Подарок на память - Линда Барлоу

В ответ Роб лишь демонически рассмеялся.

Стоя под душем, Дейзи Тулейн наслаждалась теплыми струями воды, скользившими по спине.

После долгого перелета из Далласа было так приятно освежиться!

Расслабившись, она выбросила из головы все эти собрания, приемы, пресс-конференции и совещания. Сейчас она здесь, в доме своего красивого, молодого любовника, и может пусть на время, но позабыть обо всем. Суета еще ждет Дейзи по возвращении в Техас, до тех же пор она забудет о делах.

Принцип «спустить повседневные проблемы в унитаз» был одним из дюжины приемов аутотренинга, пропагандируемых «Горизонтами власти», и Дейзи до сих пор пользовалась им ежедневно. Она помнила каждое сказанное ею слово на той знаменитой презентации, которую ей удалось устроить для Рины и ее команды.

Методы Рины по-прежнему работали. Но для того чтобы так продолжалось и впредь, нельзя забывать о дисциплине. Дейзи со вздохом подумала о том, что у Рины это получалось гораздо лучше. И вообще у нее многое получалось лучше.

Дейзи вышла из душа, вытерлась одним из огромных махровых полотенец Кристиана и, умело манипулируя серебряной расческой и феном, занялась своей прической. Закончив эту процедуру, она, обнаженная, встала перед зеркалом и осмотрела себя. «Неплохо, — с самодовольной улыбкой подумала Дейзи, — пока ничего лишнего…» Благодаря многочасовым, изнуряющим занятиям на тренажерах в спортзале тело ее выглядело молодо и свежо. Диета не была для нее проблемой: она никогда не страдала излишним аппетитом и большей частью спокойно относилась ко всевозможным «вкусностям». Совсем нетрудно оставаться стройной, когда нет никаких гастрономических соблазнов.

Но, впрочем, Бог с ним, с аппетитом. Дейзи достала новую, весьма соблазнительную ночную рубашку, купленную ею в «Виктори Сикрет» на розничной распродаже. Это было как раз то, что, как ей казалось, обожал Кристиан. Такие вот вещицы умеют сделать тебя женственной, чувственной и страстной. А страстность — чувство, которое неплохо лишний раз продемонстрировать.

Слегка подновив макияж, Дейзи собралась на поиски Кристиана. Он, должно быть, еще внизу. Взглянув напоследок в зеркало, она поправила челку, изобразила на лице улыбку кандидата в сенат и вышла в холл.

Когда Дейзи проходила мимо комнаты Кейт, дверь распахнулась, и девочка в пижаме с милой потрепанной плюшевой игрушкой в руках появилась на пороге.

Дейзи несколько сконфузилась, искренне пожалев о своем халате, оставленном в ванной. Но ей и в голову не приходило, что в столь поздний час — было уже за полночь — девочка может еще не спать.

— Мне приснился кошмар, — прошептала Кейт. Она вся дрожала и, казалось, готова вот-вот расплакаться.

Дейзи хотела было обнять девочку, но та отскочила от нее, словно от привидения.

— Не прикасайтесь ко мне!

— Это всего лишь дурной сон, солнышко, — пытаясь успокоить ее, как можно мягче сказала Дейзи. — Некоторые из них бывают просто ужасны. Я по себе знаю. Как насчет чашечки горячего какао? Мне оно всегда помогает.

— Ненавижу какао.

«И меня ты ненавидишь, не так ли?» — подумала Дейзи. Впрочем, чему тут удивляться? Бедный ребенок. Для своих двенадцати она слишком много страдала. Одной смерти матери было бы предостаточно. А тут еще Рина…

— Вам больше никогда не удастся дурачить моего отца. Он может быть слепым, но не глухим.

— Я и не пытаюсь дурачить Кристиана, Кейт, — терпеливо сказала Дейзи. — Мы с твоим отцом верим в необходимость быть друг с другом честными во всем.

Кейт сверкнула глазами и расхохоталась. Дейзи почувствовала, что начинает терять самообладание. Глупо, конечно, но она не выносила, когда над ней смеялись. Нападкам на себя Дейзи могла противостоять, даже если это были нападки личного характера. Людям с тонкой кожей нечего делать в политике. И Дейзи дубила свою шкуру, пока та не стала прочной, как панцирь техасского армадила. Но смех с издевкой, к великой ее досаде, мог пробить этот панцирь. Даже насмешка двенадцатилетней девочки. Почему она засмеялась? Что она знает? Что хочет этим сказать?

Дейзи натянуто улыбнулась.

— А теперь иди опять бай-бай, ладно? Думай о хорошем, и страшные сны уйдут, а ты не заметишь, как настанет утро.

— Спокойной ночи, — теперь уже вежливо сказала Кейт.

— Спокойной ночи, Кетти. До утра.

Кейт закрыла дверь. Слегка смущенная поведением девочки, Дейзи отправилась дальше по коридору Конечно, не стоит обращать внимания на бредни испуганного и полусонного ребенка, но… Но Кейт, казалось, и не ложилась спать.

— Дейзи!

Дейзи обернулась. Кейт снова стояла на пороге и зло улыбалась ей вслед.

— Что?

— Вы проиграете выборы! — почти выкрикнула девочка и с этаким демоническим смехом захлопнула дверь.

Дейзи была уже вне себя. «Мой отец, — думала она в ярости, — клал таких детей поперек колена и живенько выбивал из них всю дурь».

Кристиану следовало бы крепко подумать о воспитании своей дочери.

Глава 18

Эйприл сразу же почувствовала неладное.

Когда она, расставшись с Блэкторном, вошла в свою квартиру, ею овладело странное беспокойство. Внешне все было как обычно — окна и двери закрыты, свет везде выключен. Но что-то было не так.

«Не будь истеричкой», — приказала себе Эйприл, замерев на какое-то время в прихожей. Слева от нее находились гостиная и столовая, прямо располагалась небольшая кухня, а направо, немного по коридору — две спальни.

Гробовую тишину нарушало лишь ее собственное прерывистое дыхание.

В воздухе стоял странный запах, напоминавший дезинфицирующий раствор, — точно уборщица только что вымыла полы. Но Эйприл никогда не приглашала уборщиц.

Быть может, нелады с сантехникой? Может, во всем доме проводилась дезинфекция, а ей ничего не сказали? Она ведь постоянно на работе…

Эйприл осторожно прошла на кухню и зажгла свет. Здесь все было так, как она оставила: мебель на месте, шкафы и тумбочки закрыты.

Из кухни Эйприл через столовую направилась в гостиную. И тут царил обычный порядок, но… Стояло ли то кресло так далеко от стены? Кажется, нет. А эта стопка газет и журналов? Она была в таком же беспорядке? Или нет?

— Прекрати наворачивать! — теперь уже вслух прикрикнула на себя Эйприл.

Выйдя опять в коридор, она медленно, крадущимся шагом направилась к спальням. Ладони ее от волнения повлажнели. Если в квартире кто-то прячется, он скорее всего притаился в одном из туалетов или в ванной комнате.

Но ванная, слава Богу, оказалась пуста. Дотянувшись до выключателя в спальне, Эйприл включила сразу все бра, и яркий свет залил комнату, не оставив ни одного темного угла. Пусто. Ни в ванных комнатах, ни в туалетах не было ни души. Халаты и полотенца нетронутыми висели на своих местах.