Взрослая дочь - Саша Ройс

хочу, чтобы мой сын, когда он появится на этот свет, наблюдал подобную схему. Я не хочу, чтобы его использовали в своих играх люди. Этого не будет. И я сделаю всё, чтобы он продолжил тот же путь, которым иду я.

- Ты слишком самоуверен, Солор!

- А мне плевать кто, что думает обо мне. Это моя жизнь, и ей распоряжаюсь, только я!

- Отец скучает по тебе.

- Я заметил, как он скучал по мне всё двадцать шесть лет моей жизни и позволил другому человеку измываться надо мной, в то время как ты рос в любви, ласке и заботе.

- В тебе говорит обида.

- Вне сомнений, но и голос разума тоже слышен здесь и сейчас! Из-за надежды, которую когда-то Ариф подарил моей матери, она сошла с ума. Она до последнего думала, что они будут вместе. В её заражённой дурной мыслью голове созревал страшный план по устранению твоей матери, Сулейман. Так что можешь сказать мне спасибо и убираться восвояси, - решительно излагаю я.

Кайшат медленно поднимается на ноги.

- Я надеюсь, твоё сердце когда-нибудь успокоится, и ты захочешь возобновить отношения со мной и отцом, - ровно замечает он.

При этих словах гостя не могу сдержать скептическую усмешку.

- Ждать придётся долго, - поднимаюсь и я.

- Одиночество – не лучший друг, - продолжает сыпать умными фразами мой единокровный брат.

- Зато верный советчик.

- Мне жаль, что ты сделал такой выбор.

- А мне нет! Я не слуга ни тебе, ни твоему отцу. Прощай, Сулейман!

Посмотрев на меня задумчиво и долго, Кайшат изрекает напоследок:

- Пока.

В груди неприятно саднит, но я понимаю, что сделал правильный выбор. Я не хочу, чтобы мои дети впоследствии оказались вассалами семьи Кайшатов. Чёрта с два!

* * *

Один из вечеров Николь и Солора около камина

Солор

Лежа на шкурах животных валетом каждый из нас с Николь думал о своём. Я задумчиво водил рукой по обнажённой стопе девушки, рисуя хрен пойми какие узоры. На душе что-то висело, но я не мог понять, что за груз это был.

- Я хочу быть свободным, - выдохнул вверх слова-признания.

Николь

Знала, что он это скажет. И, наконец-то, услышав их, эти слова, мне становится легко.

Солор

- Я не хочу жениться, - в который раз скольжу пальцем по своду стопы Ники.

Слышу, как она шевелится, наклоняя голову так, чтобы видеть меня.

- Если ты о том, что это не совпадает с моими планами, то нет, у меня нет пункта по этому вопросу.

- Уверена?

- Уверена, - принимает прежнюю позу.

- Потом не пожалеешь?

- Не пожалею.

Николь

Хорошо, что мы тронули эту тему. Меня аж отпустило.

Поднимаю руку и опускаю её на ногу Солора.

- Всё дело в наших родителях. Ни один из них не смог построить отношения, которые бы увенчались успехом. Поэтому нам лучше просто жить и учиться их строить самим. Мы оба с тобой неидеальные.

- Это точно, - грустно смеётся Солор, качая мою стопу из стороны в сторону, – но, если тебя будет что-то не устраивать, скажи мне, Николь, и мы вместе попытаемся найти выход.

- Обязательно скажу, - подтягиваюсь и принимаю сидячее положение. – Но сейчас я хочу сказать тебе, Солор, что ты прав в своём решении. Поэтому не сомневайся и не мучай себя, если вдруг ты задумаешься, что поступил по отношению ко мне не так. Мне раньше было страшно жить. Просто поднять голову, - протяжный вздох вырывается из моей груди, - а теперь во мне расцвела уверенность, и с тобой я ничего не боюсь! – смотрю на него, и уголок моих губ плавно ползёт вверх.

- Какая ты послушная! – иронизирует он.

Солор

- Кто-то из двух баранов, встретившихся на мосту должен уступить дорогу, иначе можно так от упрямства элементарно умереть! – посмеивается она, а я ей мщу беспощадной щекоткой, чуть приподнявшись.

- Солор!

- Ники…

- Всё, ты главный! Главный, - прерывисто дыша, сдаётся она.

- Мы договорились? – завершаю я.

- Да. Да!

Опускаю затылок на шкуру.

- Чем ты хочешь заниматься дальше?

- Хочу уйти в юридический отдел, если ты не возражаешь. Буду переводить договора.

- А может, я помогу тебе открыть своё дело, Ники?

- Своё дело? Я тебя умоляю, во мне и нет даже самой жалкой деловой жилки. Я просто всё всем раздам! – подчёркивает она.

- Ладно, - держась за ногу Николь, высказываю своё одобрение, - можешь работать с юристами, но иногда я буду брать тебя с собой в качестве переводчика и… просто, чтобы я не помереть от скуки! – переворачиваюсь и накрываю её сверху.

- Как скажешь, мой упрямый босс! – выдыхает она почти мне в губы.

Думать о делах желание испаряется, и я быстро и ловко высвобождаю пуговицы на одежде Николь. До уха моего доносится тихий и возбуждающий стон. Она закидывает ногу на мою нижнюю часть ноги, и призывно скользит по ней, говоря на языке тела, что она тоже хочет. Стискиваю руками талию Ники, поднимаюсь выше и поочерёдно захватываю всей ладонью спрятанные под слоями одежды нежные холмы. Тут уже я не могу подавить предвкушающий стон. Поднявшись на колени, принимаюсь срывать с себя одежду.

* * *

День рождения сына

Солор

До знаменательного для меня события я прибыл на греческий полуостров за несколько дней. С Адель я виделся каждый день по два-три часа, а сам проживал на вилле партнёра по бизнесу.

Она была рада, что я передумал, однако открыто меня не спешила благодарить, так как действительно боялась, что я отменю всё назад до последнего часа до начала родов. А как начались схватки, слов она уже не выбирала.

Слава Богу, это были не стремительные роды. Я успел спокойно приехать, переодеться и не без удивления отметил, что медицинская форма мне к лицу.

- Спокойно, детка! – сопровождаю я Адель, попутно не упуская возможности, подтрунивать над ней, хотя бы в самом начале кропотливого пути. – Ты в руках суперпрофессионала!

На что впадающая в болезненные схватки бывшая отвечает мне мычащим рыком. На языке инстинктов незримо угадывается зашифрованная в этом звуке фраза: «Заткнись, Солор! И так тошно!»

Ну что ж, милая Адель, ты ведь так хотела устроить свою жизнь за счёт меня, а ради этого придётся потрудиться. Ноги ты уже раздвигала,