Он сказал «нет» - Патриция Уоддел

– Очень даже неплохо, – с улыбкой ответила Кэтрин. – Мы помолвлены и собираемся пожениться.

– Пожениться?! – Сара подскочила на диване, как будто уселась на подушку с иголками. – Ты помолвлена с графом Грэнби? Боже мой... Так расскажи мне все побыстрее. Как он сделал тебе предложение? Стал на колени?

Кэтрин невольно рассмеялась.

– Мы встретились на дороге.

Сара с удивлением смотрела на подругу:

– Неужели ты познакомилась с ним, когда скакала верхом в своих ужасных бриджах?

– На мне была амазонка, – сказала Кэтрин. – Во всяком случае, в первый день нашего знакомства. Но граф, похоже, не возражает против бриджей. Мне кажется, они ему по душе.

Сара тоже рассмеялась.

– С Сайласом случится припадок, если я надену бриджи. Но, увы, я не такая храбрая, как ты.

«Но насколько хватит моей храбрости?» – подумала Кэтрин. Действительно, решится ли она рискнуть и выйти замуж за мужчину, который ни словом не обмолвился о любви? А если решится, то не обнаружит ли она в один прекрасный день, что находится в той же ситуации, что Вероника или Сара? Хватит ли у нее храбрости поверить, что им с Грэнби было суждено найти друг друга и их встреча на дороге стала зарождением любви?

И если не любовь, то что же зародилось между ними в то утро на поляне? Только лишь страсть? Или тогда к ним впервые пришло осознание того, что они действительно созданы друг для друга? Если так, то тогда стоило пойти на риск.

Глава 17

– Ты опять о чем-то мечтаешь, – проговорила Фелисити. Они с Кэтрин сидели в карете, катившейся в сторону Ипсуича.

– Я не мечтаю, а размышляю, – с улыбкой ответила Кэтрин. Но улыбка ее была вымученной. Чем меньше времени оставалось до встречи с женихом, тем чаще Кэтрин начинали терзать сомнения.

«Он любит меня. Он меня не любит».

Неизвестность ужасно угнетала.

– Сегодня вечером будет бал, – сказала Фелисити. – И лорд Грэнби официально объявит о вашей помолвке.

– А если нет? – пробормотала Кэтрин. – Если он передумал?

– Такие люди, как лорд Грэнби, не меняют свое решение, когда идет речь о подобных вещах. О твоей помолвке будет должным образом объявлено. Я предлагаю надеть платье из золотистой материи. Оно очень красивое, а ты должна выглядеть как можно лучше.

Впервые с тех пор, как она покинула Стоунбридж, Кэтрин позволила себе снять маску и проявить перед зорким взглядом тети Фелисити свои истинные чувства.

– Как жаль, что с нами нет папы. Кроме вас с графом, я там никого не знаю.

– Ты быстро со всеми подружишься.

Кэтрин пугало не отсутствие знакомых лиц, а то, что она собиралась совершить самую большую ошибку в своей жизни или уже совершила ее, влюбившись в мужчину по имени Нортон Рассел Фоксхолл. Когда карета остановилась перед Бедфорд-Холлом, ее нервы были на пределе. Кэтрин говорила себе, что не следует волноваться, что у нее нет оснований бояться графа, однако ей не удавалось уговорить себя.

И не удавалось справиться со своими чувствами, увы, она была безнадежно влюблена в лорда Грэнби.

Дворецкий открыл дверцу кареты и помог выбраться тете Фелисити. Затем подал руку Кэтрин. Спустившись с подножки экипажа, девушка осмотрелась и тут же увидела высокого темноволосого мужчину с добрыми карими глазами. Почему-то она сразу догадалась, что перед ней маркиз Уолтем, хозяин поместья.

– Добро пожаловать в Бедфорд-Холл, мисс Хардвик, – с улыбкой сказал маркиз. – Позвольте представить вам мою супругу, леди Уолтем.

Жена маркиза, довольно привлекательная светловолосая дама в роскошном атласном платье, приветливо улыбнулась девушке.

– Добро пожаловать в Бедфорд-Холл, мисс Хардвик. Я так рада, что вы приняли наше приглашение.

– О, я рада, что вы пригласили меня, – ответила Кэтрин. Она окинула взглядом особняк: – У вас чудесный дом, леди Уолтем.

– Заходите же, – сказала маркиза. – Я уверена, что вы хотите немного перекусить. Путешествие из Глостершира не из легких.

– Двое суток в карете, – кивнула Кэтрин. – Я бы с удовольствием выпила чашку чая.

Фелисити сообщила ей, что многие гости приедут на следующий день. Праздничная неделя должна была открываться балом, на котором обещали присутствовать почти все друзья маркиза. Граф Грэнби являлся одним из ближайших друзей хозяина, и это значило, что он, наверное, уже прибыл в поместье или вот-вот появится.

Кэтрин поднялась следом за тетей по лестнице Бедфорд-Холла – особняк был расположен на живописном побережье Ла-Манша, и со ступеней открывался прекрасный вид. Их сразу же провели в комнаты, и оказалось, что Кэтрин и Фелисити будут занимать смежные покои. Кэтрин подозревала, что тетя сама попросила предоставить им эти комнаты, чтобы предотвратить повторение того, что произошло в Стоунбридже в спальне графа.

После чая тетя решила немного вздремнуть, Кэтрин же уселась на широкий подоконник, где для удобства лежали подушки. Хозяева поступили мудро, решив не драпировать окна тяжелыми шторами. Вместо них они повесили прозрачный кружевной тюль, через который можно было без помех любоваться морем.

Вскоре Кэтрин почувствовала, что ее волнение немного улеглось. За открытыми окнами волны беспрестанно набегали на берег, и это зрелище очень успокаивало. И еще больше успокаивал рокот прибоя – Кэтрин казалось, что она могла бы бесконечно слушать эту чудесную музыку моря.

В какой-то момент Кэтрин вдруг поняла, что ей не терпится увидеть Грэнби. Причем желание увидеть его с каждым мгновением становилось все сильнее.

Время шло, солнце опускалось к горизонту, а Кэтрин по-прежнему думала о мужчине, которого любила. Да, она любила его. Теперь в этом уже не могло быть Сомнений.

Наконец тетя Фелисити проснулась, и они начали готовиться к вечеру. Им помогала Мэри, сопровождавшая их камеристка тетушки, так что они управились довольно быстро.

В последний раз взглянув в зеркало, Кэтрин взяла Фелисити под руку, и они направились к лестнице. Гости собрались в зале в восточном крыле дома, оттуда несколько дверей выходили на просторную каменную террасу.

Переступив порог зала, Кэтрин осмотрелась и почти сразу же увидела графа.

– Бог мой, Грэнби, только не говори мне, что эта красавица – она.

Эти слова произнес мужчина, стоявший рядом с ее женихом, и он чем-то очень походил на графа, во всяком случае, у обоих были светлые волосы, голубые глаза, и оба были на редкость хороши собой.

Кэтрин остановилась, завороженная взглядом графа. Он с улыбкой подошел к ней и сказал:

– Вы чудесно выглядите.

– Милорд... – Кроме этого, Кэтрин не смогла выговорить ни слова. Граф смотрел на нее так, словно готов был заключить в объятия и поцеловать.