Дневник Верховского - Юрий Сафронов

Австрийский ультиматум был вручен сербскому правительству только после того, как Россию покинул французский президент, 23 июля. Для ответа Белграду был дан срок в 48 часов. Ультиматум начинался со слов о попустительстве сербского правительства антиавстрийскому движению в Боснии и Герцеговине и обвинений официального Белграда в организации террористических актов, а далее следовали 10 конкретных требований. Документ этот фактически являлся провокацией, особенно в той его части, в которой требовалось предоставить австрийским властям право провести следствие по делу об убийстве наследника австрийского престола на территории Сербии, и был составлен таким образом, чтобы ни одно уважающее себя независимое государство не могло его принять. Сербское правительство тотчас же обратилось за помощью к России. Когда 24 июля телеграмма о событиях на Балканах легла на стол российского министра иностранных дел С.Д. Сазонова, тот воскликнул в сердцах: «Это европейская война!» В тот же день состоялось заседание Совета министров, на котором сербам предлагалось в ответе на австрийскую ноту проявить умеренность. Одновременно министр встретился с германским послом Ф. Пурталесом в надежде побудить Берлин миротворчески воздействовать на австрийцев. Эта нота (а по сути, ультиматум) считалась невыполнимой и, по-видимому, должна была служить casus belli для начала войны против Сербии. Пункты ультиматума гласили:

1. Королевское сербское правительство, сожалея о совершенном преступлении, должно осудить его и формально предупредить офицеров, чиновников и все население королевства, что отныне оно будет принимать самые суровые меры против лиц, виновных в пропаганде и действиях, направленных против Австро-Венгерской монархии, будет их предупреждать и подавлять. Это заявление должно быть немедленно объявлено войскам королевским приказом по армии и опубликовано в официальном органе.

2. Немедленно запретить общество «Народна Одбрана» и конфисковать все средства пропаганды этого общества. Принять такие же меры против всех других союзов и организаций, ведущих пропаганду против Австро-Венгрии.

3. Исключить антиавстрийскую пропаганду из народного образования.

4. Уволить с военной и государственной службы всех офицеров и чиновников, занимающихся антиавстрийской пропагандой. Австро-Венгерское правительство оставляет за собой право сообщить сербскому правительству имена таких офицеров и чиновников, вместе с указанием совершенных ими злодеяний.

5. Допустить действие на территории Сербии государственных служб Австро-Венгерской империи для пресечения любой антиавстрийской деятельности.

6. Провести судебное расследование против каждого из участников Сараевского убийства, находящихся на сербской территории с участием в расследовании лиц, командированных австрийским правительством.

7. Срочно арестовать комитадиев майора Воя Тонкосича и Милана Цигановича, чиновников сербской государственной службы, причастных к Сараевскому убийству.

8. Принять действенные эффективные меры к предотвращению контрабанды оружия и взрывчатки в Австрию, арестовать пограничников, помогших убийцам пересечь границу и подвергнуть их суровому наказанию.

9. Сделать объяснения насчет враждебных к Австро-Венгерской монархии высказываний сербских чиновников в период после убийства.

10. Без замедления информировать австрийское правительство о мерах, принятых согласно предыдущим пунктам.

Полный текст ноты и подробный текст заявления австро-венгерского правительства был опубликован в русской газете для всеобщего сведения{222}.

Из дневника императора Николая II.

12 (25) июля, суббота.

«В четверг вечером Австрия предъявила Сербии ультиматум с требованиями, из которых 8 неприемлемы для независимого государства. Срок его истек сегодня в 6 час. дня. Очевидно, разговоры у нас везде только об этом. Утром поехал в Красное Село, и в 10 час. состоялся отличный смотр Астраханскому полку. От 11 ч. до 12 ч. у меня было совещание с 6 министрами по тому же вопросу, и о мерах предосторожности, кот[орые] нам следует принять»{223}.

В тот же день. Сербия. Белград.

Австро-венгерский посол барон Владимир Гизль фон Гизлингер в 17.55 получил ответ сербского правительства на ультиматум Вены. Сербия пошла на максимальные уступки, но капитулировать отказалась. Из десяти пунктов ультиматума Сербией были приняты все, кроме 5-го, означавшего фактическую оккупацию Сербии. Сербия объявила мобилизацию.

Считается, что английский министр иностранных дел Грей, понимая, что главным своим врагом Германия считает Англию, делал все возможное, чтобы стравить австро-германский блок с Францией и Россией. Это ему удалось.

Позиция царского правительства в первые 2 недели после ультиматума была выжидательной. Сербии оказали первую помощь — удовлетворили лежавшее под сукном ходатайство о выдаче 120 000 винтовок с патронами для сербской армии. Сербии был дан совет — вести себя потише и не обострять отношений с Австрией.

13 (26) июля 1914 года австрийский пограничный наряд обстрелял баржу с сербскими резервистами на пограничной реке Сава. На этот раз обошлось без жертв.

14 (27) июля 1914 года граф Бертхольд заявил об обстреле австро-венгерской территории и о том, что Сербия начала враждебные действия против его страны. Позже со стороны графа Бертхольда было признано, что нападения сербских войск на пограничные австрийские территории не было, но это уже не имело значения.

В тот же день в Белграде стало известно о назначении русским посланником князя Трубецкого, которое произвело на руководство политических кругов Сербии наилучшее впечатление, и состоялась торжественная закладка дома имени Св. Елены для сирот военных. На торжестве присутствовали престолонаследник Александр Карагеоргиевич, министры, чины дипломатического корпуса и представители комитета приюта, во главе с почетным председателем комитета г-жою Гартвиг{224}.

Из дневника императора Николая II.

14 (27) июля, понедельник.

«…Интересных известий было мало, но из доклада письменного Сазонова [явствует, что] австрийцы, по-видимому, озадачены слухом о наших приготовлениях…»{225}.

Николай II делал все от него возможное, чтобы переломить ситуацию.

Письмо императора Николая II министру иностранных дел С.Д. Сазонову:

«Сергей Дмитриевич,

Я вас приму завтра в 6 часов.

Мне пришла мысль в голову и чтобы не терять золотого времени — сообщаю ее вам. Не попытаться ли нам, сговорившись с Францией и Англией, а затем с Германией и Италией, предложить Австрии передать на рассмотрение Гаагского трибунала спор ея с Сербией.