С тобой и без тебя. Нежный враг - Лесли Локко

— Что? — снова спросила она.

— Миссис Сэлл. Думаю, вам лучше самой приехать в участок. Хорошо бы успеть прежде… чем представители прессы проберутся сюда, понимаете? А ваш сын — далеко не в лучшем состоянии.

Анджела вздрогнула.

— Да-да… э, можете… могу ли я с ним поговорить?

— Боюсь, это невозможно, миссис Сэлл. У вас есть адвокат?

— Адвокат? Но зачем? — вдруг встревожилась Анджела.

— Миссис Сэлл. Вашего сына арестовали. Послушайте, может быть, ваш муж сможет заняться этим?

— О боже. Нет… нет, его сейчас… нет на месте. Думаю, мне лучше приехать самой. Где это находится, вы сказали?

Через час в сопровождении Карины и миссис Дьюхерст Анджела вошла в полицейский участок в Вондворте, бешено оглядываясь по сторонам. Вопреки всеобщим усилиям она ухитрилась выпить едва ли не полбутылки бренди, прежде чем выйти из дома.

— Киеран? — позвала она, бросившись к столу. Молодая дежурившая женщина в форме схватила ее, прежде чем Анджела успела прорваться к дверям. Пришедший позже сержант объяснил ей, что она может войти и повидаться с сыном, но только при условии, что будет вести себя хорошо.

Карина и миссис Дьюхерст видели, как дежурные офицеры переглянулись и впустили ее.

— Киеран? О боже мой… Киеран? Что они с тобой сделали? — запричитала Анджела, как только вошла в комнату. Киеран поднял глаза.

— Миссис Сэлл. — Инспектор по делу Киерана встал с места, чтобы помешать Анджеле броситься к сыну. — Миссис Сэлл… Прошу вас. Сядьте. Пожалуйста. — Анджела заплакала. Киеран снова опустил взгляд на пол.

— Что вы с ним сделали? — спросила она сквозь слезы, когда ее усадили напротив него.

— Вообще-то, мы надеялись, что вы поможете нам установить, что он сделал с собой, — сказал инспектор Фрейзер, глядя на всхлипывающую Анджелу с тревогой. Она выглядела почти такой же невменяемой, как и ее сын.

— Что вы хотите сказать? — прошептала Анджела. Она посмотрела на Киерана. Она с трудом распознавала в нем своего сына. Почему он не смотрел на нее, почему молчал? Его лицо являло то скрытное мальчишеское выражение, что было ей так знакомо. Волосы были в ужасном беспорядке, словно их не мыли неделю — нет, месяц, а одет он был еще хуже. Брюки были разорваны, на рубашке недоставало нескольких пуговиц… она снова заплакала. Кто мог такое сотворить с ее дорогим сыночком?

— Мы нашли у вашего сына довольно большой запас марихуаны, миссис Сэлл, а еще крупную сумму денег в придачу — именно поэтому мы вызвали вас лично, — к тому же у него обнаружили кое-какие драгоценности, чеки, выписанные на имя вашего мужа и переведенные на сына, и еще… э, некоторые произведения искусства, как я понимаю… — Он перевел взгляд на две большие вазы. Она смутно припомнила их, кажется, они стояли в столовой дома столько, сколько она помнила себя. Анджела обернулась, чтобы посмотреть на Киерана.

— Ничего не понимаю, — сказала она дрожащим голосом. — Я… сама дала их Киерану. Я попросила его… э, продать их для меня. Разве не так, милый? — обратилась она к Киерану. Он не реагировал.

— Миссис Сэлл, — сказал мягко инспектор. — Понимаю, через что вам, должно быть, приходится проходить. Но мы здесь не для того, чтобы все еще сильнее усложнять. Мы просто хотели определить владельца всех тех вещей, что изъяли у вашего сына, вот и все. А что он намеревался с ними сделать, нам и так понятно. Боюсь, на данный момент, вы ничего не сможете для него сделать, кроме как нанять хорошего адвоката. Вы сами займетесь этим делом?

Анджела безмолвно смотрела на него. Она вдруг все резко осознала. Макс. Она должна сказать Максу. И Макс убьет его. Все, что ее волновало сейчас, — только то, что Макс на это скажет. Она послушно последовала за полицейским на выход. Киеран не посмотрел ей вслед, даже когда она обернулась к нему с таким ужасающим отчаянием, что сам инспектор Фрейзер невольно отвернулся.

38

Паола лежала на спине с закрытыми глазами под слепящими солнечными лучами и пыталась заснуть. Красные и розовые пятна плясали у нее под веками, по мере того как жара становилась все сильнее. Был почти полдень, и ее мама категорически запрещала ей лежать на солнце в это время. Сама Франческа где-то в доме занималась последними приготовлениями к празднику, который состоится этим вечером в честь пятидесятишестилетия Макса. Вечер планировался почти целый год и обещал быть самым пышным официальным событием в жизни Менорки. Они с Франческой прибыли на остров в начале лета, так что Франческа могла организовать все в точности, как ей того хотелось. Паола видела, насколько этот вечер был важен для матери, — это будет один из немногих случаев, когда она будет править торжеством и публикой тоже. Это будет ее вечер, публичный подарок ему от нее. Был приглашен каждый, кто гостил на острове, кроме того, соберутся люди со всех концов земли. Поставщики провизии ездили на виллу почти три дня подряд, маленькая армия рабочих была прислана, чтобы вычистить и отполировать виллу до блеска. Паола же была сыта по горло постоянным шумом и гудением; ей уже хотелось, чтобы все поскорее началось и побыстрее закончилось. И на это у нее были свои причины — конечно, ведь Амбер и Киеран должны приехать сегодня ближе к вечеру. Хотя она уже была в курсе самых последних грандиозных слухов о Киеране… дело было, кажется, в наркотиках, полиции… наверное, он не сможет приехать после всего этого. Она слышала, как Франческа убеждала Макса: он молодой, это была ошибка, все образуется… но Макс, похоже, не желал слушать. По крайней мере, Анджела не приедет. Ее поместили в очередную клинику. Судя по всему, Киерану тоже не помешало бы присоединиться к ней.

Как бы там ни было, думала Паола, переворачиваясь на живот, даже если Киеран не приедет, то будет не так скучно, если хотя бы Амбер появится. Фу. Просто ужасно. Ко всему прочему, Макс последнее время только и говорит об успехах Амбер. Она получила степень, должность в какой-то нью-йоркской газете и скоро будет работать на какой-то финансовый журнал в Лондоне… ну и что? Возможно, Макс устроил это все для нее. Она вдруг рассталась со своим парнем, как сказала Франческа. Как же она так, ведь она всегда была мисс Совершенство. Паола надеялась, что на Менорку она приедет не для того, чтобы искать себе здесь другого. Что ж, если и так, то у Паолы было свое оружие, включая платье, которое она недавно купила для вечера. Когда она думала о нем, на душе становилось теплее. Оно было черное, с черными завязками и облегающими кожаными вставками. Совсем недорогое, но как только она увидела его в витрине Феррегамо, то точно знала, что хочет надеть именно его. Они с Франческой позволили себе провести выходные в парижских магазинах по пути на Менорку. Паола подумала, что сногсшибательное черно-белое платье, что купила себе ее мама, было столь же великолепно, как и ее. Они вместе будут потрясающе смотреться… самый что ни на есть подарок Максу на день рождения. Ему будут завидовать все мужчины, что соберутся на вилле.