Гнев - Alager

отношению к своим жителям, надеюсь, они успели всех эвакуировать. С помощью бездонного желудка я смог поглотить пару тройку бомб, которые должны были попасть по нам. Почувствовав лишь лёгкое жжение на уровне живота, я улыбнулся настолько, насколько позволяло мне лицо китовой акулы.

Через несколько секунд оставшиеся снаряды достигли нас, и я впервые почувствовал себя находящимся на грани смерти. Температура моментально подскочила до каких-то невероятных значений, земля под ногами буквально раскололась и раздробилась, превратившись в труху. Шрапнель бетонных блоков, которые ещё недавно были стеной дома, могла запросто убить. Всё произошло моментально, но ещё минуту, если не дольше ад не затихал. Оставаясь под завалами, я молился, чтобы Гневу досталось сильнее, чем нам. Я попытался залатать свои раны, превратившись в Жадность, но голова раскалывалась, и я попросту не мог сосредоточиться на чем-либо.

Освободившись, я поднялся на ноги и огляделся. Вокруг стояла гробовая тишина, не считая лёгкого шипения, исходящего из расколовшегося Гнева. Все двойники Миража погибли, и он почему-то не создавал новых. Как бы я не рыскал взглядом, но так и не увидел Жадность с Похотью.

— Кайт — Я услышал тихий и слабый голос неподалёку от себя.

— Лень? Ты где Лень?

— Кайт, бомба прилетела точно в Обжорство и Миража, что с ними, пожалуйста, проверь.

Наконец я смог найти девушку, большую часть её тела скрывала бетонная плита, но мне хватило и лица, которое наполовину было обращено в череп Греха Лени. Мне хватило беглого осмотра, чтобы сразу всё понять. Я злобно цыкнул и, стараясь не дрогнуть голосом, ответил:

— С ними всё в порядке, они как раз добивают Гнева. Сейчас нам стоит опасаться за тебя.

— Я рада, что у них всё хорошо. Главное, что ты выжил, я успела подстрелить в воздухе пару снарядов, но не все…

Бросив взгляд на свою руку, которая болталась мёртвой петлёй, я горестно улыбнулся. Нагнувшись к Лени, я поцеловал её и сказал:

— Да, всё хорошо, ты меня защитила, спасибо тебе за всё. Я люблю тебя…

Она улыбнулась, после чего сделала последний вздох и глаза её потускнели. Видимо зря я сдерживался, потому что сейчас слёзы полились ручьём, застилая глаза. У меня начало перехватывать дыхание и закружилась голова. Шла минута за минутой, но меня всё никак не отпускало, пока я не услышал приглушённые шаги за собой. Уткнувшись в рукав изрезанной куртки, я протёр глаза и повернулся.

— Слышишь это шуршание? Гнев вновь пытается собраться воедино, и его новая форма будет финальной. Если можешь что-то сделать, то поторопись, чтобы эти смерти не были напрасны.

— И это ты мне говоришь про напрасные смерти? Тебе напомнить про Майка, которого ты убил у меня на глазах? — Я сорвался на Гордость. — Из всех выжил лишь ты? Какого чёрта, никто, слышишь никто! Никто не заслужил из них смерти, кроме тебя и посмотри, как все обернулось.

Я засмеялся, но успокоившись, бросил безжизненный взгляд на золотого льва.

— Мир не справедлив, бог не справедлив, пришельцы, да кто угодно. Справедливости не существует мы сами по себе. Сбежал, поджав хвост и теперь хочешь закончить начатое? Нам не справиться с Гневом, точно не вдвоём. Считай, что мы уже мертвецы. Уйди с глаз моих, нет ни малейшего желания помирать вместе с тобой…

Гордость резко дёрнул голову в сторону, а затем рванул вперёд, после чего я услышал автоматную очередь. Лев глухо рухнул прямо передо мной, а я заметил группу зачистки, которая методично продвигалась вперёд, будто не видела перед собой пылающий разрушенный город. Инстинктивно попытавшись превратиться в Грех Лени, я думал ещё немного продержаться, но эти парни не зря с рождения стреляли по мишеням с силуэтами людей. Часть лица уже приняла облик скелета, а затем резко откинулась назад, и я рухнул на землю неподалёку от Лени.

Спецназ продолжал движение прямо к Гневу, который начал все быстрее и быстрее собирать лаву в центре своего тела. Один из мужчин нашёл небольшую стеклянную сферу, светящуюся изнутри и безмолвно позвал остальных к себе. Маленькая сфера немного дребезжала, будто находясь под давлением. Огненная вода неподалёку от него испарялась, подпитывая его. Спецназ получил команду не прикасаться к неизвестному объекту, но как только они обернулись, то послышался звук треснувшего стекла. Поток лавы ворвался в землю и одновременно устремился в небо, разбив планету на две части, а затем раскрылся с двух сторон огненным дождём.

Через несколько часов Земля была полностью разрушена, став похожей на ледяные осколки колец Сатурна.

Глава 10. Суд божий

Мираж появился в довольно просторной белоснежной комнате. Парень стоял на небольшом возвышении, осмотрев которое он понял, что это была кафедра. Он все ещё помнил, что секунду назад был готов добить магматического гиганта, но не мог понять, как здесь оказался. Мираж осмотрелся и подметил, что вокруг него было ещё шесть кафедр, смотрящие вперёд на подиум судьи. Сейчас на нём восседал статный мужчина с седой бородой. По обе руки от него находилась колонна с небольшой шершавой сферой, света от которых хватало, что осветить всё помещение суда.

— А… — Только Мираж заикнулся, как потерял контроль над своим телом и замолчал, продолжая наблюдать за величественной фигурой.

Почти сразу же вслед за Завистью появился Обжорство. Он в испуге дёрнулся в сторону, но ударился о невидимую стену, не позволяющую сойти с кафедры. Обжорство схватился за ногу и потрогал руку, после чего успокоившись, выдохнул. Озадаченно поднявшись, он увидел Зависть, но не смог сказать ни слова.

“Как я рад, что ты остался жив, мне показалось, что я не успел разобраться с той бомбой” — Послышался голос в голове Зависти. — “Хотя знаешь, кажется, я погорячился, сказав, что мы живы. Ты… ты понимаешь, где мы оказались?”

“Похоже, нас с тобой убило одним взрывом, правда, я совсем ничего не помню. У меня есть несколько догадок о том, где мы и одна не лучше другой. Обжорство, скажи мне дружище, ты помнишь этого человека?” — Зависть кивнул в сторону судьи.

“Возможно, но я никогда не был силён на лица, но вот ощущения… Я помню это чувство, первородный страх за свою жизнь. Зависть, похоже, нам…”

Похоть и Жадность появились одновременно. Крик девушки-осьминога прервал мысленный диалог парней, Похоть свалилась на ноги и зарыдала. Жадность открыла глаза и выдохнула, а затем грустно улыбнулась:

“Похоже, мы мертвы ребята” — Послышался её голос в головах остальных. — “Мою голову раздавила какая-то бетонная плита, влетевшая в нас с Похотью, я даже не успела