Ублюдок - Павел Барчук

Снова разбежался и влетел в дерево. Потом ещё раз. Если эта стерва не отзовётся, убьюсь к чертовой матери. Глупая, конечно, смерть. Но мне надо поговорить с этой стервой по-любому.

– Хватит! Устроил цирк..

Я сполз на землю, и потряс головой, фокусируя взгляд. Богиня сидела на ближайшем пеньке. Как всегда, красивая, высокомерная, в своем эротично-привлекательном образе. Всем своим видом она демонстрировала остатки прошлой обиды. Мол, уже не так сильно злиться, но до конца не простила.

– О-о-о-о-о… дорогая, наконец-то. Лилит? Так тебя называть.

– Можешь и так. – Богиня усмехнулась, бросив на меня цепкий взгляд. – Смотрю, ты тут неплохо развлекаешься. Родича чуть не убил, Воронцову его раздутое эго немного опустил, с Юсуповой познакомился ближе, с личной псиной Владыки, Аракчеевой, вообще на короткой ноге.

– Ну, так. Умеем. Почему сразу не сказала, что Люцифер твой законный супруг? Ты извини, но прямо к делу. Нет желания разводить политесы и соблюдать правила приличия. Я тут губы раскатал. Думал, у нас большая и чистая любовь, а ты замужем. Нехорошо вышло как-то. Мое разбитое сердце плачет от боли.

– Ой, не плети. Почему не сказала? Ты особо не спрашивал. Да и не имеет это никакого значения. – Богиня поднесла свою аккуратную ручку к глазам, изучая маникюр. Типа, вообще нет причины для переживаний. А вот я переживал. Очень даже.

– Как не имеет? Я как раз думаю совсем иначе. Более того, есть подозрение, ты супругу о своих планах особо не рассказала. Что задумала, милая? Подложить свинью муженьку? А пела мне в уши про спасение мира. Нехорошо врать взрослому дяде. Тем более, когда дядя умер. У него итак стресс, а тут ты ещё.

– Ох, какой ты смелый, Егор… – Богиня соскользнула с пенька, подошла ко мне.

Я сидел на земле, прислонившись спиной к дереву. Она опустилась на колени, рядом. Провела пальцами по моему лицу. Есть ощущение, я ухитрился пораниться. Саднит щёку. Скорее всего, во время очередного столкновения с деревом.

– Ты ведь тоже был нечестен. Я искала хакера. Человека, который хорошо разбирается в определенных вещах. А в итоге получила тебя, дурака и хама. Что с тобой делать? А?

Богиня оставила мое лицо в покое. Она повернула руку ладонью вверх и щёлкнула пальцами. В ту же секунду взметнулось пламя. Мы сидели теперь в середине огненного круга и огонь этот был хреновый. Для меня, по крайней мере. Богине-то все равно. Она даже бровью не повела. А вот я видел, как в языках пламени мечутся черные, ломаные тени. Было четкое ощущение, им сильно хочется добраться до меня.

– Что за фокусы, милая? – Я вопросительно посмотрел на Лилит.

Внешне оставался спокойным и даже намекал своим поведением на сарказм. Хотя, в реальности… Твою мать! Что за хреновина скачет в огне?! Я прямо ощущал каждой частицей тела, эти долбаные тени голодны. И сожрать они хотят конкретно меня. Что за гадская жизнь? Так и норовят все подряд сделать плохо. Причем, если Богиня спустит с поводка своих потусторонних слуг, мне – мандец.

– Хорошая мина при плохой игре… Так вы, кажется, люди, говорите… Хочешь показать, будто не боишься. Зря. Их надо бояться.

Лилит встала на ноги, но не отошла. Замерла рядом, изучая меня черными глазищами. Только сейчас я понял, там, внутри, в ее взгляде что-то есть. Реально. Лениво, без суеты, за маской красивой молодой женщины, хоть и с рогами, ворочалось нечто опасное, злое, древнее, как… блин, ну, сравнивать это с отходами мамонта как-то, наверное, будет лишним. Тем не менее, оно было очень старым.

– Послушай… Давай придем к какому-то взаимопониманию. Это в наших общих интересах, в конце концов. Мы нужны друг другу. Заметь, как романтично это звучит. Да, я согласен, некрасиво вышло. Ты хотела себе компьютерного гения. Ок. Но его нет. Все. Выбор у тебя невелик. Ты можешь убить меня и попробовать заново выдернуть из моего мира себе помощника. Но ведь один раз осечка уже случилась. Где гарантия, что то же самое не произойдет снова? А я уже здесь. Я в теле Княжича. Может, компьютерная тема не мой конек. Но это вовсе не говорит о том, что от меня вообще нет никакой пользы… Посмотрел я на ваших Высших. Да любого ботаника они сожрали бы в одну секунду, глазом не моргнув. Тут за каждым углом опасность, за каждым поворотом – засада.

– Да… Интересный ты тип, Егор…– По лицу Богини не было понятно, какие мысли бродят в ее красивой головке.

И это нервировало. Я помню нашу предыдущую встречу. Сейчас метнется опять, выпустит снова свои клыки и отхерачит мне голову к чертям собачьим. Главное, даже не успеешь понять, что произошло.

– Хорошо…– Лилит сжала руку в кулак. Пламя моментально погасло. Просто исчезло, будто его выключили рубильником. – Давай попробуем прийти к сотрудничеству. Все именно так, как я сказала. Что-то убивает Силу в этом мире. Она сочится, как вода сквозь пальцы. Все бы ничего, но…Мой не очень сообразительный муж, позволил своим Герцогам и остальным нашим детям, оставить потомство. Наследников, которые стали Патриархами или просто основали новые семьи. А наследники– это связь. Крепкая связь. Прежде такого не бывало. Мы как-то не особо склонны разбрасывать свою кровь, где попало. Но не суть…В общем, Сила утекает в этом мире, но в наш она не возвращается. Понимаешь? Это – закон бытия. Убывает в одном месте, прибывает в другом. Все, что пропало здесь, должно вернуться к своим истокам. А этого не происходит. Наоборот. Наши дети слабеют. Поэтому они тянут Силу из нас… Понимаешь? – Богиня больше не выглядела равнодушной. Наоборот. Ее глаза горели, а грудь весьма активно вздымалась. Учитывая, что эта самая грудь почти вся была на виду, ее соблазнительные очертания сильно, между прочим, отвлекали.

– Так. Стоп. Давай сразу про миры. Меня тут посетила одна забавная мысль. Не поверишь, во время лекции. Внезапно поумнел. Ад… Что такое Ад? Это ведь не просто какое-то место, куда приходят грешники. Ну, вот та история про кипящую лаву, котлы со злыми дядьками и так далее. Это другой мир. Такой же, как этот, только другой. Такой же, как моя родная земля. Верно?

Богиня отвернулась, несколько секунд пялилась куда-то в сторону, а потом снова посмотрела на меня. Похоже, взвешивал все "за" и "против". Соображала, насколько