Рыжий и черный - Татьяна Лаас

или Шутнику не хватило сил бороться с гранд-мастером. В общем, у кого-то из двоих проблемы с силами… Надо узнать, как было у Элизабет. Где, кстати, описание с места происшествия? Снимки когда будут готовы?

Алистер лишь вздохнул, порылся в бумагах и показал пальцем скупые строчки, где рукой Брока было написано, что опасное место ликвидировано.

— Бешеные белочки, серьезно?! — не сдержалась Вик. Брок каждый раз её потрясал своими возможностями и своими действиями. Она не могла его предугадать. Это же надо — он собственными руками уничтожил место происшествия. А вдруг там было что-то важное.

Алистер подтвердил её опасения:

— Увы, ни осмотра, ни самого места происшествия у нас нет.

— Вот же… Даже не знаю, хвалить Брока за талант или ругать за предприимчивость.

— Делать выговор, — сурово сказал Алистер. — Иногда важно думать, прежде чем что-то делать.

Он принялся аккуратно складывать листы бумаги обратно в папку:

— Виктория, версии какие-нибудь есть? Потому что у Грега и Брока была версия про галлюциногены и амулеты. — он впервые пригубил свой чай, выпивая чуть ли не полчашки сразу. Видимо, очень хотел пить после тренировки.

Вик дернулась, уже понимая:

— Они что подозревают новый фиксатор?

Алистер не сдержал смешка:

— Именно. С одной стороны — мы знаем по делу Чернокнижника, что так делать можно: прятать амулет в механите. Еще в качестве довода за эту версию то, что визуалофиксаторы — новый механит, его возможности никто не знает. И побочные влияния тоже. Против то, что никто не знал, кому конкретно из констеблей достанется каждый из механитов. Их прислали из Вернии по приказу принца Анри и тут же раздали — вмешаться никто, даже из свиты самого принца, не успел бы. Да, у принца Анри почти все в свите механики, но не маги.

— Ренар Каеде маг, — напомнила Вик. — Хотя он только влился в свиту принца, ему не за чем вмешиваться в механиты… И кто рискнет своим механитом, отдавая его на исследование?

— Грег уже отдал свой сестре с просьбой покопаться в нем. К вечеру, быть может, будет результат.

— Думаю, отрицательный, — сказала Вик. — Слишком очевидно после дела Чернокнижника.

Алистер согласился с ней:

— Вероятнее всего. Галлюциногены вычеркиваем. Амулеты — под большим вопросом. Остается одно — некий маг с демонически огромным запасом эфира и склонностью к диким выходкам.

На слове «демонический» Вик скривилась — нельзя было отрицать очевидного: лоа, прицепившийся к Эвану, любил пошутить. Одно его сидение в гексаграмме чего стоило. И как демон, лоа мог и, главное, должен лгать. Алистер тем временем продолжил:

— Я запросил списки прибывших в последние дни в город. По сведениям пограничного отдела в Аквилиту не прибывал маг такого уровня. Он же будет светиться как электрическая лампочка среди окружающих. Запрос на отслеживание сильных магов уже разослан во все отделения. Даже если это кто-то местный и занимается незаконными ритуалами по увеличению эфирного ранга, или это спонтанный скачок какого-нибудь кузнечика, то есть хаотика, из низшей ступени сразу в мастера — вы его вычислим. Он не сможет долго скрываться от полиции. Он же должен светиться, как праздничная елка… Больше у меня никаких мыслей нет. А… Твои версии? — снова напомнил Алистер.

Вик мрачно призналась:

— Пока особо никаких. Я не вижу смысла в происходящем. Не вижу объединяющей идеи, выгоды, цели данных происшествий. Для чего-то же это делается? Не просто же похихикать в уголке над подчиняющимися иллюзии людьми. Зачем Грега заставили вспомнить Чинд? Может, конечно, шутник предполагал, что тот потеряется в катакомбах. Или сорвется с обрыва в Ривеноук. Или что-то еще.

— Или ему нужен был Грег в магическом истощении, — предположил Алистер.

Вик пожала плечами:

— Пока в выигрыше только тот, кто убил Игрек-три. Если он из Аквилиты, то ему будет проще добраться из Танцующего леса обратно в город. Если он рискнет, конечно, полезть в катакомбы. Но это предположение из разряда бреда, если честно. Не обращай внимания, серж — моя голова так устроена, что периодически фонтанирует бредом.

Алистер улыбнулся:

— Не бредом. Только ты смогла увязать садистов-особистов и похороненных на Оленьем острове женщин. И украденные газеты с контрабандой потенцозема.

Вик грустно улыбнулась:

— Скажешь тоже — там как-то само зацепилось, а тут пока никакой связи не прослеживается. — она потерла висок. — Грег: Чинд, больше десяти лет назад, путь под Аквилитой, чуть не сверзнулся в реку. Скатился в магическое истощение. Ничего не забыла?

— Нет.

Она сделала последний глоток чая:

— Тогда Брок: «Веселая вдова», пять лет назад, слава в газетах, нет магического истощения, меня не задело эфиром, хотя должно было. Что-то еще?

— Нет, все так. Хотя Брок может что-то недоговаривать.

Вик поджала губы:

— Если он что-то недоговаривает, то мы вообще не найдем связи. Элизабет: катакомбы — снова, как и у Грега. События прошлой осени. Чуть не умерла. Стала эфирницей. Эээ, магическое…

Алистер вздрогнул:

— Подожди, подожди… Где же оно… — он принялся искать в бумагах. — Вот!

Он подал Вик лист:

— Смотри, Грег заметил, что эфир буквально исчезал в лере Элизабет. Он дал распоряжение расспросить Дейла и адера Дрейка по поводу поведения эфира у тебя сразу после потенцитового отравления в Серой долине.

Вик удивилась:

— А почему расспрашивать их, а не меня?

— Я тебя сейчас расспрашиваю, — невозмутимо сказал Алистер.

И ведь не возмутишься — и правда, расспрашивает. Вик принялась вспоминать события лунной давности:

— Первые дни — да, эфир просто вытягивало, мне его не хватало — я думала, что это из-за того, что траты сильно возросли: ограбление в поезде, траты на лечение себя, леры в поезде, Томаса Дейла, удержание воздушного щита на площади Танцующих струй… Да, ощущение было именно такое — эфир куда-то просто улетал. А вот в катакомбах было иначе — там эфира было так много, что удержать его не было сил.

Алистер неожиданно мягко сказал:

— Там был силовой шторм — его невозможно сдержать и контролировать, Виктория. Там как раз все ясно. Значит, в состоянии эфира леры Элизабет нет ничего подозрительного.

Вик осторожно заметила:

— Возможно. Всегда есть вариант, что мы что-то не так понимаем, например, смотрим не под тем углом. Мышление некоторых преступников искорежено, связи в действиях, в словах, поступках очевидны для них, но не для нас. — Слово «демонический» все еще волновало её, недаром Эван первым делом после случившегося с Грегом направился к инквизитору, и Вик призналась: — Ты не в курсе… Но лоа, которого вызвали первым… В Олфинбурге… Тот, который питался душами задушенных лер, выжил. Он сильно ослаб, отрицает свою связь со случившемся, но он заметно