Чужеродный организм - Владимир Рамир

надписью «Бойлерная». Через несколько метров с правой стороны появилась и ушла в темноту ещё какая-то дверь. Сразу за ней – длинный ряд металлических шкафов с нарисованными на них молниями.

Дойдя до конца коридора, они остановились на развилке. Берестнев достал схему и посветил на неё фонариком.

– Нам налево, – сказал он шёпотом и двинулся дальше. Наташа повернула за ним. Впереди показалась серая двустворчатая дверь и когда они до неё дошли, Берестнев снова взглянул на схему.

– Там проходная комната, – сказал он. – Потом ещё немного – и выход.

– А что мы будем делать, если он закрыт? – с тревогой спросил Кашин.

– Давай сначала до него доберёмся. – Берестнев свернул схему, спрятал её в задний карман и посветил на ручки дверных створок. Тихо выругался: оказалось, что ручки скручены вместе проволокой. – Видишь, Петя, нам пока и здесь забот хватает.

Берестнев пальцами разогнул концы проволоки, раскрутил её и освободил обе ручки. Попробовал открыть дверь, но ничего не получилось.

– Не пойму… Замок там, что ли? – Он посветил в щель между створками. – Тогда зачем проволокой закрутили?

Снова взявшись за ручку, он с силой потянул её. Дверь скрипнула, но не поддалась. Берестнев упёрся ногой в стену и попробовал ещё раз. Послышался треск, с той стороны отскочила какая-то железка и звякнула об пол. Между створками двери образовался небольшой промежуток.

– Сейчас мы её… – Берестнев потянул с большим усилием, и ручка оторвалась вместе с шурупами, на которых держалась. – Блин.

Он отбросил бесполезную штуковину.

– Может быть, с той стороны какая-то задвижка? – предположила Наташа. – Давай я попробую.

Она просунула между створками пальцы, а затем и кисть руки. С той стороны нащупала что-то металлическое.

Похоже, в самом деле, задвижка. И, возможно, она уже наполовину открылась.

Наташа на ощупь нашла что-то вроде петли. Обхватила её пальцами и попробовала сдвинуть.

Трудно, но вроде бы получается.

– Может, тебе подсветить? – спросил Берестнев, удерживая створки так, чтобы они не прижали ей руку.

– А? Да нет, не надо.

Она сосредоточилось на задвижке, подталкивая её пальцами.

Так… Ещё чуть-чуть…

Бах! Удар страшной силы обрушился на дверь с той стороны. И тут же между створками просунулась мощная рука с когтями. Наташа едва успела увернуться.

– Назад! – крикнул Берестнев.

Наташа покачнулась. Сердце колотится. Ноги ватные. Она попятилась от двери. Берестнев схватил её за руку, оттаскивая. Дверь с надрывным скрежетом распахнулась, выпуская сразу нескольких монстров. Трое. Разъярённые, с автоматами в руках. Берестнев вскинул ствол и выстрелил. Пули прошили грудь и плечо ближайшего монстра, но он лишь покачнулся. Наташа отступила ещё на шаг назад. Берестнев снова схватил её за руку и потащил за собой в темноту. Вслед им грянули выстрелы, пули ударили где-то над головой. Наташа взвизгнула, летя по коридору.

Они добежали до развилки и остановились. Берестнев посветил фонариком в ту сторону, где они ещё не были: виден небольшой холл, обшарпанные стены.

– Сюда! – донёсся из темноты голос Кашина. – Я нашёл дверь!

Позади послышалось хрипение монстров и шаги. Наташа хотела оглянуться, но Берестнев потянул её дальше.

Темнота.

– Я здесь! – громким шёпотом окликнул Кашин.

Берестнев скользнул лучом и нашёл приоткрытую дверь, бродяга зажмурился от яркого света. Из коридора раздались выстрелы. Наташа почувствовала, что её буквально втолкнули в дверной проём. Проскочив следом, Берестнев закрыл дверь.

Наташа осмотрелась: на потолке еле светит лампочка, отбрасывая мрачные тени. Два письменных стола поставлены друг на друга. Разломанный стул. Слева от двери – большой металлический шкаф.

– Что это было?! – испуганно спросил Кашин. – Кто это? Откуда все эти чудовища?!!

– Заткнись! – прошипел Берестнев. – Уходим!

– Подожди. – Наташа вцепилась в угол металлического шкафа. – Помогите мне!

Берестнев сообразил, что она хочет сделать, и тоже ухватился за шкаф:

– Давай!

Наташа приложила усилие и почувствовала, как мышцы рук напряглись до боли. Тяжёлый, зараза! Скользят пальчики, скользят…

Ещё немного.

Шкаф завалился и гулко бахнул на пол перед дверью, прижав её.

Наташа смахнула с глаз чёлку.

Надеюсь, они не настолько сильны, чтобы вместе с дверью подвинуть и этот железный гроб.

– Всё, идём, – сказал Берестнев. Он проследовал через всё помещение и распахнул дверь в другом конце. Наташа вышла сразу за ним, а Кашин, как обычно, последним.

Они попали в длинный коридор: свет дежурных фонарей с улицы проникает сюда через оконца под потолком, отбрасывая на противоположную стену бледные квадраты. Более-менее видно, куда идти, только под ногами темновато.

– Давайте вперёд, а я, на всякий случай, сзади буду, – сказал Берестнев.

– А если там нас тоже поджидают? – спросил Кашин.

– Нет там никого. Бегом, бегом!

Наташа прижала к себе автомат и с осторожностью побежала вперёд. Кашин устремился за ней. Берестнев – замыкающим.

Метров через пятьдесят в коридоре стало почти полностью темно, и Наташа вновь перешла на шаг.

Только бы на полу не попался открытый люк…

Берестнев догнал её, включил фонарик и пошёл впереди.

– Зачем мы им? – спросил Кашин, задыхаясь от быстрого бега. – Мы же ничего не сделали!

Берестнев обернулся:

– Давай, давай!

– Я устал! Я так не могу! – Кашин хныкнул.

– Соберись! Добежим до конца и там отдохнём.

Где-то далеко позади раздался приглушённый звериный рык. И не очень понятно, откуда он донёсся – из-за стен дальних комнат или уже из этого коридора. Кашин оглянулся и заметно прибавил ходу.

Они вновь пошли по участку, освещённому фонарями с улицы. Под ногами вдруг стало влажно. Наташа взглянула на потолок: местами тот совсем осыпался, торчит обрешётка, а через трещины просачивается вода.

Дождевая, разумеется. А это значит, что над нами нет второго этажа. Возможно, это какой-то тоннель, соединяющий здания. Или он ведёт к ещё одному выходу наружу.

Она придержала автомат, чтобы тот не набил синяков, и вслед за Берестневым переступила лужу. Прищурившись, посмотрела вперёд: в самом конце коридора вроде бы светит лампочка. И можно различить нечто прямоугольное, похожее на дверь.