Лагуна фламинго - София Каспари

Губы Джона кривились в улыбке, но глаза стали холодными.

— Так что, дорогая Марлена, твои родители соблюдают права своих работников?

Марлена открыла рот. Обычно она за словом в карман не лезла, но сейчас ей почему-то ничего не приходило в голову. Она никогда не раздумывала над этим вопросом.

— Говорят, — продолжил Джон, — что твои родители не прочь преступить закон, если им это на руку.

И вновь девушка покраснела, на этот раз от возмущения.

— Кто это говорит?

— Йорис Брейфогель.

Марлена презрительно фыркнула. Йорис Брейфогель был сыном человека, пытавшегося отобрать у Анны ее бизнес. В борьбе с конкурентами Штефан Брейфогель не всегда играл по правилам. Больше она ничего о нем не знала. Около года назад Штефан, находясь в Чили, попал в грозу и поскользнулся на улице с очень высоким тротуаром. Он упал в потоки воды, лившиеся по мостовой, и захлебнулся. Говорили, что он был в стельку пьян. Конечно, это была глупая смерть, но родители Марлены были тут ни при чем.

Девушка заметила, что Джон все еще смотрит на нее. Теперь его взгляд заметно потеплел. Она потупилась. Марлену трясло от злости. Дженни познакомила их, и Марлена думала, что их разговор ничем не будет отличаться от тех, к которым она привыкла, с вежливыми вопросами о том, как ей живется и все ли в порядке у ее семьи. Похоже, этот Джон Хофер совершенно не умел себя вести. Краем глаза она заметила, как Дженни покачала головой.

— Джон, оставь девочку в покое. Марлена сегодня пошла со мной, потому что интересуется нашей с Рахиль работой.

— Ах да, забота о падших. — В голосе Джона прозвучало откровенное презрение.

Но Дженни это нисколько не смутило.

— Ты всегда говорил мне, что восхищаешься моей работой.

— Ладно-ладно… — ухмыльнулся Джон.

И хотя Марлена все еще злилась на него и минуту назад он вообще был ей безразличен, теперь девушка не могла отвести от него глаз. Когда Джон повернул к ней голову и улыбнулся, в ее душе что-то дрогнуло. Но почему, черт побери?

И, сама того не заметив, Марлена улыбнулась ему в ответ.

Глава 5

В этом году в сентябре у школьников было две недели каникул, и Эстелла поехала в Тукуман. Было еще довольно холодно, но в Аргентину вскоре должна была прийти весна. Несмотря на плохую погоду, Эстелла радовалась поездке. В Тре-Лома никогда не бывало скучно, и к тому же скоро наступит лето.

Ее мать и Педро создали в имении настоящий рай, но у них по-прежнему были напряженные отношения с соседями, поскольку сеньора Сантос больше платила своим работникам. К счастью, пока что ничего плохого не произошло. Дону Лоренцо, похоже, удалось преодолеть финансовые трудности, и зимой он даже поехал в Европу. Теперь все землевладельцы в Тукумане судачили об этом. Но Эстелле не было дела до поездки дона Лоренцо. Европа ее нисколько не интересовала: у нее и в Аргентине было полно ухажеров. Девушке недавно исполнилось шестнадцать, и на приемах, в том числе и в доме дона Лоренцо, она кружила мужчинам головы. Девушке нравилось красоваться в нарядах, приобретенных в Буэнос-Айресе, нравилось кататься на лошадях, скакать галопом по широкой равнине, чтобы ветер развевал ее волосы, нравилось гулять по прохладным горным склонам и лавровым лесам.

Когда Эстелла приехала в Тре-Лома, Виктория первым делом отвела дочь на конюшню. Там ее ждал подарок — гнедая лошадка с карими глазами и мягким носом. Темная шерстка отливала золотом.

— С днем рождения! — Виктория ослепительно улыбнулась. — Как ты ее назовешь?

— Монетка, — не раздумывая ответила Эстелла. — Ах, мама, она прекрасна!

Монетка ткнулась носом ей в ладонь, выпрашивая угощение, и девушка протянула ей яблоко. У Эстеллы сразу стало теплее на душе. С тех пор она всегда приносила для кобылки что-нибудь вкусное.

Эстелла надела зеленый дорожный костюм, украшенный темными кожаными вставками. Сегодня она хотела подняться на гору, откуда открывался замечательный вид на равнину. В последние дни она часто здесь бывала. Окружающим Эстелла казалась яркой беззаботной бабочкой, безмятежно порхающей в полях, но девушке были не чужды раздумья.

Привязав Монетку на краю поляны в лавровом лесу, девушка с раздражением поняла, что она тут не одна. Ее младший брат Пако удобно устроился на поваленном дереве. В нескольких шагах от мальчика мирно паслась его лошадь, низкорослое и тощее создание, которое Эстелла в минуты ссор с братом называла коровой. Пако спорил, говоря, что его лошадь скорее напоминает одного из быков, которые раньше часто паслись в пампасах.

— Ты что тут делаешь? — напустилась на Пако Эстелла.

Мальчик наверняка слышал, как она подъехала к поляне, но сделал вид, будто лишь сейчас ее заметил.

— Эстелла! Как я рад тебя видеть.

— Пако!

Он встал, и Эстелла только сейчас поняла, как сильно ее брат вырос. Он был выше ее на полголовы. Уезжая, она оставила в Тре-Лома маленького мальчика. Теперь же перед ней стоял юноша.

«Он так похож на отца», — подумала Эстелла.

В детстве черты Пако были мягче, но теперь в нем отчетливо была видна кровь индейцев: крючковатый нос, черные глаза и иссиня-черные волосы до плеч, собранные в хвост. Пако был одет в кожаные штаны и простую рубашку, на ногах — сандалии. Посмотрев на его лошадь, Эстелла заметила, что брат опять скакал без седла.

— Не хочешь раздобыть себе лошадь получше?

— Мой бычок меня вполне устраивает, — ухмыльнулся юноша.

— А где Фабио? — Эстелла оглянулась.

Сын Марии иногда приезжал в Тре-Лома на каникулы.

— Он с Педро, хотел посмотреть на сахарный завод. Ты же знаешь, его интересует механика. — Он помолчал. — А ты что тут делаешь одна? Я и вчера видел, что ты сюда приезжала. Хочется побыть в одиночестве? Надоели ухажеры?

— Ты что, за мной следил? — опешила Эстелла.

Только этого ей не хватало. «Ну вот, эта малявка за мной еще и шпионит!» Впрочем, она понимала, что Пако малявкой уже не назовешь. Он стал парнем, который вот-вот превратится во взрослого мужчину: высокий, худощавый, с отличной мускулатурой, и к тому же еще и симпатичный. Эстелла подумала о том, интересуется ли ее братишка девушками, но затем осеклась. Пако всего четырнадцать, он слишком мал для этого.

— Ты что, не привязываешь свою лошадь? — спросила она, просто чтобы что-то сказать. — Что, если она убежит?

— Тогда придется идти домой пешком. — Мальчик ухмыльнулся.

Впервые за много дней Эстелла рассмеялась.

— Но она не убежит. — Пако подмигнул сестре. — Я рад снова слышать твой смех.