Взрослая дочь - Саша Ройс

Ибрагим любил порой громко поругаться, не отказывал себе в удовольствии покричать на жену, на меня, но и прислуге нередко доставалось, притом совершенно за пустую провинность.

Не сразу замечаю семенящего за собой Стефана, который тащит в руках тонкий джемпер для меня. Некогда ждать, врываюсь в комнату матери.

Робкие служанки отскакивают от неё, при моём появлении и едва ли не по стеночке уходят прочь. Только эта дерзкая девчонка Мариса ничуть не смущается меня, ещё и прикрикивает:

- Почему вы так долго?!

Мать моя сидит на ковре в полуобморочном состоянии, а горничная с гонором стоит около неё на коленях и, обнимая одной рукой, удерживает сидячее положение Маргариты Витальевны. Второй – она бережно держит обмотанную обычным полотенцем из ванной пораненную руку моей родительницы. Судя по пятнам крови – рана действительно глубокая.

- В больницу? – шепчет рядом преданный слуга.

- Нет. – Скандала нам ещё не хватало, тем более, накануне торжества в доме родного отца. - Вызови нашего семейного врача. Пусть зашьёт рану и вколет лошадиную дозу успокоительного, - глядя на разнесённую комнату и родительницу, выдаю я.

Изнутри меня охватывает мелкая дрожь.

Видимо, место Ибрагима в моей жизни никогда не будет пустовать. Теперь его занимает моя собственная мать.

- Сынок… сынок… - вяло перекатывая голову с плеча на плечо, стонет она. – Сынок, прости меня…

Дура.

Неожиданно мой взгляд встречается с дерзким взглядом Марисы. Что ей нужно от меня? Я ей что-то должен?

Презрительно глядит на меня и упрямо поджимает губы.

Ну, ты сама напросилась! А у меня от вспыхнувшей идеи, отступает гнев.

Я терпеливо жду врача. Когда он приходит, даю распоряжение остаться с ним и матерью Стефану и другой служанке. А я, подхватив Марису под локоток, вывожу её в коридор.

- Господин Солор… - сверкая глазами, хочет высказать опять свои претензии. Достала!

- Заткнись! – шиплю я и веду её в подсобку, где хранится инвентарь по уходу за домом. Запихиваю горничную туда. Оглядевшись и убедившись, что никто нас не видел вместе, сам захожу следом и защёлкиваю дверь.

- Что вы задумали? – вдруг забеспокоилась девушка.

- Ничего такого, на что бы ты не напросилась! Раздевайся, - киваю на неё.

- Госп…

- Заткнись! Раздевайся, сказал.

Смотрит на меня теперь обалдело, раньше надо было думать, кого задевает.

- Впрочем, и так сойдёт, - жестко хватаю её за локоть и подвожу к высокому, но небольшому столу. Грубо укладываю девку на живот. Говорю ей пару «ласковых» слов, ненадолго нагнувшись к ней, выпрямляюсь и без лишних церемоний задираю юбку и сдвигаю трусы.

Воплотив свою идею и сняв эмоциональный напряг, шумно выдыхаю. Вытираю руки бумажными полотенцами, которых в подсобке оказалось в избытке. Поправляю штаны.

- Ты уволена, - сопровождаю новость для горничной громким шлепком по мягкому месту.

- Господин Солор... – всё же рискует вякнуть она. Нет, не жалко и не обижено, а уже якобы претендуя на что-то.

Интересно на что такая девушка в моей жизни может претендовать?

- Я всё сказал. Стефан тебя рассчитает. И чтобы через пять минут духу твоего в моём доме не было! Поняла?

Глава 58.

Николь

Меня охватывает озноб. Надеваю теплую пижаму, кутаюсь в одеяло и лежу, трясусь.

Я не чувствую, что заболеваю, нет. Меня всю охватывает от ужаса, который происходит в жизни Солора. Как он это выдерживает? Лично я уже готова сдаться. Это невыносимо для среднестатистического человека. Там одно событие надолго выбьет его из колеи, а здесь одно испытание стремительно сменяет другое. Я бы не смогла… Точно не смогла бы… Он сильнее меня.

Прижимаю одеяло к подбородку. Скрючившись в позе эмбриона, долго так лежу, теряю ход времени и способность уснуть.

Когда дверь стала двигаться, всё ожило внутри, появилось желание, скорее впиться взглядом в лицо Фаделя. Кажется, у меня выработался рефлекс на доброго хозяина? Откидываю подобную мысль на задворки мозга. Сейчас это не важно, сейчас я хочу почувствовать крепкие руки, окольцовывающие моё тело.

- Солор, - дрожит мой голос. Продолжая кутаться в одеяло, будто в манто, подаюсь к нему навстречу.

Он на миг приподнимает уголки губ, оценив мою реакцию, и практически бесшумно прикрывает за собой дверь. Снова оборачивается ко мне. У него в глазах усталость и спокойная радость оттого, что я его дождалась.

- Почему ты не спишь? – спрашивает он, по-тигриному подойдя к постели и забравшись на неё.

На нём джемпер, штаны и он по-прежнему бос.

- У тебя плохая прислуга, Солор. Они не принесли тебе даже тапочки, - в нос произношу своё замечание и устраиваюсь в объятиях своего Тигра. – За что им ты платишь деньги?

- Вот и я думаю за что? - он елозит подбородком по моему виску. – Ты знаешь, я отдал распоряжение Стефану обновить штат прислуги. Хватит терпеть тех, кто работает здесь поколениями. Это Ибрагиму нравился такой порядок, мне – нет!

- А самому Стефану не пора ли на пенсию? – совершенно справедливо замечаю я. – Всё желательно делать вовремя.

- Ты глядишь прямо в воду, Ники. Я только что попросил его подыскать себе замену.

Устраиваюсь удобнее на груди Солора.

- Вот и замечательно. Когда я уезжаю? – внезапно спрашиваю я.

- Я ещё не решил. Но скоро.

- Хорошо, - закрываю глаза и мгновенно засыпаю. Наверное, я ждала только его, чтобы можно было почувствовать себя защищённой и крепко уснуть рядом с настоящим мужчиной.

* * *

Платье на заказ получилось чудесным. Мало того, что она было насыщенного красно-бордового цвета, оно ещё оказалось сложного кроя, с необычной драпировкой, искусно украшенное разными стразами и крашеными пёрышками.

Ткань довольно хорошо обтягивало фигуру, а благородная длина, ниже колена, делала его ультрасветским. Дополнительно к праздничному наряду шли перчатки выше локтя, веер.

Украшений на шею при наличии пышного одного плеча платья никаких не требовалось, но Лаура, которая по-дружески помогала мне собраться на торжественный приём, привезла мне дивные серьги.

- Какие… какие классные! – чуть не запищала я от восторга.

- Ручная работа, - с улыбкой знатока демонстрирует мне их на своих ладонях, – давай примерим.

Подруга Сулеймана Кайшата оказалась большим мастером сбора на очень ответственные мероприятия.

Она сделала мне замысловатую высокую причёску, нанесла макияж, подобрала помаду удивительного оттенка.

- Я такую помаду ещё не видела, - отмечаю вслух, склонившись к зеркалу, так