Восход погибшего мира (СИ) - "Флемм"

— На осколках старого, появляется новое, не такого девиза вы придерживаетесь? — презрительно откликнулся Агасфер.

— Твои действия приводят к разрушению нашего мира.

— Ага, — Агасфер проводил взглядом мальчишку бегущего со здоровенной рыбой в руках, — все хотят жить, да только мне нет дела до вашего мира. Я хочу вернуть свой.

Посвященный вскинул голову — Ожидал подобного ответа.

— И поэтому попытался запечатать меня в воспоминаниях прошлого? До чего наивная попытка, признаться, не думал, что вы настолько ослабели, — последние слова прозвучали угрозой.

— Наоборот, твоё возвращение придало нам новых сил.

— В самом деле? Забавно будет посмотреть.

Агасфер провёл рукой в воздухе, разрушая иллюзию. Мир чудесной долины начал разрушаться, обращаясь в разноцветную пыль. Деревья, дома, река, люди испарялись, оставляя вместо себя холодную тёмную пустоту.

— Это изначально было ошибкой, — Агасфер повернулся в сторону Посвященного, тот продолжал стоять напротив него с невозмутимым видом, не вынимая ладоней из рукавов. — Отдаю должное, вы не боитесь.

— У нас было время подготовиться.

— Весьма самоуверенно, — в карих глазах Агасфера вспыхнул чёрный огонь, медленно разрастаясь. — Напоминаю, эти башни создал я, как и вашу магию.

— Точнее, ты был один из тех, кто создавал всё это, — подчеркнул Посвященный, — несколько сильнейших магов своей эпохи, чье стремление приподнять завесу тайн, проникнуть в саму сущность Бытия, в конечном счёте и привело к появлению дракона и уничтожению Хорезма.

— Ты знаешь для чего созданы Посвященные?

Тело Агасфера начало меняться, облик сухого старика привыкшего путешествовать под палящими лучами степей и пустынь в дорожной одежде разрушался, вместо него проявлялась фигура окутанная аурой тьмы. Она кружила, испуская холод и сильную магическую энергию.

— Мы потомки тех, кто должен поддерживать огонь знаний в башне не давая магическим печатям ослабнуть. Они часть заклинания растянутого по всей Мидии, — голос Посвященного тих и уверен, он знал что говорил, — а центр пересечений заклинания, Хорезм.

— Моя страна была принесена в жертву, — преображение завершилось, Агасфер превратился в чёрного человека, зависнув над полом, в руках появился золотой посох, приглядевшись к нему, можно увидеть крохотные фигурки людей, они переплетались между собой образуя его.

— Ты сам принёс её в жертву своим амбициям, жадности и неумению вовремя остановиться, — Посвященный отшагнул назад, аура Агасфера давила, вынуждая быть наготове. — Легенды о драконе уничтожившим страну, дракон, чья жажда золота испепелила город, мы сами из века в век распускаем эти россказни, придумывая всё новые и новые. Чтобы жаждущие магической силы, не решились по глупости сунуться туда, где был Хорезм. Но суть всех историй одна, дракон уничтожает глупца.

— Ложь во благо?

— Это уже не ложь, миф, легенда окутанная песками времени. Отныне Агасфер, навсегда останешься тут.

Тёмный силуэт зловеще расхохотался, от жуткого звука сотряслись мраморные стены и всё вокруг пришло в движение. Само время преломилось рядом с Посвященным, причудливо изгибая его.

— Впервые за столько веком меня по настоящему позабавили, — силуэт поднялся чуть выше, посох прочертил в воздухе сияющую полосу. — Ваша история закончилась, и от вас не останется даже легенд, потому что не кому будет их рассказывать.

Посвящённый со спокойствием следил за действиями лича. Тот замерев на месте, видимо ожидал большего. То от человека перед ним, то ли от собственного заклятия.

— Я же говорил Агасфер, мы готовились к твоему возвращению.

Тёмный силуэт лича плавно опустился на пол, встав напротив Посвященного.

