Кольцо блаженной Августины - Марина Владимировна Болдова

красавца! – Алла усмехнулась. – Да, актером он был плохоньким, но гонору! Ты, Авгуша, окончила школу, в город приехал Томский драматический театр на гастроли, а Лиля не смогла уехать со своим – заболела. В театре они и столкнулись. Мне кажется, ты, Лиля, вышла за него по одной причине.

– Это по какой же? Я и сама не могу объяснить!

– Все просто. Ты и раньше могла бы выйти замуж, предложения были – вспомни хотя бы Надеждина… как любил тебя! Но тогда был жив Самуил, которого любила ты. А после его смерти ты добросовестно выполняла обещание присматривать за его безалаберной сестрой, которая, как он считал, была неспособна заботиться ни о ком, кроме мужа. Без обид – так и было, каюсь, я мало обращала внимания на Августину – Иосиф был для меня и мужем, и ребенком.

– Да ты даже одежду и обувь покупала ей после того, как я совала тебе под нос список того, в чем нуждалась девочка! А она росла, Алла, и быстро! Вспомни, как вымахала после восьмого класса! Список ты показывала Иосифу, тот лез в кошелек…

– Вот и я об этом…

Августина в недоумении переводила взгляд с одной на другую. О чем они? О каких списках? Она помнила, что любую просьбу Алла выполняла сразу. Все книги, что она, Августина, просила… «Вот именно, книги! А что мне еще нужно было? Я никогда не замечала, что вещи и обувь меняются. А в чем я ходила? Джинсы, кроссовки, куртки. Первое платье, которое помню, было куплено к выпускному балу!»

– Если бы не твой контроль! О, мой мудрый брат все предусмотрел! Когда Августине исполнилось восемнадцать, ты решила, что пришло время заняться своей личной жизнью. Все правильно?

– И я фатально ошиблась! Девочка тут же связалась с Дашевским, и о том, чем все закончилось, лучше не вспоминать!

– Так, дорогие мои, стоп! – Августина решила вмешаться, чувствуя, что продолжением диалога станут либо взаимные обвинения, либо массовое покаяние. – Тот, кем все закончилось, сейчас с удовольствием лопает пирожки, испеченные тобой, Аллочка! А потом будет собирать конструктор, подаренный вами, Лилия Модестовна! Мишка имеет двух бабушек, маму и… У него будет отец! Да, вы правильно подумали, это – Игорь. И давайте-ка вернемся к тому, о чем он вас просил – воспоминаниям о давно минувших днях.

* * *

Анжелика после звонка Августине расплакалась. Облегчение, что испытала, словно сбросило ее же собственный запрет на память о подруге – оказалось, отрезать кусок жизни, где та была чуть не главным для нее человеком, невозможно. К тому же так сложилось, что больше никому Лика не доверяла. Ни в студенчестве, ни сейчас. Она даже маме не могла пожаловаться, в каком напряжении находится постоянно. И как тяжело ей оставаться внешне спокойной.

А сейчас еще эти регулярные приступы мигрени! Боль в затылке буквально валит с ног, стоит понервничать, и она едва успевает проглотить болеутоляющую капсулу. А началось это с того падения на мраморный пол веранды ресторана…

…Тогда ей казалось, что годовщину их свадьбы отмечать по меньшей мере нелепо – отношения с мужем становились все хуже, и Лика искала пути отступления. Она готова была убежать в неизвестность, будь у нее хотя бы сколько-то денег. Но у нее их не было ни цента.

Лика очень удивилась подарку – колье было явно дорогим, улыбка на лице мужа казалась искренней. И согласилась на ужин в ресторане. Начало было вполне мирным, но, перехватив брошенный на нее взгляд мужчины, сидящего за соседним столиком, муж буквально взбесился. Он вывел ее на веранду якобы подышать воздухом. После допроса, кто это такой наглый не сводит с нее глаз и ее недоуменного молчания в ответ муж ее ударил.

Очнулась она в машине уже возле их дома. Заботливо поддерживая, муж отвел ее в спальню и уложил в кровать.

После этого происшествия он больше месяца вел себя с ней безупречно. Но Лика каждый день ждала очередного его срыва…

Анжелика надеялась, что и сегодня муж вернется, когда она уже ляжет спать. Иногда ей казалось, что природа наградила его звериным чутьем – тот, не глядя на нее, понимал, какое у Лики настроение. Поэтому она и старалась при нем сдерживать любые эмоции.

Подумав о том, что все чаще проявляющаяся у него агрессия связана с неудачами в поисках кольца, о котором муж рассказал перед отъездом, Лика попыталась понять, что могло пойти не так. По его словам, тот, кто подменил ему кольцо, давно умер. Но осталась наследница, у которой хранилось настоящее. Рассказывая всю историю, никаких имен муж не называл. «То, что к этому каким-то боком причастен Лев Дашевский, несомненно. И никакой он не друг его сына. Он какое-то отношение имеет к кольцу. Или… к наследнице? Я что-то запуталась! Муж надеялся, что няня Мария устроит ему встречу с сыном, которому он все расскажет, а тот в свою очередь поможет ему. Мария умерла, муж растерялся. С другой стороны, он еще дома убеждал меня, что в городе есть человек, через которого он подберется к наследнице кольца, – Лев Дашевский. Хорошо, что я не сказала, что знаю его! Льва тоже нет в живых. Наследница кольца… Дашевский… сын… вероятно, все они связаны. Муж как-то упомянул, что его отец был ювелиром. Так и орден этот создан ювелирами! Самуил Моисеевич, отец Августины… Боже мой, наследница – она! Дашевский – близкий ей человек, конечно же, муж рассчитывал через него подобраться к ней! Прийти самому и потребовать отдать кольцо – большой риск! Кто он ей? Совершенно чужой человек! Августина может просто позвонить в полицию. Муж, вне сомнений, надеялся, что Лев, возможно за долю от продажи, обманным путем достанет у Августины кольцо. Но Лев мертв. А кредиторы мужа, как я поняла, ждать больше не хотят. И в таком случае остается один выход…» – Она похолодела, поняв, какая опасность угрожает Августине.

Глава 42

Ольга косилась на мобильный – Игорь обещал позвонить сам, а по возможности и приехать. Давно наученная опытом не дергать брата первой, она пыталась взять себя в руки, отвлечься от мыслей о Юрии, точнее, о его трупе в ее, Ольгиной кухне. Дикость происходящего с ней так и не укладывалась в голове, бессмысленный вопрос «за что?» оставался без ответа. Несколько раз она принималась плакать от жалости к себе, но тут же приходила головная боль – напоминание, что вслед придет стойкая мигрень. Ольга не знала, можно ли выпить