Ублюдок - Павел Барчук

тела с моего плеча. Тащить родича было вообще не просто. Мол, не поняли меня эти дамочки. Слишком буквально приняли слова. Да, говорил. Но смысл вкладывал вообще не тот. Между прочим, Николай мне не посторонний тип. Волновался сильно. Отсюда возникло недопонимание.

Услышав в пятый раз ту версию произошедшего, которую я теперь упорно продвигал, Аракчеева плюнула. Она с первой минуты своего появления без конца задавала одни и те же вопросы, но, наконец, сдалась. Поняла, брать на себя вину не собираюсь.

К Николаю меня не пускали, хотя он пришел в себя. Так сказала одна из девушек в белой одежде. Мол, жив, почти здоров. Я попытался сразу попасть к Кольке, но ответили, ещё слаб. Надо подождать.

А вот Аракчееву пустили без вопросов. Сволочи... После того, как Наталья Алексеевна посетила его в палате, она стала еще более озадаченной. Колька, это было неожиданно, сказал то же самое, что и я. Без предварительной договоренности. Мыслили мы, наверное, в одном и том же направлении.

Шел, стало плохо, упал. Так понимаю, мой секретарь сообразил, придерживаться надо именно этой версии, ибо внезапный всплеск ментальной Силы – дело опасное, но для рода Морозовых очень полезное. Еще полезнее оно будет, если об этом никто не узнает. Скорее всего, Николай ждал возможности обсудить случившееся со мной.

– Очень странная история… – Аракчеева подошла к окну и, заложив руки за спину, уставилась через стекло на улицу.

Мы находились в отдельном кабинете, который, так понимаю, принадлежал кому-то из руководства медиков. Я сидел, графиня кружила по комнате. Ее что-то сильно беспокоило. Нет, понятное дело, сама ситуация мало радует. На территории Академии кто-то очень наглый поджарил башку члену правящего рода. Ясен хрен, заволнуешься. И все же, была у Натальи Алексеевны ещё причина для беспокойства.

– Я чувствую след Силы Морозовых. Вашей Силы. Это несомненно. Однако, ментальность – прерогатива Воронцовых. Нанести удар такой мощи мог только кто-то из их рода. И все-таки, это точно не они сделали. В то же время, след на Николае может быть обусловлен лишь родством с Вами, Княжич. Тем более, Николай находится рядом много лет. Загадка, однако…

Вот тут я полностью был с графиней согласен. Загадка, не то слово. Сам бы очень хотел знать, как оно работает. Где эта кнопка, включающая и выключающая мои фокусы. А главное, почему я ни черта не ощущаю. Кроме мурашек, как было с Николаем. По мне, Сила должна приходить с какими-то яркими эмоциями. Магия, между прочим. Не знаю... Ощущение могущества, волна, накрывающая с ног до головы. Ну, хоть какая-то приколюха.

Однако, важнее другое. Да, на мне образ Княжича. Но только образ. Когда меня проверяют, как Аракчеева, например, то присутствие Силы подтверждается. Ладно. Это мог и Седой намутить в своей лаборатории. Но в реальности ее, Силы, нет. Неоткуда взяться. Потому что идиот, в которого меня закинула богиня, был человеком. Иллюзия, как объяснял Николай, создаёт обманчивое впечатление, но сути не меняет.

И при этом, снова внезапный всплеск Силы. Очень даже реальный. Николаю явно происходящее не показалось обманом. Колбасило его прилично. Пока нес к медикам, думал, все, сдох Колька. Висел, как мешок. Значит, не имея Силы, я реально долбанул его Силой. Да ещё и ментальной. Замкнутый круг какой-то.

– Знаете, что я подумала, курсант Морозов… Совершенно неожиданно пришло в голову...

– Даже не представляю…– Ответил, между прочим, искренне. Мысли Натальи Алексеевны – тайна за семью печатями.

– Верно. – Графиня стояла ко мне спиной, таращась в окно, но по интонации ее голоса я понял, она улыбается.

Чему радуется, не понятно. Я вот, например, не вижу повода веселиться. Неконтролируемое оружие, которое может выстрелить в любой момент, без моего на то желания, опасная штука. Особенно, если учесть, что я вообще об этом ни черта не знаю.

– Не представляете, да... Просто не знаете, Морозов. В этом причина. Да и вообще мало, кто знает. Сейчас я расскажу Вам одну интересную легенду. Миф. Правда, она, эта легенда, является крамолой. Ересью. Никогда не вздумайте кому-то об этом говорить. Особенно в приличном обществе. Вас сочтут еретиком. Сообщат мне. А я, само собой, не признаюсь, что услышали Вы ее от меня. Но тем не менее… Позволим такую вольность себе. Рискну своей репутацией. Когда-то очень давно мы все верили в иную силу. Был некий…м-м-м-м-м… как бы назвать… были другие идеалы у наших очень далеких предков. До пришествия Люцифера, естественно. Так вот…Первый человек. Адам. Его создали по образу и подобию… Сами догадываетесь, кто создал и чье подобие имелось в виду. Сколь сильно мы бы не закрывали эту информацию, она все равно есть. Никуда ее не денешь. Так вот. Нас с Вами интересует первая жена Адама. Знаете о ней?

– Вы про Еву? – Ну, теоретически за обычное имя мне голову не отрубят.

Или как тут у них происходят смертные казни. Если происходят. Не удивлюсь ничему. Но сейчас Аракчеева сама спросила. Я лишь отвечаю на ее вопрос. Тем более, как ни крути, но то, что было до Люцифера, они не могут не знать. До хрена, конечно, изменили, переписали в этой информации, однако, факт наличия противоположной аду стороны, не вычеркнешь полностью. Люди ведь жили до пришествия демонов. Цивилизации так-то выстроили. И боги, естественно, или бог, был у каждого.

– Нет. Я про Лилит. Ева –вторая. Так вот. Вздорная баба, хочу вам сказать, эта самая Лилит. Серьезно. Имела возможность убедиться лично. Характер отвратительный. Ее сильно не устраивало… Да все не устраивало. И скучный Адам, и райские кущи, и то, что обещанное “по образу и подобию” сильно отличалось от ожидаемого. Лилит верила, их сделают равными создателю. Понимаете, да? Внешне похожи на него, однако, ни Силы, ни могущества, ничего этого не было. А хотелось. Знаете, что сделала Лилит?

– Эм… Это риторический вопрос? Понимаете же, что не знаю.

– Ну, да… – Наталья Алексеевна оторвалась от окна и повернулась ко мне лицом. – Лилит добралась до Древа Познания. Того самого, откуда потом Змий принес яблоко Адаму. А смысл был в следующем. В прежней идеологии сказано, будто яблоко, врученное Змием открыло Еве и Адаму глаза. Они поняли, что есть добро и зло. На самом деле, все проще. И сложнее одновременно. Плоды Древа учат. Причем, учат ровно тому, что применяется извне к объекту. То есть, вкусив плод, вы, например, как зеркало, будете запоминать и отражать любую информацию направленную