Кольцо блаженной Августины - Марина Владимировна Болдова

по промыслу Создателя?) тот увлеченно изучал звезды. После его трагической гибели «Трактат о звездах и числах» оказался в районной библиотеке, где и обнаружил его Иосиф. Он сам разработал методику расчета дат рождения и смерти. На это ушли годы. Нет, о себе получить сведения он не торопился. Первым, кому он определил дату ухода из земной жизни, был Самуил Бенц.

Он хорошо помнит тот день, когда рискнул узнать судьбу любимой Таси. Ошеломленный, долго приходил в себя, мысли о предстоящей скоро потере не давали сосредоточиться на работе, и он решил уехать. Самолетов боялся, хотя знал, что погибнуть в авиакатастрофе не суждено. Просто при взлете начиналась паническая атака, он плохо себя контролировал, после становилось неловко за свое поведение. Поэтому купил им с Аллой билеты на круизный лайнер. Вернулись они домой незадолго до рождения Августины и похорон Таси…

Звонок мобильного отвлек от воспоминаний, быстро ответить он не смог, в трубке звучали короткие сигналы. Иосиф посмотрел на экран – номер был ему незнаком. Часы показывали половину четвертого, пора было на встречу с клиентом. Он не спеша двинулся обратно к офису.

Он точно помнил, что запирал входную дверь на два замка. Да, сигнализацию включать не стал – долго отсутствовать не собирался.

Первое чувство, которое испытал, зайдя в холл, была паника – он наступил на багет, раздался громкий треск хорошо высушенного дерева. Само картинное полотно лежало на столике, на него кто-то высыпал содержимое всех трех ящиков комода.

Иосиф приоткрыл дверь своего кабинета, заглянул в щель, вскрикнул. Оставив одну створку открытой, торопливо двинулся по коридору в сторону кабинета Даны. Бумажная полоса с печатями была сорвана. В помещении царил разгром…

* * *

– Что-то пропало? Вы храните что-либо ценное в офисе? – Калашин видел, что толку от Биргера сейчас мало, тот в полной прострации, внятных ответов от него не дождаться. Но не спросить не мог.

– А? Нет, не храню. Не знаю, ничего не знаю…

– У кого, кроме вас, были ключи от входной двери?

– Ни у кого…

– За свои услуги вы брали наличными? Деньги в сейфе?

– Да… сейф… наличные… ну, конечно!

Калашин бросил взгляд на трясущиеся пальцы Биргера, набирающие код на панели сейфа, и вспомнил вдруг Аллу. Невольно покачав головой – как могла такая шикарная женщина влюбиться в Биргера, он едва сдерживался, чтобы не предложить тому помощь – он уже трижды неправильно набрал цифры. Наконец, сейф открылся.

– Все на месте. – Биргер вынул небольшой ящик, показал Калашину. В нем лежало несколько тысячных купюр.

– Это все?

– Деньги я сдаю каждый день в банк! – с вызовом произнес Биргер. – И плачу налоги!

– Хорошо, я понял. В кабинете Дарьи Городец сейф имеется?

– Нет, зачем же? – искренне удивился Биргер.

Да, грабители не взяли ничего – ни денег, ни дорогую оргтехнику. Испортив картины, учинили разгром и ушли. Вопрос – нашли, что искали?

Калашин был почти уверен, что искали кольцо Августины. Но кто? Кто еще в курсе, для чего оно нужно? Ключ, который действительно открывает доступ к ценностям, или кольцо ценно само по себе?

– Мы закончили, Игорь Сергеевич, уезжаем. – Эксперт щелкнул замком чемоданчика.

– Да, хорошо. – Калашин вновь повернулся к Биргеру. – Иосиф Ильич, насколько близки вы были с братом вашей жены? Что вы знаете о кольце Самуила Бенца? Когда вы узнали, что Августина – ваша дочь?

Игорь с удивлением наблюдал, как медленно меняется цвет лица Биргера – от песочного до багрово-красного. Как тот суетливо начинает искать что-то на столе, перебирая по одной разбросанные вещи – на краю стола выросла стопка из нескольких папок, двух журналов, толстой книги и блокнота. Все было уложено по размерам пирамидой. Ручки и цветные фломастеры Биргер выстроил в ряд, опять же от самого короткого маркера до остро отточенного карандаша. Наконец, постучав по крышке ноутбука согнутыми пальцами и любовно погладив его, хозяин кабинета сел в кресло. Калашин терпеливо ждал, когда тот успокоится.

– Да, Самуила я знал уж точно лучше, чем все его родственники вместе взятые! – с пафосом произнес он. – И ненавидел его всей душой!

– Были на то причины?

– Мы любили одну женщину. Но он был на ней женат, а мне оставалось лишь изредка любоваться ею, вдыхать ее запах, ловить взгляд, мечтать о близости… Вы не поймете! Когда есть только мгновение, чтобы понять, что вот оно, настоящее, а вслед за этим испытать такое отчаяние, что тебя опередили, увели из-под носа. Конечно, Самуила я возненавидел! Он мне мешал, я был готов на подлость. Нет, я ничего не предпринимал, ругаю себя до сих пор! Я ждал, сам не зная чего. Это было помешательство, да-да, и не смотрите на меня с таким… презрением! Я сам себя презираю! Семь лет! Семь лет лихорадки, боли и страха. Самуил догадался обо всем сразу, еще в тот день, когда я пришел к нему домой, чтобы выбрать подарок маме. С этого дня двери его дома для меня были практически закрыты.

– Что произошло через семь лет? Разлюбили? – Калашин посмотрел на него с сомнением.

– Встретил Аллу. Она пришла подавать документы в университет, где я читал курс лекций по математике. Самуил был с ней, ему ничего не оставалось, как нас познакомить. Боже, какое у него было лицо! Его буквально перекосило! А Аллочка… Девочка влюбилась сразу, слушая меня с открытым ртом. А я заливался соловьем – мысль, что через нее я смогу попасть в семью, легально встречаться с Тасей, пришла мне в голову тотчас. Конечно, жениться на Аллочке я не собирался!

– Но все же ваш брак зарегистрирован.

– Мы жили вместе три года в моей квартире. Но поскольку Алла тогда не умела готовить, вести хозяйство, мы часто обедали и ужинали у Самуила. Однажды мне удалось остаться с Тасей наедине, я не выдержал, признался в любви к ней, стал умолять уйти от мужа. У них были странные отношения – со стороны их брак казался фиктивным: никакой нежности, прикосновений друг к другу, взглядов. Два совершенно чужих человека…

– Вы знали, что Бенц был членом какого-то тайного сообщества? – Калашину надоело слушать любовные откровения Биргера.

– Тайного? Ничего загадочного в их сообществе не было – сборище местных ювелиров, где, вероятно, они обменивались опытом. Самуил никогда не скрывал, что посещает этот клуб по интересам, – насмешливо скривился Биргер.

– Значит, о кольце Самуила вы ничего не слышали?

– Что вы все время спрашиваете о каком-то кольце?! Их у него было множество! Алла периодически брала из сейфа в его доме какие-то украшения, хотя