Охота за слоновой костью. Когда пируют львы. Голубой горизонт. Стервятники - Уилбур Смит

– Бог велик! – машинально произнес Мансур.

– Слава Богу, – согласился Кумра, и при этих его словах на «Мести» неожиданно резко повернули руль, поставив нос корабля по ветру. Все паруса «Мести» резко обстенились и задрожали.

– Ага! – воскликнул Кумра. – Барис увидел Обманщика и указал нам его положение.

– Выставить пушки левого борта и приготовиться к повороту направо, – приказал Мансур. Экипаж разбежался по боевым позициям, а Мансур продолжал смотреть на приближающийся «Арктур».

Корабль торжествующе несся к ним на всех парусах. Мансур увидел, как открылись крышки орудийных портов и с обеих сторон «Арктура» угрожающе показались стволы пушек. Повернувшись, Мансур прошел вперед, чтобы лучше видеть «Месть»: шхуна лежала в дрейфе прямо по курсу, ее пушки тоже были выставлены, шхуна готовилась к бою.

Мансур вернулся к рулю. Он остро сознавал, что с юта за ним внимательно наблюдает Верити. Девушка была спокойна, на лице никаких признаков страха.

– Я хотел бы, чтобы ты спустилась вниз, любовь моя, – негромко сказал он. – Очень скоро мы окажемся под огнем.

Она отрицательно покачала головой.

– Корпус корабля не защищает от девятифунтовых железных ядер. Я узнала это на собственном опыте, – ответила она с озорным блеском в глазах, – когда ты стрелял по мне.

– Я так и не извинился за свои дурные манеры, – улыбнулся он в ответ. – Это непростительно. Но клянусь, я искуплю свою вину.

– И, кроме всего прочего, отныне мое место рядом с тобой, а не под койкой.

– Я всегда буду ценить твое присутствие, – сказал он и снова повернулся к «Арктуру». Наконец корабль оказался на расстоянии уверенного выстрела. Теперь все внимание следовало уделить тому, чтобы «Арктур» не снижал скорости. Кумра ждал приказа.

– Поднять руль! – рявкнул Мансур, и «Дух» развернулся, как танцор. Неожиданно он встал бортом к «Арктуру».

– Так держать, пушкари! – крикнул Мансур в рупор. – Хорошо прицельтесь!

Один за другим командиры расчетов поднимали руку, докладывая, что готовы к стрельбе.

– Огонь! – крикнул Мансур, и бортовой залп прозвучал как раскат грома. Пороховой дым затянул палубу густым серым облаком, но его почти сразу унесло ветром, и моряки увидели один-единственный столб воды прямо перед носом «Арктура». Все остальные ядра попали в борт, пробив в нем дыры. Корабль словно задрожал от этих ужасных ударов, но продолжал идти вперед, не сбавляя скорости.

– Вернуть корабль на прежний курс, – приказал Мансур, и «Дух» легко послушался. Шхуна понеслась к поджидавшей ее «Мести». Находясь к ним носом, «Арктур» не мог отвечать бортовым залпом, но маневрирование стоило «Духу» почти всего преимущества, и враг теперь был всего в кабельтове за ним. Прогремело носовое орудие «Арктура», и «Дух» содрогнулся: ядро ударило в корму и пробило борт.

Кумра, прищурив глаза, смотрел вперед, но Мансур не видел никаких признаков Обманщика. Кумра приказал рулевому сделать поправку, и корабль повернулся чуть влево. Это расчистило линию огня для «Мести»: теперь она могла стрелять, не опасаясь задеть «Дух». «Месть» располагалась бортом к врагу и выстрелила из всех пушек, на мгновение исчезнув за облаками дыма.

Расстояние было большое, но некоторые снаряды все же попали в цель. Теперь «Арктур» был так близко, что Мансур слышал, как железные ядра словно тяжелым молотом разрывают бревна корпуса.

– Это полностью займет внимание Корниша, – сказала Верити; в наступившей после залпа тишине ее голос прозвучал звонко. Мансур ничего не ответил. Он с тревогой смотрел вперед.

– Где этот трижды проклятый Обман… – Он не закончил, увидев глубоко в воде прямо перед носом корабля яркие пятна, похожие на летящие снежинки. Это было так неожиданно, что на мгновение он растерялся. И почти сразу понял.

– Фузилеры! – воскликнул он. Это косяки мелких рыбок, которые здесь, на границе континентального шельфа, постоянно висят над подводными рифами. Стайки разлетелись от носа «Духа», и Мансур увидел в глубине, прямо на пути корабля, страшные темные тени, похожие на зачерненные челюсти. Кумра сделал шаг вперед, оттолкнул рулевого и взял руль в собственные заботливые руки, чтобы без вреда провести корабль.

Тени внизу приобрели более четкие очертания. Это были три гранитных рога, поднимающиеся снизу и на сажень не доходящие до поверхности, рога со столь острыми краями, что почти не создавали преграды течению и волнам. Этим и объяснялось отсутствие волнения на поверхности.

Кумра направил корабль прямо в середину зловещей каменной короны, и Мансур невольно затаил дыхание. Он почувствовал, как Верити, ища уверенности, взяла его за руку; ее пальцы болезненно впились в его мышцы.

«Дух» коснулся скалы. Ощущение у Мансура было такое, словно он галопом скачет по лесу и его рукава коснулась ветка. Палуба слегка содрогнулась под ногами, и он услышал, как гранитный рог разрывает бревна обшивки дна. Но «Дух» сразу высвободился и проскочил вперед. Мансур облегченно выдохнул, а Верити сказала:

– Еле проскочил! Не хотела бы я еще раз испытать такое.

Мансур схватил ее за руку, и они побежали на корму. И смотрели, как «Арктур» на полном ходу влетел в ловушку. Несмотря на ущерб, причиненный пушками, и почерневшие снасти, корабль был прекрасен: все его паруса наполнял ветер, а за форштевнем сверкала высокая, крутая белая носовая волна.

Ударившись о подводные камни, «Арктур» резко остановился, в одно мгновение превратившись из прекрасного грациозного существа в груду обломков. Его форштевень лопнул на уровне палубы, половина реев обрушилась вниз. Бревна под водой трещали и стонали, разбиваясь о камни. «Арктур» повис в воде, как продолжение рифа. Гранитные рога Обманщика глубоко вонзились ему в брюхо. Матросов со снастей выбросило, как камни из пращи, они посыпались в воду в половине пистолетного выстрела от корабля. Те, что стояли на палубе, покатились, ударяясь о мачты и фальшборт. Собственные пушки обратились против них, сорвавшись с креплений. Руки, ноги и ребра ломались, как травинки, черепа раскалывались, как яйца, упавшие на каменный пол. Экипажи шхун выстроились у бортов и с ужасом смотрели на это, чересчур подавленные, чтобы выражать свое торжество криками.

Мансур крикнул на корабль отца:

– Что теперь, отец?

– Мы не можем оставить Гая в таком состоянии! – крикнул в ответ Дориан. – Нужно ему помочь. Я иду туда на шлюпке.

– Нет, отец! – ответил Мансур. – Ты больше не можешь здесь оставаться. Твой корабль тоже поврежден. Отыщи безопасную гавань на острове Сауда, чтобы мы смогли отремонтировать подводную часть, прежде чем «Месть» затонет.