Лето секретов - Кэтрин Беллами

– У меня тоже нет профессиональных навыков! – пожала плечами Мелисса. – Но представь, как эффектно мы будем выглядеть в паре, блондинка и брюнетка!

Чувствуя себя в долгу перед ней, Джинни уступила: в конце концов, ради билетов на трибуну для участников чемпионата не грех и поволноваться. Однако ее смущало одно немаловажное обстоятельство, о котором, впрочем, Мелисса догадывалась.

– Надеюсь, что Сол здесь не объявится? – спросила Джинни на следующее утро. Перспектива встречи с ним страшила ее настолько, что она готова была отказаться и от участия в общем веселье, и от демонстрации спортивных костюмов.

– Он пока на Кипре, – невозмутимо ответила Мелисса и украдкой взглянула на часы. Нет, она не покривила душой, самолет Сола еще не взлетел.

Погода их не подвела, день выдался ясным и солнечным, к радости Розы, опасавшейся, что в случае ливня все гости разом хлынут в дом. Длинные столы с угощением накрыли в саду, а для Сюзи заготовили сюрприз – огромный шоколадный торт, испеченный по особому заказу. Мелисса пригласила фокусника, трех клоунов и затейника, переодетого обезьяной, – ему вскоре стало дурно от бананов, которыми угощали его дети. По просьбе Китти и Сюзи взрослые устроили всем ребятишкам прогулку верхом на осликах.

Джек отнесся к этой затее скептически, не уверенный в миролюбивом нраве животных. Руководство аттракционом взяли на себя Ник и Дэниел Фаррелл, отец Джека и Мелиссы. Они следили, чтобы никто из юных наездников не упал, и обеспечивали равные возможности всем желающим прокатиться. Исключение Ник сделал только для Сюзи, разрешив ей кататься на своем любимце сколько душе угодно.

Наблюдая за дочерью, он украдкой вздыхал, видя, как мало нужно малышке для полного счастья: покататься на ослике верхом, вволю полакомиться мороженым, ощутить ласку и доброжелательность окружающих. Нет, определенно Сюзи не вырастет необщительной и угрюмой девицей, в отличие от ее единокровного братца Микки, о существовании которого она пока не подозревала.

Ник уже несколько раз встречался с этим унылым юношей, но так и не свыкся с мыслью, что он – его сын. Микки не поддержал ни одну из идей отца. Он отверг его предложение учиться в университете, не имел никаких собственных соображений о возможной карьере и обрадовался лишь однажды, когда получил деньги на карманные расходы во время своего пребывания в Лондоне. Натянуто улыбнувшись, Микки торопливо пробормотал слова благодарности и поспешно удалился.

Констанс вела себя совершенно иначе, она рассыпалась перед Ником в благодарностях за его помощь. Он понимал, как ей тяжело было растить одной непослушного сыночка, но в глубине души сожалел, что она не осталась с ним в Дублине.

Стыдясь этого и осознавая свою ответственность за юношу, Ник мысленно упрекал Констанс в том, что она спохватилась чересчур поздно. Он сотни раз пытался обо всем рассказать жене, но не мог подобрать подходящих слов и постоянно оправдывал свою нерешительность разными объективными причинами. Сейчас ему казалось, что возлагать новую заботу на Мелиссу, когда у нее масса других неотложных дел, просто нечестно.

Он твердо решил ей во всем признаться после праздника. Но вот праздник наступил, а нужных выражений Ник так и не нашел… Отчаявшись, он снова отложил этот серьезный разговор – теперь до окончания Уимблдонского турнира, имеющего для Мелиссы особую значимость. Усыпив таким образом свою совесть, Ник целиком отдался развлечению дочери и гостей.

Тем временем Джек и Мелисса успели дать интервью в связи с их выступлением в турнире смешанных пар, после чего пригласили журналистов на демонстрацию новых моделей спортивных костюмов и аксессуаров. Словно ненароком, Мелисса протянула Джинни ракетку и предложила ей сфотографироваться на корте. Джинни стала отказываться, но Мелисса и ее знакомый фотограф все же убедили художницу попозировать перед камерой на фоне сетки.

Сол, застав их на площадке за этим занятием, решительно направился к Джинни. В последнее время он постоянно ломал голову над тем, что послужило причиной их внезапного раздора. Ведь расстались они перед его отлетом на Кипр счастливыми влюбленными. И вдруг в одночасье все его радужные мечты и надежды рухнули. Что же произошло? Сол потерял сон и покой, мучительно размышляя над этим.

Неужели Джинни восстановила прежние отношения с Джеймсом Калвертом? Чутье подсказывало Солу, что такое вряд ли возможно после бурного начала их романа, вспыхнувшего в субботу в доме его родителей. В равной мере ему не верилось, что она способна всерьез заняться обольщением Джека Фаррелла или Эйса Делани. Об этом свидетельствовали ее оскорбленный тон и разъяренное лицо, когда она приводила ему свои доводы. Во всяком случае, Солу хотелось в это поверить. И сейчас он стремился любой ценой узнать от нее правду. Но к тому моменту, когда он достиг корта, его кураж иссяк.

– Вы удивительно фотогеничны! – с добродушной улыбкой говорил репортер Джинни. – Если надумаете делать альбом, позвоните. Вот вам моя визитная карточка…

– Не беспокойтесь, она ей не понадобится, – грубо вмешался в разговор Сол, чем моментально испортил Джинни настроение. Ее лицо вытянулось и помрачнело, превратившись в непроницаемую маску. У Сола екнуло сердце.

Мелисса выразительно взглянула на фотографа и направилась к выходу с корта. Джинни отчаянно боролась с нахлынувшими воспоминаниями о последней игре в теннис с Солом Ланкастером и особенно о том, что за ней последовало.

– Опекуны мне не требуются, – ледяным тоном заметила она. – Благодарю за трогательную заботу, но я уже не маленькая.

Она шагнула было к калитке, но Сол ее удержал, схватив за локоть.

– Прости, я не предупредил тебя о том, что чертовски ревнив! – прохрипел он.

Джинни потупилась, пытаясь не замечать отчаянного сердцебиения. Одного лишь прикосновения его руки хватило, чтобы ввергнуть ее в смятение. И зачем судьба свела ее с этим мужчиной? За какие провинности наказывает ее Провидение?

– Это твое личное дело! – огрызнулась она. – Только я тебе не принадлежу! И не смей командовать!

Дрожь в ее голосе не ускользнула от его внимания, но он, на свою беду, объяснил это не страстью, а злостью.

– Всего лишь месяц назад ты принадлежала только мне одному! – напомнил он.

– Никто не застрахован от ошибок, – натянуто улыбнулась она. – Прости, но мне нужно переодеться.

Сол молча поплелся следом за ней. Джинни думала, что он проводит ее до самой спальни, и затрепетала, живо представив себе, что может случиться, если они останутся одни рядом с кроватью. Ее спасла Роза Фаррелл, вышедшая им навстречу. Однако мимолетное облегчение Джинни мгновенно сменилось ужасом, едва лишь она увидела, кто идет рядом с Розой.