Как это женаты?! (СИ) - Вишневская Альбина

   Разговор  резко прерывается, когда в меня врезается Маргарита. Огромный живот девушки коснулся моего бедра, и я забыл, как дышать, когда нос уловил давно забытый аромат её духов.

    - Рит, ты посмотри, кто здесь, - фыркает Оля и рассматривает меня с ног до головы.

   - Я, что? Простите!

   Марго поворачивает голову, и наши взгляды встречаются.

   - Ой, я же попросила у мужчины извинения. Можем идти дальше, ничего же страшного не произошло? Нет? С вами всё хорошо?

   Я смотрю в её равнодушное лицо и не могу рот разлепить. Она издевается?

   - Девчонки, я купил вам по бутылочке воды.

57 глава

Марк

   За спинами  девушек появляется весёлый Николай, целует улыбчивую Полину, и только потом я замечаю, что на пальцах этих двоих сияют кольца.

   - О, Марк, какими судьбами? А я вот наших девчонок выгуливаю, всё никак не выберут малышам одежду, моя Полька ждёт не дождется рождения первенца. Это Рита у нас прагматичная дама, она не спешит с покупками,  и я её понимаю.

   - Коля, ты слишком много базаришь, - Оля фыркает и тянет Марго вперед, уводя её в сторону.

   - Прости мужик, было приятно тебя увидеть, но понимаешь ли, у нас свои планы.

   - Конечно, рад был встрече.

   Они очень быстро скрываются из вида. А я смотрю им в след и ни черта не соображаю. Случайно ощущаю на себе взгляд Уварова, он как-то пристально изучает моё лицо, напряжённо.

   - Ты кого-то увидел, что так изменился в лице?

   - Ты знал, что Марго беременна? – пристально изучаю его равнодушную маску-лицо и понимаю, что закипаю.

   - А ты не знал? – вопросом на вопрос.

   - Знал, то есть слышал, как она трепалась с Ольгой о беременности и Николае, но…

   Уваров  обошел меня и направился к выходу из этой части торгового центра. Стою и сверлю злющим взглядом спину друга, а ему по барабану, кутается в пальто и просто идет куда-то прямо. Я срываюсь с места и пытаюсь догнать, хватаю его за руку.

   - Что тебе известно? – не даю ему возможности вырвать руку из своей.

  - Что ты - кретин.

   - Чей это ребёнок? Ты же уже столько времени крутишься рядом с Ольгой, неужели эта балаболка ни разу тебе не вписывала крепких люлей за то, что происходит в жизни её подруги?

   - Говорить умеешь? Тогда езжай и говори, от меня ты ничего не услышишь, заниматься сплетнями – не для меня.

   - Святой?

   - Пытаюсь, но окружение не позволяет таким быть.

   - Давно в церкви исповедовался, грехи отпустили.

   - Неплохая идея, тебе не мешало бы тоже туда наведаться. – Голос Уварова становится холодным.

   - Ты мне друг? – Захожу с козырей.

    Если другу оказался вдруг… нет, слова этой песни не про Уварова. Потому что он сидит рядом со мной в воображаемом окопе и ждёт, когда же вернутся из поездки Ольга и Марго. Согласился помочь – радует, но молчит, как партизанин, требует решать проблемы от первого лица. Я устал пребывать в подвешенном состоянии.

    Сижу в автомобиле Уварова под домом Ольги и пытаюсь анализировать происходящее, неожиданно вспоминаю случай вовремя знакомства с её родней, когда Марго лопала соленые огурцы. От Вадима? Черт, я понимаю, что взорвусь.

   - Хватит сопеть, как паровоз, - бурчит Шурик, и блокирует мобильный, прячет его в карман, - я написал Ольге, что срочно жду её у дома с документами. Она сказала, что через несколько минут такси привезёт их сюда. Так что вали.

   - Спасибо.

   - Совет: не дури, а просто нормально поговори, даже если будет что-то не нравиться.

   - Почему вдруг такой совет? – пристально изучаю его выражение лица, он почему-то неожиданно отворачивает голову.

   - У тебя есть несколько минут, чтобы попасть в подъезд.

   Я действительно быстро вываливаю из автомобиля и бегу к подъезду, набираю код  и вхожу в середину, а так бы стоял под дверью. Немногословный Уваров удивительно быстро узнал пароль у мужика, который выносил мусор. Иду на пятый этаж и там жду загулявшую Маргариту. Ладони как-то странно вспотели, а во рту пересохло.  Вспоминаю её холодную, безразличную фразу в торговом центре и липкий пот покрывает спину. Такая же яркая, самодостаточная и с огромным животом. Это меня очень взбудоражило.

