Великий Раскол (СИ) - Щукин Михаил Николаевич

Аллоиса без улыбки кивнула головой и равнодушно отвела глаза.

– Возможно, отец, я подумаю. – Ее безэмоциональный голос заставил вздрогнуть родителей. Но они промолчали.

– Уж лучше бы она, как всегда, спорила. – Вздохнул он, обращаясь к супруге, когда связь закончилась.

– У неё было столько планов.

С Лютимиром она до последнего откладывала откровенный разговор. Это просто было сделать, пока они с Иллис оставались на карантине. Односложный ответ, отговориться занятостью или слабостью и разорвать связь. Лютик у нее понятливый, и не делал попыток настоять на большем. Иллис наблюдала за нею с неодобрением, но тоже предпочла оставить попытки обсудить ее поведение.

Но после прибытия в замок графа Дарийсы, возможности откладывать неприятный разговор не осталось. И ей все же пришлось согласиться на встречу. Как-никак, а её парень жил в тех же покоях, что и она.

Она с внешним равнодушием смотрела мимо ставшего таким родным за этот год лица, готовясь к последней фазе разговора. Лютик выглядел таким радостным от их встречи, что даже ей стало теплее. И очень не хотелось портить настроение своему парню.

– Нам надо разорвать малый обряд. – Решила она, наконец, начать разговор.

– Я тебе так надоел? – Лютик спокойно закончил наполнять бокалы и протянул ей вино.

– Прекрати. Мнение не нужна твоя жалость. И вообще, я думаю, этого должен хотеть ты.

– И с чего такая уверенность? – Лютик с искренним любопытством смотрел на нее поверх своего бокала.

– Сам знаешь. – С горечью бросила Аллоиса. – Я уже не смогу дать тебе ребёнка.

– Эта проблема в наше время вполне решаема. Например, усыновлением. Детей лишившихся не только первых и вторых родителей, но даже своих родов в империи полно.

– Лютик, прекрати. Мы оба понимаем, что родной ребёнок важнее.

– Ага. Кажется, я понял, в чем проблема. Иллис тебе так и не рассказала. – Усмехнулся Лютик. – В твоей ситуации, могла бы сделать это, не спрашивая у меня разрешения.

– О чем? – Девушка старалась не поднимать глаз на парня.

– Ты знаешь кто такой скульптор сенти? – Лютик с досадой поморщился, не скрывая, насколько эта тема ему неприятна.

– Я даже знаю, что ты был в руках одного из них. Об этом говорили на суде. А ты давал показания по делу этой женщины. – Огрызнулась Аллоиса. – Я внимательно ознакомилась с материалами суда. Даже с закрытыми для публикации материалами. Ты, правда, ее убил?

– Да. И до сих пор считаю это самой большой своей удачей. – Ничуть не смутился Лютик. – Ну, так вот. Ради своих целей, та женщина держала меня на гормональных модификаторах. Если ты знакома с этим делом, то знаешь, что я был слишком долго под их воздействием.

В голосе Лютика зазвучала горечь, а лице задержалась обычно скрываемая маска тщательно спрятанной боли.

– Индерский много чего смог сделать для меня. Я до сих пор не знаю, чего стоило мое лечение. Адила закрыла эту информацию не только от меня, но и от сестры. Вместе с Майей им удалось справиться почти со всем, что натворили сенти. Даже мою биоэнергетику восстановили. По крайней мере, так утверждает Майя. Не зря ведь она ведущих мастеров Альтер ко мне таскала. Но одно исправить не удалось.

Аллоиса недоверчиво подняла расширившиеся глаза, пытаясь поймать взгляд парня. Но он отвернулся от нее.

– Так ты, поэтому сделал мне предложение только на малый обряд?

– Дочь герцога должна думать о продолжении рода. – Пожал плечами Лютик. – Я думал, что может у тебя появится кто-то, от кого ты захочешь иметь ребёнка.

– Дурак! – Аллоиса на мгновение забыла о своем горе и по-настоящему обиделась на парня.

– Наверно. – Покладисто кивнул Лютик. – Зато теперь я могу предложить тебе полный обряд прямо сейчас. Думаю, у твоей семьи возражений тоже уже не будет. А с детьми ещё разберёмся. И сейчас, и после Великого раскола будет большой выбор. Так что эту проблему мы всегда сможем решить. Если выживем.