— Ты же не забыл по какой причине не можешь вернуться в былые владения? Дракон лишает тебя магических сил, все твои знания и умения становятся пустым звуком перед ним, — Посвященный говорил медленно и с нескрываемым удовольствием. — И только перед ним, для этого тебе и нужен тот, кто убьёт дракона. Но всё это бесполезно, ибо он всегда возрождается, пока существуешь ты. А уходить тебе страшно, прекрасно понимаешь, что ожидает такую сущность в мире мрака и вечной тьмы. Наверно, — ухмыльнулся Посвященный, — не можешь понять по какой причине твоя магия не действует? Просвещу Агасфер, в стенах находятся останки дракона.

(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-144', c: 4, b: 144})

— Что? — посох стукнул о пол, послышался жалобный стон.

Посвященный с болью смотрел на посох — Обратить души подданных в золото, сделав их вечными рабами, до чего жестоко. Твоя жадность поистине не имеет границ.

— Это было необходимо! — вскричал лич. От его голоса стены сотряслись, а под полом раздался протяжный гул.

— Она всё равно выстоит, — заверил Посвященный, — мы потратили сотню лет, сумели добыть кости дракона, да мы были в там, сумев пробраться сквозь защиту, и теперь они не дают тебе возможность навредить нам. Вот что удивительно, — прищурился Посвящённый, — после смерти дракон оживает, то почему от него остаются кости и прочее? Разве тело не должно восстановиться с его духом?

Агасфер молчал, аура вокруг него била хлыстами, иней расползался по округе морозными трещинами, в воздухе веяло льдом.

— Можешь не отвечать, ещё будет время, теперь ты тут навсегда.

Агасфер кинулся в сторону Посвящённого, намереваясь схватить чёрной рукой за горло. Посвященный резко вынул руки из рукавов, показав что прятал в них.

Две кости, белые, высушенные солнцем и до идеального блеска отполированные ветром и песком, заострённые на концах. Одной из них пробила ладонь Агасфера, вторая вонзилась в грудь.

Лич замер не в силах пошевелиться, выпавший из руки посох со звоном покатился в сторону

— Да, — улыбнулся Посвященный с чувством превосходства, — магия дракона работает только на тебе, в таком виде проведешь …., даже боюсь представить сколько времени. Не в силах пошевелиться и что–либо изменить.

Он подошёл к посоху — Ты станешь нашим источником сил, благодаря этому мы наконец–то сможем проявить себя в полной мере, — нагнулся, поднимая золотой посох. — Магия предстанет перед нами во всей красе и мощи.

Посвященный подняв посох, внимательно начал рассматривать его. Мягкий блеск золота завораживал.

— Проклятье! — вскричал, выпуская из рук, посох вновь брякнулся на пол.

Посвященный тряс ладонью, в стороны разлетались капли крови. Она видна на посохе, вместе с клочками кожи.

— Они продолжают служить тебе даже сейчас? — поразился Посвященный. — После того, что ты с ними сделал? И на что обрёк? — покачал головой. — Не понимаю. Но раз так, пускай разделят твою участь.

Лич безмолвно наблюдал за ним. Посвященный остановившись напротив, поднял кровоточащую ладонь.

— Только страдания и боль принесла твоя жадность. Ты хотел вечной жизни, ты её получил, но цену желания либо не знал, либо был готов принести, но в любом случае, готовься к расплате. Ты никогда не покинешь этого места, мы будем черпать из тебя силы до тех пор, пока это возможно. Лидию ждёт смерть, весьма прискорбно, но пора роду Агашеров исчезнуть навсегда. Наследие Хорезма окончательно сгинет в песках, остатки народа вымрут или смешаются с другими племенами, но в конечном счёте о Хорезме останутся только легенды, а мы позаботимся о том, чтобы в памяти они были не более чем сказками. И всё это время ты будешь тут Агасфер, — приблизившись к личу, Посвящённый добавил, — навсегда, — постучал пальцем по торчащей кости дракона, — а он, не чуя тебя, будет пребывать в забвении и не станет представлять угрозы.

Хоть Агасфер и не мог шевелиться, аура менялась вокруг него с тёмной, до беспросветной чёрной, больше похожей на мглу загробного мира.

(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-145', c: 4, b: 145})* * *

Лидия сидя в тусклом свете падающим сверху, сохраняла спокойствие, поглаживая золотую змейку. Та ластилась к ней, ласково переползая между пальцами.

Мафусаил в поисках выхода бродил по залу, но куда не глянь, только стены разукрашенные мозаикой. В конечном счете, устав от бесплотных попыток, сел неподалёку от девушки.