Кредитное плечо Магеллана - Иван kv23

и обеспечить вентиляцию. Гвоздика дышала, она могла загореться от сырости, она могла сгнить. Алексей относился к ней как к капризному пассажиру первого класса.

Матросы ворчали, выбрасывая «плохие» мешки в воду, но замолкали, когда Алексей показывал им расчеты.

— Смотрите, — говорил он, тыча пальцем в пергамент. — Этот мешок стоит здесь один мараведи. В Севилье он будет стоить пятьсот. Ваша доля — ноль целых три десятых процента. Каждый гнилой мешок — это минус дом для вашей семьи. Вы хотите привезти домой гниль или золото?

К концу недели корабли просели в воду по самую ватерлинию. Трюмы были набиты так плотно, что казалось, аромат гвоздики пропитал само дерево, паруса и кожу людей.

Вечером, когда последний мешок был уложен, Алексей поднялся на ют. Солнце снова падало в море, окрашивая мир в цвета расплавленной меди. Он чувствовал усталость, но это была приятная усталость — тяжесть выполненной работы.

Интерфейс тихо звякнул.

[Миссия выполнена]: Монополия Пряностей

[Активы]: 50 тонн гвоздики (Высший сорт)

[Потенциальная прибыль]: Экстремальная

[Статус]: "Король Специй"

Алексей закрыл глаза и вдохнул пряный воздух. Он сделал это. Он купил будущее. Осталось только довезти его домой.

Но дома не было. Был только океан, который ждал их впереди. И этот океан не умел читать контракты.

Глава 23: Разделение активов

«Тринидад» умирал. Это было слышно в каждом скрипе шпангоутов, в тяжелом, надсадном дыхании помпы, которая не замолкала ни на минуту. Корабль, прошедший половину мира, сдался не штормам и не рифам, а тихой, невидимой смерти. Teredo navalis — корабельный червь, маленький моллюск с аппетитом дракона, превратил обшивку в решето.

Алексей стоял в трюме флагмана. Вода здесь была темной, маслянистой, и пахла она не морем, а могилой. Он провел рукой по балке — дерево подалось под пальцами, как мокрый картон. Труха посыпалась в воду.

Интерфейс «Торговец Миров» высветил неумолимый диагноз:

[Объект]: Нао «Тринидад»

[Состояние корпуса]: Критическое (Износ 85%)

[Прогноз]: Структурное разрушение при нагрузке > 4 баллов

[Рекомендация]: Списание актива / Капитальный ремонт (срок: 3-6 месяцев)

Алексей поднял глаза к потолку трюма, где сквозь щели сочился солнечный свет. Там, наверху, кипела жизнь, матросы готовились к отплытию, но здесь, в брюхе левиафана, уже поселилась тишина конца.

Это был его флагман. Корабль, на котором он пришел сюда. Символ его власти. Но в бизнесе символы — это пассивы, если они не приносят прибыли. Держаться за умирающий актив из сентиментальности — ошибка новичка.

Он поднялся на палубу, щурясь от яркого солнца. Элькано и Гомес де Эспиноса ждали его у штурвала. Эспиноса, верный служака, выглядел встревоженным. Элькано, как всегда, скрывал мысли за маской наглой уверенности, но в его глазах читалось напряжение.

— Ну что, генерал? — спросил Элькано. — Мы залатали дыры, но вода все равно прибывает. «Тринидад» потянет нас на дно, если мы пойдем через Индийский океан. Там шторма ломают и новые корабли.

— Я знаю, — ответил Алексей. — Поэтому мы не пойдем вместе.

Он развернул на столе карту.

— Мы диверсифицируем риски. «Тринидад» останется здесь, на Тидоре. Ему нужен килевание и полная замена обшивки. На это уйдет месяца три, не меньше.

Эспиноса побледнел.

— Вы оставляете нас? Здесь? Среди дикарей и португальцев, которые могут нагрянуть в любой день?

— Я оставляю вам шанс, Гомес, — жестко сказал Алексей. — Идти сейчас — значит утонуть всем. Когда закончите ремонт, пойдете не на запад, а на восток. Обратно через Тихий океан, к Панаме.

— К Панаме? — переспросил Эспиноса. — Но это безумие! Встречные ветра...

— Это единственное, чего от нас не ждут португальцы, — перебил его Алексей. — Они будут ловить нас у мыса Доброй Надежды. Они перекроют Индийский океан. «Тринидад» станет приманкой. Вы пойдете путем, который никто не считает возможным.

Он не сказал им правду. Он не сказал, что в реальной истории этот путь стал для «Тринидада» смертельным приговором. Корабль попадет в полосу штормов, вернется обратно и будет захвачен португальцами. Экипаж сгниет в тюрьмах.

Алексей знал это. И все же отдавал приказ. Это было циничное, холодное решение: пожертвовать пешкой, чтобы спасти ферзя. «Тринидад» отвлечет внимание. Португальские шпионы донесут, что флагман остался на Молукках. Охота начнется за ним, а «Виктория» получит шанс проскользнуть незамеченной.

[Решение принято]: Разделение флота

[Актив А ("Тринидад")]: Списан (Вероятность потери 90%)

[Актив Б ("Виктория")]: Основная ставка

[Этическая оценка]: Игнорировать

— А я? — спросил Алексей. — Я перехожу на «Викторию».

Тишина, повисшая над палубой, была плотнее воды в трюме. Элькано медленно повернул голову. Его лицо потемнело, скулы заострились.

— На мой корабль? — тихо спросил он. — Ты хочешь забрать у меня команду, хромой?

— Я хочу забрать груз, Хуан. «Виктория» — единственный корабль, способный дойти до Испании. А я — единственный, кто может привести его туда.

— Я капитан «Виктории»! — взорвался Элькано. Он шагнул к Алексею, рука легла на эфес. — Я тащил это корыто через половину света не для того, чтобы ты в последний момент встал на мостик и забрал всю славу! Ты останешься со своим гнилым флагманом, Магеллан. Это твой крест.

Эспиноса отступил назад, не желая вмешиваться. Матросы на палубе замерли, чувствуя, как в воздухе запахло грозой.

Алексей смотрел на баска спокойно. Он видел перед собой не врага, а партнера с ущемленным эго. А эго всегда имеет цену.

— Пойдем в каюту, Хуан, — сказал он. — Нам нужно поговорить. Без зрителей.

— Мне не о чем с тобой говорить, — прорычал Элькано.

— Есть о чем. О деньгах. О очень больших деньгах.

Слово сработало. Элькано, все еще кипя от ярости, кивнул и пошел за ним.

В каюте «Виктории» было тесно и душно. Пахло гвоздикой так сильно, что кружилась голова. Алексей сел за стол, не предлагая баску сесть.

— Ты хочешь славы, Хуан? — спросил он. — Ты хочешь въехать в Севилью героем, который завершил кругосветку?

— Я это заслужил!

— Бесспорно. И ты это получишь. В учебниках истории напишут твое имя. Рядом с моим. Может быть, даже выше, ведь ты привел корабль, а я всего лишь придумал маршрут.

Элькано недоверчиво сощурился.

— В чем подвох?

— Подвох в том, что славой сыт не будешь. Король даст тебе герб, может быть, пенсию. И все. Ты умрешь в бедности, пропивая медали в тавернах. Я предлагаю тебе другое.