Аллоиса неуверенно улыбнулась. Ей вдруг подумалось, что иногда приятно, когда есть кому за тебя подумать. Впервые с момента разговора с врачом, она ощутила, как где-то внутри спадает напряжение.

Лютик осторожно коснулся щеки застывшей девушки.

– Еще я не люблю загорать, потому что кожа на месте сведенных шрамов меняет цвет неравномерно. – Лютик постарался придать голосу легкомысленный тон. – Индерский и с этим ничего не смог с этим сделать. Даже современная техника спасовала. Макс говорит, восстановленная структура кожи все равно отличается от первоначальной. Потому на солнце моя шкура становится пятнистой. Ну, так как? Ты согласна на полный обряд со мной? Только смотри, я страшный собственник.

– Ты только имей ввиду. Я не собираюсь сидеть дома в ожидании мужа, носящегося по всей империи и за ее пределами во главе отряда неприкасаемых и непримиримых.

– Уже и до тебя дошло. – улыбнулся парень, привлекая ее к себе.

– Да вас иначе уже никто не называет. – Усмехнулась та.

– Ну как она? – Иллис тревожно смотрела на вошедшего в комнату брата Майи.

Тот, по ходу подхватил из вазы на подставке яблоко. Затем без особых церемоний, устроился на том же диване, что и Иллис.

– Ты могла бы ей все рассказать сама. – Укорил он ее. – Знаешь ведь, что эта тема мне неприятна.

– Знаю. Но когда-то я уже нарушила данное слово твоей сестре. – Спокойно заметила Иллис. – Это дорого обошлось нам всем. В том числе и Майе.

– Это спасло ей жизнь.

– Да. И тогда у меня не было выбора. Так что я стараюсь больше не допускать таких ситуаций. В конце концов, ты регулярно был на связи и мог поднять эту тему сам.

– Лучше признайся, что предпочла все свалить на меня. – Усмехнулся Лютик. – Как сама-то?

– Отвратительно. – Призналась Иллис. – Особенно когда понимаешь, что тебя все-таки достали.

– Ничего, впредь будем умнее. – Проворчал Лютик. – Мне еще с первого знакомства не понравился этот барон Далийский. Правильно ты поместила его в первую пятерку того списка.

– Может и правильно. Но ведь доказательств так и не было. Только ощущения. – Пожала она плечами.

– Ничего, теперь будут и доказательства и кое-что посущественней. – Злобно улыбнулся Лютимир. – Ниточка от погибшего исполнителя все же потянулась. Не прямиком к нему, конечно. Для этого барон слишком умным оказался. Но кое-что барону пришлось сделать для посредников самому.

– Что у тебя с судейскими? – Сменила тему Иллис.

– Все нормально. Я передал материалы в имперскую канцелярию. Мы уже несколько человек ловим по второму разу. Они получают приговоры и даже отбывают их. А потом под разными предлогами получают амнистию. Не хочу больше упускать это из виду. Так что прошу тебя поддержать мою просьбу. Пусть тени возьмут на контроль этот вопрос.

– А они возражают?

– Ну, надзор за исполнением приговоров вроде как не их епархия. – Пожал плечами Лютик. – но исполнение приговоров сейчас происходит без вывоза за пределы провинции. А какова надежность местных исполнительных структур- сама знаешь.

– Я выйду на отца с предложением запретить амнистию по приговорам работорговли.

– Было бы неплохо. Но тут ведь не только они.

В комнате на несколько минут наступила тишина. Лютик поднялся и прошел к бару, расположенному около стенки.

– Тебе как всегда?

– Естественно. – Иллис с готовностью кивнула. В отсутствие Аллоисы, брат Майи оставался единственным, в чьей компании она могла расслабиться и отдохнуть. Ему принцесса доверяла без оглядки.

– С той стороны есть вести? – Поинтересовался парень, возвращаясь с бокалами к дивану.

– Нет. Знаю только, что Барик снова дрался. Очень серьезно. Эмоции были на уровне первых месяцев раскола. Они прорываются в Румми только когда они попадают в серьезную переделку и им действительно угрожает опасность. Ниахары очень боятся потерять свой прайд. Особенно старших в нем. Но это была кратковременная вспышка. Потом все успокоилось.