Загадка Белой Леди - Дмитрий Вересов

– Но…

– Ему кажется, что это слишком просто. Он, как и все, думает, что настоящие убийцы действуют с изощренной силой ума. В то время как на самом деле всегда происходит ровно наоборот. С изощренной силой ума действуют следователи. – Балашов произнес эту тираду по-русски, но, увидев лицо уже окончательно сбитого с толку Жака, повторил ее на французском, добавив: – Милейший, вы знаете, у нас, русских, есть такая поговорка: один дурак спросит, сотня мудрецов не ответят.

После этих слов Балашов, оставив пораженного Жака сидеть с открытым ртом, снова исчез за кустами вербены, продолжая тихо говорить о чем-то своем.

«Этот несчастный клерк на редкость податливый тип, – подумал Робертс, – должно быть, был у себя в Англии вполне респектабельным семьянином». В общем, пока он был доволен происходящим. Инспектор особо не лез в те дела, которые не касались его компетенции, персонал работал исправно и вел себя крайне предупредительно, все пациенты тоже как-то несколько попритихли и практически не покидали своих апартаментов, делая исключения лишь для принятия пищи и большей частью лишь в сопровождении кого-нибудь из персонала. Всякая возможность нового преступления была исключена, отчасти также и благодаря присутствию на территории пансиона полицейского капитана.

«Как быстро и легко согласился Фредди не рассказывать инспектору ничего об обнаруженных им лишних ногах и отвечать только на его вопросы. Ему явно понравилось, что у нас с ним есть общая тайна, и уж никому, особенно полицейскому, он не проронит о ней ни слова», – снова подумал доктор Робертс, вспоминая, как обычно, все подробности утреннего посещения своих подопечных.

Полчаса пролетят быстро, и доктор, привычно перебирая рабочие документы, мысленно уже предвкушал, как они со Смитом вместе посмеются над тем, что инспектор еще так ничего и не знает. Вдруг внимание его привлек звук торопливо приближающихся шагов, и дверь в приемную распахнулась.

– Доктор Робертс у себя? – донесся взволнованный голос сестры Марты.

Робертс машинально взглянул на часы: до конца допроса оставалось еще около десяти минут. «Неужели что-то случилось с миссис Хайден?» – грозной молнией промелькнуло у него в сознании, но голоса в приемной снова отвлекли его.

– Да, у себя. А что случилось? – было слышно, как дежурная отодвигает стул.

– Убили… убили…

– Как?! Кого?!

Робертс мгновенно вылетел из-за стола, опрокинув кресло, едва ли не одним прыжком подскочил к двери в приемную, распахнул ее и с порога выпалил прямо в лицо двум вытянувшимся перед ним перепуганным сестрам:

– Миссис Хайден?!

Какое-то время в помещении царило тягостное молчание, нарушаемое лишь возбужденным дыханием троих крайне взволнованных людей.

Но вот сестра Марта наконец собралась с духом и проговорила на едином дыхании:

– Нет, доктор, мисс Джину…

– Джину Фоконье?!

В приемной вновь повисла тяжелая пауза недоумения.

– Где? Когда? Кто? – наконец заставил взять себя в руки Робертс, вышел из кабинета и захлопнул за собой дверь, всем своим видом демонстрируя, что готов немедленно проследовать на место преступления.

– Там, в парке, у вигелии, недалеко от беседки, – заторопилась сестра Марта, тоже направившись к двери. – По всей видимости, это произошло совсем недавно, потому что когда я нашла ее, она была еще совсем теплой. Миссис Хайден как раз прилегла, и я по ее просьбе отправилась в столовую за кинни, и вдруг… – тараторила на ходу сестра, уже едва поспевая за доктором по дорожкам парка.

– Опять удушение?

– Да.

– А где инспектор?

– Я его не видела… Вот она, доктор. В кустах.

Из кустов виднелись одни только непривычно белые для этих мест ноги. Юбка высоко задралась, обнажая узкий треугольник розового белья.

«Надо же, не успела даже загореть», – машинально подумал Робертс, склоняясь над телом. И вдруг в его сознании всплыли слова миссис Хайден: «Сначала я увидела только ноги, в полутьме они были такие странно белые… Они свешивались с моей кровати, а наверху темнел такой треугольничек…»

Рука Робертса невольно потянулась поправить юбку, но он сдержал себя, решив, в отличие от своей пациентки, до прихода инспектора оставить все в том виде, в каком застал сам.

– Надо же, прямо среди бела дня, – озабоченно выдохнул доктор, осматривая труп молодой женщины. – Сестра, немедленно разыщите инспектора и приведите его сюда.

