Охота за слоновой костью. Когда пируют львы. Голубой горизонт. Стервятники - Уилбур Смит

Как только рассвело, Мансур и Кумра поднялись на ют, к пушке. Фонарь на грот-мачте «Духа» освещал небольшой участок за кормой; когда поле обзора начало расширяться, все уставились в море в поисках «Арктура». И не напрасно. На фоне еще темного горизонта показался «Арктур», и Мансур едва сдержал возглас разочарования. Расстояние сократилось до одной мили, и «Дух» теперь оказался в пределах дальнего выстрела. Мансур, смотревший на корабль в подзорную трубу, увидел вспышку на его носу и столб белого дыма.

– Твой отец стреляет из носового орудия, – сказал он Верити. – Но на таком расстоянии вряд ли может причинить нам ущерб.

В это время с мачты послышался крик:

– Земля!

Мансур и Верити оставили корму и перешли на нос, чтобы посмотреть в подзорную трубу вперед.

– Ты превзошел себя, капитан, – сказал Мансур Кумре. – Если не ошибаюсь, прямо перед нами Рас-эль-Хад.

Они развернули на столике карту и всмотрелись в нее. Этот шедевр картографического искусства начертил сам Кумра, карта стала плодом целой жизни, проведенной на море.

– Где этот Кос-эль-Хеем? – спросил Мансур. Название на диалекте оманского побережья означало «обманщик».

– Я не обозначил его на карте. – Кумра ткнул циркулем в вощеную кожаную карту. – Кое-что лучше скрывать от мира. Но он здесь.

– Сколько до него хода? – спросил Мансур.

– Если ветер продержится, будем в час пополудни.

– К тому времени «Арктур» догонит «Месть».

Мансур посмотрел на вторую шхуну.

– Если Аллах пожелает, – покорно сказал Кумра, – ибо Аллах велик.

– Надо постараться заслонять «Месть» от огня «Арктура», пока не достигнем Обманщика.

Мансур отдал Кумре приказ, а сам прошел на корму, где возле девятифунтового орудия собрался расчет.

Кумра еще больше укоротил парус и замедлил ход, так что «Дух» оказался между «Арктуром» и «Местью». В это время носовая пушка «Арктура» дважды выстрелила. Оба ядра не долетели. Однако следующее ядро с плеском ушло в воду совсем рядом с «Местью».

– Отлично, – сказал Мансур. – Теперь можно попробовать ответить.

Он выбрал из ящика круглое ядро и покатал его ногой, проверяя симметричность. Потом старательно отмерил порох, а расчет тем временем тщательно протер ствол банником, чтобы удалить остатки пороха.

Как только пушка была заряжена, Мансур встал рядом с ней и следил за тем, как поднимается и опускается на волнах нос «Духа». Он рассчитывал необходимые поправки, чтобы компенсировать эти движения. Затем, держа в руке зажженный фитиль, встав подальше от казенника, стал ждать очередной волны. Когда «Дух» приподнял корму, как флиртующая девушка приподнимает юбку, Мансур поднес фитиль к горстке пороха. Приподнятый ствол добавит выстрелу дальности.

Пушка взревела и откинулась назад. Верити и Кумра следили за полетом ядра.

Несколько секунд спустя они увидели крошечный белый всплеск на поверхности темного моря.

– Недолет сто ярдов и на три градуса левее цели, – крикнула Верити.

Мансур хмыкнул и до предела подвернул винт возвышения. Снова выстрелили.

– Снова недолет, но на линии.

Пушка продолжала стрелять.

«Месть» присоединилась к бомбардировке. «Арктур» быстро приближался, паля из носовой пушки. Однако до середины утра ни один снаряд не попал в цель, хотя некоторые легли совсем близко. На усиливающейся жаре Мансур и расчет разделись по пояс, их тела блестели от пота, а лица почернели от порохового дыма. К стволу пушки невозможно было прикоснуться. Когда влажный банник опускали в ствол, поднимался пар. В двадцать третий раз за утро приготовились к выстрелу, и Мансур с особой тщательностью нацелил орудие. «Арктур» все увеличивался в размерах. Мансур подождал, пока нос корабля приподнимется на волне, и выстрелил.

Пушка отскочила и ударилась о крепления. На этот раз, как все ни напрягали глаза, всплеска не увидели. Но Верити увидела, как от носа «Арктура» разлетелись щепки, а одна из пушек упала с лафета и лежала, задрав ствол.

– Попали! Точно попали!

– Спасибо, мисс Верити! – рассмеялся Мансур и глотнул воды перед следующим выстрелом.

Как будто в отместку следующее ядро с «Арктура» упало за кормой так близко, что поднявшийся в воздух фонтан воды обрушился на них и промочил до нитки.

И все это время скалистый мыс Рас-эль-Хад выше поднимался из моря, а «Арктур» медленно нагонял их с кормы.

– Где этот Кос-эль-Хеем? – нетерпеливо спросил Мансур.

– Его не увидишь, пока он не станет уже опасным. Поэтому его так и назвали. Но вот его приметы. Белая полоса у подножия утеса, вон там. Скала с вершиной яйцеобразной формы слева от него, вон.

– Возьми руль, Кумра. Приведи корабль под ветер и немного потеряй ветер. Я хочу, чтобы «Арктур» еще больше приблизился, но так, чтобы это не выглядело сознательным шагом с нашей стороны.

Артиллерийская дуэль продолжалась. Мансур надеялся отвлечь Корниша от опасности впереди и позволить «Мести» уйти чуть дальше. «Арктур» продолжал приближаться, и спустя час Мансур разглядел в подзорную трубу фигуру и черты лица капитана, Рубинового Корниша.

– А вот и Гай.

Мансур собирался сказать «твой отец», но в последнее мгновение изменил выбор слов. Он не хотел подчеркивать близость любимой к врагу.

По сравнению с Рубиновым Корнишем Гай Кортни казался стройным и элегантным. Он переоделся в синий камзол с алыми отворотами, плотно облегающие белые штаны и черные сапоги, и даже в такую жару на голове у него была треуголка с поднятыми полями. Он стоял и смотрел на Верити. Лицо у него было суровое, и его смертоносная целеустремленность пугала Верити до мозга костей: она хорошо знала это настроение отца и боялась его как холеры.

– Кумра! – крикнул Мансур. – Где же твой Обманщик? Где Кос-эль-Хеем? Может, он тебе привиделся после трубки с гашишем?

Кумра взглянул на «Месть», которая медленно двигалась впереди. Она опережала их на четверть морской мили.

– Калиф, твой почтенный отец, уже почти на Обманщике.

– Не вижу никаких признаков.

Мансур внимательно разглядывал воду перед передовым кораблем, но волны шли ровной чередой, без всяких перерывов или изменений: Мансур не видел ни водоворотов, ни полосок белой воды.

– Потому он и называется Обманщик, – напомнил Кумра. – Он хорошо хранит свою тайну. Он погубил сотню кораблей или больше, даже галеру Птолемея, полководца и любимца могучего Искандера. И только по Божьей милости Птолемей спасся во время крушения.