поверьте, лицензия казне обойдётся недёшево.

— Это уж как водится. Вы имеете славу человека который не упустит свою выгоду.

Покинув жандармское управление я направился прямиком в трактир, где мы договорились встретиться с Настей. Пока ожидал её, связался с Митрофановым и отдал все необходимые распоряжения. Благо нужный человек у него уже имелся, именно он представлял мой пулемёт. Не вижу проблем в том, что теперь это безоткатное орудие.

— Привет. Давно ждёшь? — спросила Настя опускаясь напротив меня.

— Не очень. Но думаю, что заказ уже готов.

Я встретился взглядом с половым и тот коротко кивнув, поспешил на кухню, а вскоре появился с разносом заставленным моим заказом.

— Как всё прошло в управе?

— За «Изворотливого» мы получим миллион триста.

— Отличная цена, — удовлетворённо кивнув и придвигая к себе тарелку с мясными щами, произнесла она.

И правда отличная. Тем более, если учесть, что парни не имели права на долю в добыче. Они состояли у меня на службе, получали жалование и полагающиеся боевые. Должен заметить, что они у меня куда выше, чем у кого-либо другого. Впрочем, премиальные экипаж конечно же получит, в зависимости от личного вклада.

— И это не всё, — так же подступаясь к первому, многозначительно хмыкнул я.

— Ого. Да у тебя прямо насыщенная первая половина дня.

— Меня вызвал к себе начальник жандармского управления… — я сделал паузу и добавил. — По поводу пушек.

— Значит всё сработало именно так, как ты и рассчитывал?

— К чему ломиться в дверь, толкаться плечами и доказывать, что ты не дурак, если это удовольствие можно предоставить другим. Опять же, я хочу получить максимум выгоды. Пока суд да дело, мы сумеем захватить ещё пару тройку корсаров, и значительно пополнить нашу мошну. Ты ведь помнишь, что нам нужно очень много денег.

— Твою мошну, Горин, и это тебе нужно очень много денег. Я заключила с тобой договор и получаю жалование, — ткнув в мою сторону ложкой, поправила меня Настя.

— Это уже не смешно. Ответь уже согласием и поставим в этом вопросе точку.

— Я всё ещё думаю, — покачала головой она, и вновь вернулась к прерванной теме. — И сколько у тебя есть времени?

— Думаю производство пушек и боеприпасов наладят уже к весне будущего года. В это же время я начну получать лицензионные отчисления.

Закончив с обедом, мы вышли из трактира и хотели было направиться к автомобилям, как я приметил Василису и Бивня. Вообще-то ничего удивительного. Они часто бывали вместе, как одни, так и в компании других пилотов. Но тут один нюанс. Они только что вышли из гостиницы.

— Ты подумал о том же, о чём и я? — дёрнув меня за рукав, спросила Настя.

— А ты думаешь они ходили туда, чтобы полюбоваться достопримечательностями, — делая знак телохранителям оставаться на месте и направляясь в их сторону, произнёс я.

— Федя не надо, — попыталась она остановить меня.

— Ага. Щаз-з-з, — возразил я. — Василиса Семёновна, Борис Степанович, какая неожиданная встреча, — окликнул я их.

Есть! Ни разу я ещё не наблюдал настолько смущённую Василису, не говоря уже о Бивне, которому подобное, казалось, вообще не свойственно.

— Не вижу ничего неожиданного, город не столь уж и велик, — нашёлся с ответом Бивень.

— Ну да. И гостиниц тут предостаточно.

— А что вас так удивляет, Фёдор Максимович? — теперь уже взяла себя в руки и Ларионова.

— Признаться от тебя, Василиса, я такого не ожидал.

— С чего бы?

— Да так, ни с чего.

— А вот недомолвок не надо, Лютый, — покачав головой, произнёс Бивень. — Я имею серьёзные намерения в отношении Василисы Семёновны, а потому хотел бы ясности.

— Кхм. Оно действительно того не стоит, — понимая, что совершил глупость, смутился я.

Ну вот какого хрена! Ну шли они и шли бы себе. Ведь Настя пыталась меня остановить. Но не-ет, захотелось поддеть. А вот теперь чувствую неловкость. Господи, и ведь не юнец какой, за плечами солидный жизненный опыт. Мда. Что ни разу не мешает порой совершать глупости.

— Лютый, сказал А говори и Б, — вновь потребовал Бивень.

— Ну… Признаться я думал, что Василису мужчины не интересуют.

— С чего такие выводы! — покраснев, возмутилась Ларионова.

— Я ни разу не видел, чтобы ты к ним проявляла интерес, а ещё Мария…

— Федя, ты дурак? — опешив, спросила она.

— Похоже ему сегодня напекло голову, — едва сдерживая смех, поддержала её Настя.

— Похоже, что не сегодня, а давно и крепко, — покачала головой Ларионова.

— Согласна, тяжёлый случай, — глубокомысленно произнесла Бирюкова.

Бивень смотрел на меня едва сдерживаясь, чтобы не расхохотаться во всё горло. И в этот момент в моей голове зазвучал голос Курасова.

— Фёдор Максимович?

— Да, — поднеся палец к горошине за ухом, поспешно ответил я.

— «Удачливый» собирается покинуть гавань. Мы его пометили, — доложил безопасник.

Курасов со своим помощником Борщёвым сейчас находился на Ямайке, где и базировались карибские пираты. Именно по этой причине они и чувствовали себя в относительной безопасности. Разгромить их базу, значит объявить войну англичанам, которые искренне никак не могли понять, что в Порт-Рояле находится самый настоящий разбойничий вертеп.

— Отличная работа, Вадим Альбертович, — и уже к своим собеседникам. — Ну что, други мои, у нас новая цель. Некий капитан Родерик Кейси.

— Это отлично, но… — начала было Василиса.

— Ой, всё. Шуток не понимаешь, что ли, — отмахнулся я, чувствуя, что уши опять начинают гореть.

Глава 19