Корни зла - Галина Гончарова

Я улыбнулся.

Теперь у меня есть Ёлка. Которой в голову не приходит лгать мне. Которая ничего не скрывает. Которая нахально пользуется моими способностями в своих интересах и даже иногда пытается за это извиняться. Которая вымогает у меня вишню в коньяке. Которая тоже любит меня. Хотя и не может пока признаться. Но ее страх сказал мне больше любых слов.

Любит.

Боится за меня. Безумно боится потерять меня. И я для нее не урод. И мои способности не встанут между нами. И даже то, что я — элвар, а она — человек. Она — ведьма. И будет жить очень долго. Мы проживем вместе многие годы. Родим детей. Воспитаем их. Я передам одному из них этот дурацкий трон. И обязательно удеру путешествовать вместе с женой. Мне понравится, уже понравилось…

— Эст! Вы куда пропали?!

Аманда… мама стояла в дверях зала, такая невероятно красивая. Взволнованная, живая, веселая…

И я не удержался. Подскочил к ней, схватил на руки, закружил…

— Майя, поздравь меня! Мы с Ёлкой заключили алоэ тайа!

— Как?! — возмутилась мама. — Да как вы посмели, паршивцы!

Я внутренне сжался. Жаль, что моя мама не может меня понять. Но Ёлка — это мое будущее. И я от нее не откажусь. Желание прочитать мысли матери вообще пропало. Хотя я и так старался этого не делать.

— Вот так, — огрызнулся я. — И разводиться я с ней не буду. В ближайшую тысячу лет — точно. Тебя что-то не устраивает?

— Конечно! Вы что — нормально пожениться не могли, поросята?!

Я выдохнул.

— Майя… ты…

— Да — я! И я вас спрашиваю, почему вы не поженились полным браком?! Если это из-за гражданства, я дам Ёлке гражданство Элвариона! Сегодня же! Сейчас!

Я резко выдохнул.

Хвала небесам. Моя мать меня полностью одобряет. Я бы и без ее одобрения не отыграл назад. Но все равно… так приятно…

— Майя, не надо. Всему свое время.

Мама чуть погрустнела.

— Жаль.

— Жаль?

— Конечно. Ёлка просто замечательная. Я к вам обоим очень привязалась. Мне будет вас не хватать. И вы любите друг друга, сразу видно. Почему она не хочет полного брака?

Я оглянулся вокруг. Разумеется, мы уже не были одни.

— Это долгая история. Она просто боится потерять меня.

— Это же невозможно!

— Она тоже это поймет. И я надеюсь, что наш полубрак перерастет в полноценный.

— Я тоже.

Меня одарили нежной улыбкой.

— Знаешь, Эст… вы замечательная пара!

— Знаю.

— Но твоей подруге я сейчас вправлю мозги на место.

Я едва перехватил разогнавшуюся мать.

— Майя, не надо. Поверь, у Ёлки есть свои причины бояться.

Майя таки вырвалась из моих рук и теперь внимательно смотрела на меня.

— Уверен?

— Знаю.

Несколько минут мама сосредоточенно размышляла. А я ловил отзвуки ее мыслей и эмоций и тихо радовался. Там присутствовало только одобрение в наш адрес. И возмущенное расстройство — эх, не удастся их поженить окончательно, а пара была бы удачная…

Потом она улыбнулась.

— Ладно. Я не буду лезть в ваши отношения. Но учти — лучшей пары тебе не найти. И плевать, что она — человек.

Я кивнул. Знаю.

Майя развернулась и направилась обратно в зал. Я улыбался.

Разве это не лучший подарок на свадьбу? Услышать от матери, что она просто обожает и меня, и мою будущую невесту — и что мы идеальная пара. Разве этого мало?

Это невероятно много. Ёлка, как же я тебе благодарен, моя ведьмочка. Я знаю, ты не планировала заносить нас в это время. Но когда все случилось, ты встала рядом со мной. И я могу помочь своим родным, не натворить глупостей, не сдвинуть круговорот миров…

Спасибо тебе, родная…

Я тебя так люблю…

Компас я доделала через три дня. И стрелка упорно указывала на север к морю. А может — и ближе. Где найдем.

И надо было трогаться в дорогу.

Аманда щедро снабдила нас деньгами и всем необходимым. Выделила лучших лошадей из конюшен. Скупила для меня чуть ли не половину всех магических снадобий в столице.

А утром пятого дня мы распрощались с элварессой. Уже зная, что никогда ее больше не увидим. Тёрн долго держал Аманду за руку. Смотрел, не отрываясь, словно пытался запомнить мать такой, какая она сейчас. Веселой, счастливой, смеющейся. А не изуродованным трупом.

Мы с Элей молчали. Я — потому что так правильно. Эля — из-за заклинания немоты, которое я же и наложила. А что? Целее будет! И сама элваресса, и прошлое, и будущее! Потому что пока — я считала — расхождения находятся в пределах допустимой погрешности. И мы своими действиями не создаем новую ветку мира. Оно и к лучшему.

Тёрн все никак не мог выпустить руку Аманды. А потом вдруг решился.

Крепко притянул к себе удивленно пискнувшую элварессу, обнял, уткнулся в волосы…

Бедный мой…

Я знала, он бы жизнь отдал, лишь бы не было этого кошмара с войной. И еще я знала — он безумно тосковал по родным. Он бы умер шесть раз, чтобы они остались живы, сделал бы все возможное и невозможное… не дано. Это просто чудо — что ему выпал шанс еще раз увидеть и мать и отца. Прикоснуться. Помочь, сказать о своей любви…

— Ёлка, можно? — возник у меня в сознании голос Тёрна.

И я плюнула. Да пропадом оно все пропади!

— Можно.

И элвар тоже не выдержал.

— Майя, помни, я очень тебя люблю. Я все сделаю и для тебя, и для Лео. И вы будете очень счастливы.

Майя удивленно кивнула. И бросила быстрый взгляд на меня. Я покачала головой, предупреждая расспросы. Не надо. И так реветь хотелось. И я знала, что под черной маской, надежно скрывающей лицо Тёрна, он плакал. Это счастье. Горькое счастье. И боль. Тем более страшная, что изменить ничего уже нельзя. Все случится, как было предопределено. Я знала это. Но только когда Эля протянула мне платок, поняла, что по моему лицу тоже катятся слезы.

Тёрн последний раз крепко обнял Аманду и почти взлетел в седло. Я помахала подруге (когда мы только успели подружиться?) рукой.

— Счастливо оставаться! Жди своего ненаглядного!

— Счастливо, Ёлка! Эст! Я к вам так привязалась! Жаль, что вы не можете остаться!