Корни зла - Галина Гончарова

— Не надо?! Надо! Я не стану тебя держать! Мы и так сделали все возможное! И я вовсе не уверена, что мы останемся живы — все мы! И ты, и я! Но ты хочешь еще больше! Забыв о том, что твоя мать тоже имеет право выбора! Что бы выбрала для тебя она?! Что бы она тебе сказала?! Ответь мне!

Тёрн на миг опустил глаза. Но меня уже было не остановить.

— Я теперь тоже ее узнала! И знаю, что бы сказала тебе мать! Она проживет долгую и счастливую жизнь с твоим отцом. Она вырастит замечательных детей…

— Моего брата убили.

— Но ты — жив! И она бы сказала тебе жить своей жизнью, а не воспоминаниями! А что вместо этого делаешь ты?! Тебе дали уникальный, единственный шанс, о котором мечтают миллионы! Хотя бы еще раз увидеть родных! Сказать о своей любви! Помочь в трудную минуту! И что?! Вместо благодарности небесам ты собираешься благородно свести себя в могилу без надежды на положительный результат!

— Ёлка!

— Десять лет как Ёлка! И что?! Я не стану тебя останавливать! Делай что пожелаешь! И можешь больше на меня не рассчитывать! Дурак!

Я хотела вскочить и выбежать куда-нибудь на воздух. Голова кружилась, я задыхалась…

На запястье сомкнулись стальным капканом его пальцы.

— Пусти немедленно! Ты выбрал! Живи, как захочешь! Гробь себя, убивай других, делай все, что тебе понравится!! Я ничего не сделаю, чтобы помешать тебе!! Клянусь!!!

Я вырывалась, напрочь забыв о магии. Да и не было сейчас ни ведьмы, ни короля. Глаза в глаза друг другу глядели глубоко раненный когда-то мужчина, потерявший всех своих близких, — и обманутая женщина.

Воистину — стоило только раз поверить, что тебя любят и не предадут…

— Ёлочка…

Я рванулась еще сильнее. Видеть тебя не могу! Пусти! Давай, уничтожай себя! Чтобы даже памяти о тебе не осталось! Вперед, на баррикады! Я тебя за плащ ловить не стану! И рыдать тоже! И сто лет ты мне не сдался! Жила одна — и проживу!!!

— Пусти! — выкрикнула я, понимая, что через пару минут ярость прорвется неудержимым потоком слез, а плакать на глазах у этого идиота я просто не могла. — Слышишь, пусти!!! Ненавижу!!!

Вторая рука элвара каким-то образом скользнула у меня по спине. Я что было сил размахнулась — и ударила. Я первый раз в жизни дала человеку пощечину. И получилось от души. Звонко и хлестко. В лиловых глазах засверкала ярость.

— Ах ты… кошка бешеная!

Рука на моем запястье сжалась еще сильнее, так, что едва не хрустнули кости. Вторая ладонь властно легла мне на затылок, притягивая еще ближе. Я попыталась вырваться, крикнуть, вздохнуть…

Все было поздно. Его губы накрыли мой рот то ли в приливе страсти, то ли в приступе ярости.

Я не могла сопротивляться. Да и не получилось бы.

Голова внезапно стала тяжелой, волосы тянули к земле, перед глазами замелькали золотые мушки… я задыхалась… темно… почему так темно?!

Когда я открыла глаза, все изменилось. Я лежала на кровати в спальне. А рядом со мной сидел Тёрн.

Ужасно красивый. И такой же жутко несчастный.

Я отвернулась.

— Я упала в обморок?

— Да. Ёлочка…

— Сколько времени прошло?

— Минут двадцать.

— Тогда не страшно. Что ты здесь делаешь?! Иди! Я тебя не держу!

— Ёлочка, посмотри на меня. Пожалуйста.

И столько тоски прозвучало в тихом голосе, что я нехотя повернула голову.

— Что? Ждешь благословения на самоубийство? Перебьешься! Хватит и того, что я мешать не буду.

— Прости меня. Пожалуйста.

Я резко выдохнула воздух.

— Что?

— Я был не прав. Я не должен был так поступать. И так говорить. Я… Я просто потерял голову.

— Ты ее мог потерять в буквальном смысле! — взвилась я. — Это ты понимаешь?! Мы и так безумно рискуем жизнью. Но если вместе — пусть так и будет. А ты… ты решил, что ты здесь — один и самый умный?! Ну и пожалуйста! Иди! Геройствуй!

Слезы таки брызнули из глаз, и я сердито отвернулась к стене.

— Я ведь уже извинился. Разве этого мало?

— Нет. Просто…

— Я знаю. Ты обиделась. Я не должен был так говорить. Так поступать… и за поцелуй…

— Если ты и за это попросишь прощения — я тебя стукну! Клянусь!

— Верю. Один раз ты меня уже ударила. За что?

— Если ты хочешь уйти — уходи, — я сердито хлюпнула носом. — Только не надо мне говорить о великой любви, ладно? Не хочу, не хочу этого больше слышать…

Я почувствовала, как сильные руки обхватывают меня за плечи, приподнимают — и разворачивают так, чтобы я уткнулась лицом в плечо элвара. Что ж… Отбиваться было глупо, а слезы все текли и текли. И спрятать их… а что можно спрятать от телепата?! Вот промочу ему сейчас всю рубашку — будет знать!

Рядом раздался тихий смешок.

— Ёлка, ты просто невозможна. Воистину — Ёлочка. Колючая, пушистая… моя родная…

— Нет, — хлюпнула я носом. Вот у кого-то получается плакать красиво, а у меня сейчас нос наверняка похож на грушу дюшес. И лицо пошло пятнами. И сопли никуда не денутся еще пару часов. — Не надо! Что вы за народ такой, мужчины?! Сначала клянетесь в вечной любви и обещаете, что всегда будете рядом. А потом — потом умудряетесь сложить голову в очередной заварушке и надеетесь, что о вас будут плакать! И мы плачем, черт бы вас всех побрал! Герои!

— Родная моя. — Сильные руки обняли меня еще крепче. — Намного проще умереть самим, чем терять любимых. И потом… защитить своих близких — это право и честь мужчины. Если это действительно мужчина, а не как в том мире, откуда ты родом. Да, мы уходим. Но мы ведь и остаемся тоже. В вашей памяти. В старых песнях. В свисте ветра. В наших детях…

Я стукнула элвара кулачком по плечу.

— Прекрати. Не надо. Просто — не уходи. Еще раз я не переживу этого.

Тёрн зарылся лицом в мои волосы.

— Я никуда не уйду, родная. Никуда и никогда. Обещаю. И ты мне обещай.

Я кивнула. Получилось плохо, но хоть нос вытерла.

— Обещаю.

— И на помолвку со мной согласишься?

Я подумала пару минут. Потом покачала головой.

— Не на помолвку. На элоэ тайа.

— Договорились, — тут же согласился Тёрн. — Когда?

Я подумала пару минут. И тряхнула головой.

— А сейчас? Рискнешь?!

— Спрашиваешь?!

Элвар подхватил меня на руки — и рванул к двери.

— Учти, у нас всего два часа, прежде чем мне придется вернуться к раствору, — предупредила я.

Тёрн фыркнул.

— Ёлка, ты невозможна! Даже замуж умудряешься выйти без отрыва от работы!

— Это еще не брак! — возмутилась я.

Элвар только фыркнул.

— Нет, правда? А сиренид — это рыба! Ёлка, ты вообще отдаешь себе отчет, на что ты соглашаешься?