(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-144', c: 4, b: 144})

   Входная дверь глухо скрипит, захлопывается, срабатывает лифт, едет вниз, потом  возвращается обратно. А я поднимаюсь на площадку выше, не хочу пугать, лучше позвоню в дверь. Что и делаю, как только Марго закрывает дверь квартиры.

   - Оль, ты почему так скоро? Или что-то забыла?

   Дверь распахивается перед моим носом.

   - Мужчина, вы ошиблись квартирой, всего вам хорошего.

   Я не церемонюсь, отодвигаю Маргариту в сторону и вхожу в небольшую ярко освещенную прихожу, замечаю стремного цвета обои, но зачем мне эти детали?

   - От кого беременна?

   - Мне полицию вызвать? – крутит в руке мобильный, намереваясь набрать номер.

   - От кого беременна? Это ведь не от Николая? Я так понимаю, он на Полине женат.

   - Что? Какого Коли, ты рехнулся? – она ошарашено смотрит на меня, а потом начинает истерично смеяться, прижавшись спиной  к стене, смахивает слезу одной рукой, а вторую прижимает к животу.

   Её волосы выбиваются из-под шапки, которая легко сползает на глаза, Марго её стаскивает и ловко бросает на вешалку.

   - Хватит!  - Я злой, как сто чертей, кулаком стучу в дверь, и гул такой пошёл, что смех Маргариты внезапно прекратился, она икнула и прищурила глаза.

   - Пошел вон из этой квартиры, нам не о чем говорить, я – свободная женщина, ты – холостяк, будь хорошим мальчиком: наслаждайся и дальше своей свободой. Мне тебя не понять. И не хочу больше иметь что-то общее с тобой,  или ты думаешь, что так просто пять месяцев где-то бродил, а теперь тебе нужно что-то узнать? Странный интерес, и к чему здесь Коля? Хотя… постой. Если думать логически, то ты, получается…ты знал, что я беременна?

   Мать моя женщина. Из нее вышел бы неплохой детектив, с таким анализом и сопоставлением фактов. Я впервые не знаю, что ответить, и Маргарита внезапно прижимает ладошки к лицу, я даже не пойму, что происходит с ней: то ли плачет, то ли опять смеется.

   - Сколько месяцев ты беременна? – я так не могу, хочу побыстрее всё узнать и… даже не знаю, что я хочу услышать.

   - А сколько надо? - Расплывается в улыбке, поправляя волосы, проходит в глубь прихожей и снимает пальто, и только потом садится на пуф и пытается снять сапоги.

   - Вот что ты начинаешь, поговорить нормально нельзя?

   - Вот именно, Черкасов: нормально поговорить, это не про тебя. Ты когда-то где-то, что-то услышал, не проверил информацию, сделал свои, заметь, неправильные выводы, и разрушил всё, что таким трудом вроде бы строил, хотя, по сути, ты палец о палец не ударил, чтобы быть счастливым. Уваров прав: ты – маменькин сынок. Тебе все на блюдечке, а ты даже этим воспользоваться не смог. Уходи.

   Липкий пот на спине уже не выдуманный, он медленно расползается по коже, приносит дискомфорт. Я понимаю, что вот так просто ворвавшись обратно в жизнь Марго, не нужно гнуть свою линию, но я начинаю странно дрожать. Она специально держит меня в таком состоянии, мстит, режет холодными словами, как лезвием ножа, а во взгляде только презрение.

58 глава

Марк

   - Он – мой? – меня начинает пробирать дикая дрожь, слушать то, что я и так знаю, мне неприятно.

   - А чей? – её голос едва не срывается на крик. – Ты до сих пор не догнал? Если не Колин, как ты думал, а он не его, то чей тогда? Так, опять пауза…Ты думаешь, я ещё с кем-то была?  Да тогда ты вообще неисправимый идиот! Или…да, ладно, не думал ли ты еще тогда при знакомстве с родителями, что я беременна от Вадима?

(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-145', c: 4, b: 145})

   Прожигает насквозь, а не смотрит, я скоро превращусь в кучку пепла. Но не превращаюсь, потому что в мозгах стучит барабанной дробью: ребенок – мой. И как после всего то, что я сотворил своими руками, теперь жить дальше? И до моего феерического решения развестись Маргарита меня принимала только как секс-партнера, то теперь, спустя пять месяцев, она меня вообще на дух не переносит. И слова «на дух не переносит» это нежно сказано.