«Кто, кто же мог это сделать? – лихорадочно соображал он. – Все пациенты находятся под наблюдением и не выходят из своих коттеджей. Или все же кто-то нарушил запрет?» И вдруг доктора Робертса, словно удар грома среди ясного дня, оглушила простая и ослепительно яркая мысль: «Миссис Хайден! Здесь из этого одиозного Ордена Иллюминатов только она одна. И она написала об убийстве… поставив в конце рукописи этот жуткий знак. А потом пригласила к себе малышку для разговора и… Да, конечно, она не могла не ревновать ее… И сейчас она опять оставалась без всякого присмотра. Причем именно в это время сама попросила Марту ненадолго оставить ее… Что же, неужели инспектор прав, и я чертовски наивен для человека своей профессии?! А вот и он, легок на помине. Как говорит мой русский дипломат, это означает – долго будет жить. Черт бы его побрал!»

– Итак, доктор, круг сужается, – с каким-то едва ли не самодовольным видом пробурчал Ковальски, приближаясь к месту убийства вместе с сестрой Мартой. – Я уже допросил ее, – продолжил он, пристально взглянув на сразу же смутившуюся девушку, – и судя по ее рассказу – а эта милая девушка, к счастью, врать не умеет, и я вижу это вполне отчетливо, – у вашей хваленой миссис Хайден было вполне достаточно времени для того, чтобы успеть дойти до места убийства и обратно, пока сестра ходила в столовую. Как вы видите, кувшин с напитком так и стоит до сих пор около кустов.

Только теперь Робертс и в самом деле обратил внимание на стоящий неподалеку кувшин и тут же посмотрел на сестру Марту. Та сразу покраснела и засуетилась.

– Ой, и в самом деле, я про него совсем забыла, – девушка подбежала и схватила кувшин.

– Он уже успел нагреться, – все так же самодовольно продолжил инспектор, положив ладонь на стенку растерянно поддерживаемого девушкой сосуда, – а значит, стоит здесь не менее пяти минут. Сейчас мы все вместе пойдем и отнесем его миссис Хайден и заодно посмотрим, сколько нам понадобится времени, чтобы дойти отсюда до ее коттеджа, а также на ее реакцию.

Робертс стоял и растерянно переводил взгляд с сестры на инспектора и обратно. Ему нечего было сказать. В следующее же мгновение оба мужчины двинулись по дорожке следом за перепуганной Мартой.

– Но это невозможно… – начал было Робертс, однако натолкнулся на ледяной взгляд инспектора, который, казалось, так и говорил ему: «Как вы наивны, док», и осекся.

– В этом мире нет ничего невозможного, милый доктор, – едва ли не фамильярно ответил ему инспектор. – К тому же, – решил вдруг он еще более подавить этого самоуверенного не то психолога, не то психиатра, – вам тоже, дорогой док, еще предстоит доказать, действительно ли вы не отлучались в последние полчаса из вашего кабинета. Раз вы так стоите за то, что эта маньячка не могла совершить убийства, то либо вы с ней в сговоре, либо сами являетесь маньяком. Или покрываете кого-то из персонала? – Доктор растерянно посмотрел в глаза наглого представителя власти и ничего ему не ответил. Тот же, почувствовав свое полное превосходство, самодовольно продолжил: – Боюсь, как бы вам не пришлось закрыть свой рай, док. Во всяком случае, хорошенько подумать о методах лечения. Например, я, доктор, посоветовал бы вам впредь хорошенько изучать прошлое своих пациентов, прежде чем браться за их лечение, а не надеяться только на свой профессиональный глаз. В каждом деле есть своя веками отработанная методика… Впрочем, вот мы и пришли. Как видите, нам понадобилось на это всего три минуты, при том, что бегом мы не бежали. Итак, миссис Хайден выходит через три минуты после сестры, идет по дорожке, встречает мисс Джину, одну минуту они разговаривают, затем еще одну минуту или две она тратит на то, чтобы ее задушить. В это время сестра Марта уже выходит из столовой и двигается обратно. Однако до столовой нужно идти еще столько же, не так ли, доктор?

– Да, до столовой примерно такое же расстояние.

– Вы видите, это происходит на полпути. Таким образом, когда сестра Марта оказывается около трупа, который еще тепл, – при этих словах инспектор снова многозначительно посмотрел на сестру Марту, и та мгновенно потупилась, – миссис Хайден уже вновь входит в свой коттедж, как вы изволите называть этот бокс, доктор. И я совсем не удивлюсь, если сейчас, – закончил он, взявшись за ручку двери, – мы найдем ее мирно спящей в своей постели. Прошло целых пятнадцать минут после того, как она вернулась. Вполне можно успеть заснуть, удовлетворив свою похоть.