Последний штрих - Диана Кизис

Я сжала кулаки, кивнула, растянула рот в фальшивой улыбке и сказала:

– Совершенно верно, Тарин. – Я схватила сумочку. – Пожалуй, это только твоя вина, и больше ничья.

С этими словами я пробила перфокарту и выбежала из магазина.

– Я была просто великолепна! – рассказывала я позже Заку. Когда я пришла, он сидел в гостиной и перелистывал стопку кулинарных журналов. Услышав мой радостный голос, Хэппи вскочил на стул и хотел лизнуть меня в лицо.

– Хэппи, вниз! – прикрикнул Зак.

– Не надо, пусть, – сказала я.

– Он же повсюду оставляет шерсть! – застонал Зак.

– Но раньше-то ему не запрещалось прыгать на стулья?

Аргумент сработал, но я чувствовала, что скоро уже не смогу так легко управлять Заком и правила обращения с собакой, действовавшие при жизни Сесил, канут в Лету.

– Значит, ты наконец-то уволилась. – Зак поднялся и стиснул меня в объятиях. – Прими мои поздравления. Не представляешь, как я тобой горжусь...

– Подожди, – перебила я. – Я не говорила, что уволилась.

– Что? – Он так и замер.

– Я не увольнялась. Просто ушла из магазина, вот и все. – Я улыбнулась.

– А потом?

– Ну, потом... Потом позвонила, извинилась, сказала, что мы, наверное, просто не поняли друг друга, и пообещала впредь устно информировать ее обо всех запросах клиента.

У Зака вытянулось лицо. Рука, сжимавшая журнал «Гурман», безвольно повисла вдоль туловища.

– В общем, не знаю, – ляпнула я ни к селу ни к городу: он же ни о чем меня не спрашивал.

– Поверить не могу, Джесси! – Зак кинул журнал на стол и потопал на кухню за пивом.

– Да в чем дело? – Я последовала за ним.

– Твоя начальница – исчадие ада, – заявил он, отворив дверцу холодильника. – Слышать о ней больше не могу. Чем больше ты мне о ней рассказываешь, тем крепче моя уверенность, что тебе пора взять расчет. Ладно бы еще дело было в деньгах, но ведь Сесил оставила тебе целое состояние. Ничему полезному на этой работе все равно не научишься. Так почему ты не увольняешься? Почему пускаешь все на самотек? Почему заботишься обо всех, кроме себя самой? Думаешь, ты добренькая? Да глядя на тебя, тоска берет, Джесси!

– Мне очень жаль... – начала я.

– Господи, только вот этого не надо! – Он повысил голос.

– Зак, не нужно на меня орать, – взмолилась я. У меня защипало в глазах, но я изо всех сил старалась не разреветься. – Это моя работа. Мне и решать. – Мой голос зазвенел. – Может, все еще изменится к лучшему.

Зак выкрикнул что-то обидное: вроде того, что скорее он обезьяну родит, чем я дождусь перемен.

– Ладно, – сказала я. – Может, ты и прав. Но сегодня я сумела постоять за себя. И это моя большая победа. – «Ну что ему стоит меня похвалить?»

А на что я жить буду, если уйду с работы? Я не собираюсь тратить деньги Сесил на продукты и оплату студенческих займов. Чтобы уволиться, нужно иметь какие-то планы. В этом, собственно, и дело.

– Послушай, Зак, – добавила я, – мы с тобой разные люди. Ты живешь порывами: сейчас ты пишешь статью, через секунду хлопаешь дверью и мчишься на свидание. Тебе плевать на мнение окружающих. А если что – выпьешь пива, и жизнь снова прекрасна. Я не такая.

Зак вызывающе отхлебнул пива из банки и заявил, что в словаре рядом со словом «промедление» следовало бы поместить мое фото. Потом ткнул в меня пальцем и изрек:

– Быстрее трава растет, чем ты принимаешь решения. Это стало последней каплей.

– Знаешь что? Поеду-ка я домой, а ты любуйся на траву, сколько душе угодно. – С этими словами я хлопнула дверью и гордо удалилась – второй раз за сегодняшний день.

На полпути к дому, свернув на Беверли, я подумала: не вернуться ли обратно? Постучусь в дверь, попрошу у Зака прощения... Все-таки я слегка погорячилась. Интересно, поедем ли мы теперь завтра к его родителям – после всего, что произошло? А если нет, сообщит ли он мне, что визит отменяется? С другой стороны, если я вернусь, Зак еще раз убедится в том, что Джесси – тряпка. Трусливый сторонник статус-кво. Этого допустить я не могу. К тому же не так уж я и раскаиваюсь. За что я должна извиняться?

Добравшись домой, я долго отмокала в ванне, уставившись на стены из белой плитки. То и дело выключала воду и прислушивалась: не звонит ли телефон? Телефон молчал Ну почему шум льющейся воды так похож на телефонный звонок? Я брызнула горячей водой на лицо. Меня страшно бесило вот что: при жизни Сесил всем было плевать, уволюсь я с работы или нет. Никто от меня ничего не ждал. Все лавры доставались Сесил, а я просто существовала. А теперь от меня требовали каких-то поступков, и это казалось мне несправедливым.

Несмотря на то что было всего восемь вечера, я залезла в свою постель, от которой уже успела отвыкнуть, и укрылась с головой одеялом. Очень хотелось позвонить Заку и все сгладить. Я свернулась в клубочек и зажмурилась, словно наркоманка, лишенная дозы. Представила, что я Сесил, специалист по бойкотам. Может, если долго притворяться, что-нибудь и получится.

Глава 20

Убийственные диванчики

Просто поразительно: за одной ссорой непременно следует другая, хотя на первый взгляд эти размолвки никак между собой не связаны. Это как со штрафами за нарушение правил парковки: стоит только один получить – и пошло-поехало.

Я ждала, когда Зак закончит собирать сумки. Утром он позвонил мне и извинился. Хотелось бы думать, что я одержала победу, но скорее всего вины он не чувствовал – просто хотел сохранить мир.

Я отправилась на кухню, захватила несколько банок с собачьими консервами и стала складывать их в пакет.

– Собака останется здесь, – заявил Зак, появившись в дверях.

– Здесь? – Я замерла с банкой в руках.

– Еду я оставлю, а выгуливать Хэппи утром и вечером будет соседский мальчишка. Я уже договорился.

– Ты что, собираешься бросить его одного на целых два дня?! – Я посмотрела на Хэппи, который вилял хвостом, явно не осознавая серьезности положения.

– Ну и что? – не понял Зак.

– Это же собака, а не растение! Ему нужны любовь и забота.

– Вот уж не знал, что ты помешана на собаках.

– Ничего подобного! Просто меня совесть замучает, если я его тут брошу.

Зак вздохнул, пораскинул мозгами и решил, что лучше мне не перечить.

– Хорошо, поступай как знаешь, – сказал он. – Только выгуливать его будешь сама.

Все шло гладко, пока Хэппи не стошнило на заднее сиденье.

– Черт! – выругался Зак и оглянулся на испорченное кресло. Машину резко повело влево.

– Зак! – испуганно воскликнула я. – Следи за дорогой!

– Пока собака обгаживает сиденья? Господи, Сес... То есть Джесси, ты меня уже достала со своим чертовым псом!

– Я за ним уберу, – пообещала я. – Успокойся, Зак. Я все вычищу.