С тобой и без тебя. Нежный враг - Лесли Локко

— Только на лето.

— Прекрасно. Может быть, позже у нас найдется для вас более интересное занятие. Я поговорю с Максом, посмотрим, что можно будет сделать.

Донован от души рассмеялся над своими же собственными словами. Он снова занялся бумагами, выпроводив ее и пообещав справляться иногда о ее успехах. Секретарь вывел ее из кабинета к лифтам. Через несколько секунд она уже стояла на первом этаже, ей сказали, что она может приступить к работе завтра же.

Кабинет Сэнди Джексон состоял всего-навсего из одного рабочего стола посреди комнаты, наглухо забитой подобными столами — должно быть, здесь одновременно работали пятьдесят человек. Амбер осмотрелась, растерявшись, когда Джо Таси, редактор, ринулся к ней по проходу между столами с дальнего конца комнаты.

— Сэнди? Сэнди! — взвизгнул он.

Молодая девушка покосилась в их направлении из-за своей рабочей перегородки.

— Сюда! Я передвинула стол! — воскликнула она. Джо махнул Амбер, чтобы она шла к ней. — Привет, — сказала Сэнди, протянув ей руку, когда Джо стал их знакомить. — Добро пожаловать.

— Отец Амбер лично знаком с Мак-Коркуодэйлом, — заговорил Джо к ужасу Амбер.

— Нет-нет… не совсем так… — перебила она его в сковывающей ее панике.

— О, не волнуйся. Если у тебя есть связи, пользуйся ими! — рассмеялась Сэнди, показав ряд идеально ровных белых зубов. — Так что ты здесь делаешь?

— Она будет твоим помощником, — сказал Джо, многозначительно приподняв брови.

— Прекрасно. — Сэнди все еще широко улыбалась.

— Да, она здесь только на лето. Потом она снова уедет в Англию, — сказал Джо, довольный тем, что именно он знал столь важную информацию.

— Прекрасно. — Казалось, это было все, что она могла произносить. Амбер еще раз посмотрела сначала на одного, потом на другого. Она надеялась, что работа, какой бы она ни оказалась, будет более активной, чем ее новые коллеги.

Но этого не случилось. Поработав неделю, она поняла, насколько в этой компании все было завязано на мелких нюансах — между ассистентами; между помощниками и младшими редакторами; между младшими представителями и менеджерами; между менеджерами, их сотрудниками и своими же помощниками, — это было просто смешно. Ее же работа, похоже, состояла из того, что она выбегала на улицы Манхэттена в восемь утра, закупала кофе, не только для Сэнди, но и для других шести-семи младших редакторов и их заместителей, что работали в радиусе пяти столов от нее; еще отвечала на постоянные телефонные звонки и выгораживала Сэнди, когда та не хотела с кем-то говорить; копировала документы и только иногда пересматривала уже откорректированные Сэнди работы на предмет ошибок, которые она ненароком пропустила… невероятно скучно. И даже если работа не давала повода писать домой, то жизнь в Нью-Йорке радовала неописуемо. Амбер полюбила город с того момента, как только приехала в него. Когда она каждое утро ехала в метро среди четырех миллионов других ньюйоркцев, снующих из кафе в офис с кофе и горячими кренделями в руках, и слышала симфонию машинных гудков с девяти утра… ей казалось, что это и есть будоражащая, берущая за живое жизнь.

Она подняла руку и потерла шею. Ах да, ведь она остригла волосы. Позавчера по пути домой из офиса «Кроникл» она увидела маленькую парикмахерскую на Мэдисон, перед поворотом на Америказ-авеню. Она задумалась на мгновение, взбив свои пышные кудри… но потом смело толкнула дверь и вошла.

— Все? — спросила стилист возбужденную Амбер.

— Все, — ответила она твердо и посмотрела на свое отражение в зеркале — темно-русые кудри доставали ей почти до середины спины, ниспадая на лицо и почти скрывая ее глаза. Сколько она себя помнит, у нее всегда были эти длинные кудрявые волосы. Вообще, ее волосы были ее визитной карточкой, определительным знаком. «Амбер, знаешь… девушка с вьющимися волосами». Она закрыла глаза, когда стилист начала работать.

Через час она смотрела в зеркало, не веря своим глазам. Ее коричневые волосы стали еще темнее теперь, когда она стала почти лысой. Ее лицо больше не обрамляла копна кудрей, и это ясное выражение казалось ей чужим — темные густые брови, ярко-голубые глаза… скулы, подбородок… она медленно наклонила голову под пристальным пораженным взглядом стилиста.

— Довольно… неплохо, — сказала она наконец, застенчиво довольствуясь результатом.

— Неплохо? — повторила парикмахер презрительно. — Дорогая, да это просто великолепно! Умереть, не встать! — рассмеялась она, снимая с плеч Амбер накидку. Амбер улыбнулась. Американцы такие эмоциональные, у них все чувства на поверхности, англичане намного спокойнее. Умереть, не встать! Она снова посмотрела на свое отражение в зеркале. Она выглядела точно так, как чувствовала себя: молодая, активная, дерзкая. Дерзкое начало.

Однажды через месяц она заходила в лифт с бумажным подносом с шестью чашками кофе на нем в одной руке и пакетом рогаликов в другой. Рогалики и кофе. Неотъемлемая часть повседневной рутины, часть работы. Она нажала кнопку вызова локтем и повернулась лицом к дверям лифта. Был конец августа, и в городе по-прежнему было душно. Она чувствовала, как капельки пота скатываются по ее спине. Слава богу, она додумалась подстричься, сказала Амбер себе, пока открывались двери. Бегать по такой жаре с копной кудрявых волос было бы невыносимо. Она с облегчением шагнула в прохладный от кондиционера офис. Она раздала кофе, разделила рогалики и уселась перед своим компьютером в ожидании Сэнди, чтобы отдать ей проекты для правки и начать работать.

— Эй, Амбер, — позвала ее Сэнди. Ее лицо внезапно показалось поверх перегородки, и выражение на нем было испуганное. — Мне очень нужна твоя помощь. — Амбер кивнула, приготовившись слушать, что стряслось. — Я занималась подработкой на стороне, — начала она, понизив голос, — и у меня все пошло насмарку. Я должна была сделать небольшую статью в Харлеме для «Вилла Войс», и это совершенно вылетело у меня из головы. Ты бы меня так выручила, если бы собрала некоторые заметки по этому поводу. Сегодня.

Амбер замерла. Ведь это шанс выбраться из офиса!

— Конечно, — сказала она, надеясь, что ее слова прозвучали не чересчур восторженно. — Что именно тебе нужно?

— О, я не знаю… редактору нужны интересные человеческие истории, понимаешь… как живут люди в городе, в этом духе. На прошлой неделе вышла статья о каком-то гаитянине в городских джунглях, так вот они хотят что-то вроде этого. Это должно было быть готово на выходных, но я напрочь забыла. — Сэнди улыбнулась самой ангельской улыбкой. Амбер не могла понять, почему она так усердно оправдывалась — она готова зуб отдать за то, чтобы выбраться в город и посмотреть на Нью-Йорк как следует. Ведь на данный момент она всего лишь обошла Нижний Манхэттен, но она знала, что помимо чарующих восходов и небоскребов, терявшихся в небе, есть другой город.